Лекции и книги Александра Хакимова

Талант – это умение отдавать.

Александр Геннадьевич Хакимов

Сказание об убиении Шальи. Главы 1-16.


Шальяпарва (Книга о Шалье)

Махабхарата

Шальяпарва (Книга о Шалье)

Главы 1-16

Сказание об убиении Шальи

ГЛАВА 1

Джанамеджая1 сказал:

После того как Карна2 был так сокрушен в сражении Савьясачином3, что же делали кауравы4, оставшиеся в малом числе, о дваждырожденный5? И что намеревался предпринять царь кауравов Суйодхана6 как наиболее подходящее ко времени, когда увидел войско свое, раздираемое пандавами7? Об этом я хочу услышать! Так расскажи о том, о лучший из дваждырожденных, ибо я не могу насладиться, слушая о великих деяниях моих предков.

Вайшампаяна8 сказал:

После того как был убит Карна, о царь, сын Дхритараштры9, Суйодхана, глубоко погруженный в море скорби, совсем лишился всякой надежды. «Увы, о Карна, увы, о Карна!» — так горестно сетуя все снова и снова, он с трудом отправился в свой лагерь вместе с оставшимися в живых царями (его сторонниками). Хотя его и утешали цари, приводя различные доводы, предписанные в шастрах, он не мог обрести покоя, вспоминая об убийстве сына суты10. Думая, что судьба всесильна, и о том, чему предопределено случиться, тот царь, приняв твердое решение сражаться, вновь выступил на битву. Назначив как подобает Шалью11 верховным военачальником (своих войск), тот царь, бык среди царей, выступил на битву вместе с оставшимися в живых царями.

Тогда произошла яростная битва между войсками кауравов и пандавов, о превосходнейший из рода Бхараты12, напоминавшая сражение между богами и асурами13. Вскоре Шалья, о великий царь, после того как в пылу битвы учинил кровавое опустошение в войске пандавов, сам был повержен в полдень царем справедливости14. Тогда царь Дурьйодхана15, потеряв друзей и родственников убитыми, бежал с поля сражения и вошел в страшное озеро из страха перед врагами. И во второй половине того же дня, после того как озеро было окружено могучими воинами на колесницах, а сам (Дурьйодхана) был вызван оттуда обманным способом, он был повержен Бхимасеной16. Когда же был убит тот могучий лучник, трое оставшихся в живых воинов, сражавшихся на колесницах (из лагеря кауравов), в пылу гнева, о владыка царей, вырезали ночью воинов панчалов17.

Тогда в ранний час дня, выехав из лагеря, Санджая18 вошел в город (столицу кауравов), глубоко опечаленный и преисполненный горя и скорби. Быстро вступив в город, он, воздев в печали обе руки и дрожа (всем телом), вошел во дворец царя. Проникнутый горем, о тигр среди людей19, он громко зарыдал, восклицая: «Увы, о царь! Увы, все мы сильно встревожились из-за убийства благородного (царя)! Увы, Время всесильно, и путь его полон крайностей20, раз все (наши союзные) цари, наделенные мощью, равной самому Индре21, убиты (пандавами)!». И лишь только все люди (находившиеся там) увидели перед собою Санджаю, о царь, они громко зарыдали, сильно перепуганные, восклицая: «Увы, о царь!» И все горожане вплоть до детей, о тигр среди людей, издали громкий вопль скорби, услышав об убийстве царя. Все увидели бегущих (рядом) трех мужей-быков22, сильно измученных горем, лишенных рассудка, словно безумных. Тогда сута (Санджая), сильно обеспокоенный, вошел в обиталище царя и увидел наилучшего из царей, того владыку, обладающего оком мудрости23. И, увидев сидящего там безупречного царя, окруженного со всех сторон невестками, о превосходнейший из рода Бхараты, Гандхари24 и Видурой25, а также другими друзьями и родственниками, желающими всегда ему блага, — и размышлявшего о том самом деле — об убийстве Карны26, сута с душою весьма безрадостной, рыдая, о Джанамеджая, промолвил ему слово голосом, невнятным от слез27.

«Я Санджая, о тигр среди людей! Поклонение тебе, о бык из рода Бхараты28! Убит повелитель мадров29 Шалья, а также Шакуни30, сын Субалы, и Улука31, о тигр среди мужей, тот стойкий в отваге сын игрока в кости32! Убиты также все саншаптаки33 и Камбоджи34 вместе с шаками35. Млеччхи36, горцы и яваны37 также повержены! Убиты восточные племена, о великий царь, и все южные племена! Убиты все северные племена и западные, о повелитель людей! Цари и царевичи все убиты, о царь! Дурьйодхана, о царь, также убит Пандавой38, как и было им клятвенно обещано. С раздробленным бедром, о великий царь, он лежит теперь в пыли, покрытый прахом. Убиты Дхриштадьюмна39, о царь, и Шикхандин40 непобедимый, а также Уттамауджас и Юдхаманью41! Сокрушены также, о царь, прабхадраки и панчалы — тигры среди людей, и чедии. Убиты все сыновья твои и (пятеро) сыновей Драупади42, о потомок Бхараты! Убит храбрый сын Карны Вришасена, одаренный могучей силой. Убиты все люди (собравшиеся там), и повержены все слоны. Также и (все) воины, сражавшиеся на колесницах, о тигр среди мужей, и кони (все) сокрушены в битве. От лагеря твоих воинов, а равно и героев-пандавов мало что осталось, о владыка, в результате того, что они упорно сражались друг с другом. Мир, сбитый с толку Временем, состоит теперь большею частью только из женщин. В живых осталось только семеро со стороны пандавов и трое среди сынов Дхритараштры. Это — пятеро братьев (пандавов), Васудева и Сатьяки43, а также Крипа и Критаварман44 и сын Дроны45, наилучший из побеждающих. Эти (три) воина, сражающиеся на колесницах, о великий царь, — (все, что уцелело), о превосходнейший среди царей, из всех акшаухини46 войск, объединившихся на твоей стороне, о владыка людей! Это — оставшиеся в живых, о великий царь, все другие пришли к гибельному концу! В самом деле, о бык из рода Бхараты, весь мир уничтожен Временем, после того как он сделал Дурьйодхану предлогом вражды (с пандавами), о потомок Бхараты!»

Услышав эти жестокие слова, Дхритараштра, владыка людей, рухнул, о великий царь, на землю, лишившийся чувств. Как только он упал, и Видура многославный тоже рухнул на землю, о великий царь, терзаемый горем, постигшим царя. Также и Гандхари, о лучший из царей, и все женщины куру47 упали вдруг на землю, услышав те жестокие слова. И весь круг приближенных царя оставался тогда простертым на земле, лишенный сознания, словно это была нарисованная на холсте огромная (картина), изображающая (сюжеты) рассказов48, полных бессвязной болтовни и причитаний. Но потом царь Дхритараштра, тот владыка земли, терзаемый горем из-за гибели своих сыновей, медленно и с трудом обрел жизненное дыхание. И, обретя сознание, царь, дрожа (всем телом) и сильно измученный (душою), бросил взгляд во все стороны и промолвил слово Кшаттри49: «О ученейший Кшаттри, о многомудрый, ты теперь — прибежище мое, о бык из рода Бхараты! Ибо я остался без покровителя и лишился всех своих сыновей!» Сказав так, он тогда снова упал, потеряв сознание.

Увидев царя, лежащего (без чувств), родственники, находившиеся там, окропили его холодной водой и стали обмахивать опахалами. Вновь придя в себя после длительного времени, тот царь земной, хранитель земли, мучимый горем из-за (гибели) своих сыновей, задумался, глубоко вздыхая, словно змея, помещенная в сосуд, о владыка народов! Санджая тоже громко плакал при виде столь удрученного царя. Также рыдали и все женщины и Гандхари, овеянная славой. Тогда спустя значительное время Дхритараштра, тигр среди людей, поминутно теряя сознание, сказал Видуре: «Пусть уйдут все женщины и Гандхари достославная, а также и все эти друзья! Мой рассудок сильно расстроен!» После этих слов, обращенных к нему, Кшаттри, дрожа все снова и снова, медленно отпустил тех женщин, о бык из рода Бхараты! И все женщины удалились, о бык из рода Бхараты, а также все друзья, видя царя, столь удрученного. И в то время, как Санджая печально взирал на царя, пришедшего в сознание, о усмиритель врагов, и рыдавшего в сильном расстройстве, Кшаттри с почтительно сложенными ладонями утешал сладкой речью владыку людей, поминутно и тяжко вздыхавшего.

Так гласит глава первая в Шалъяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 2

Вайшампаяна сказал:

После того как женщины удалились, Дхритараштра, сын Амбики50, о великий царь, стал горестно сетовать, погруженный в печаль, еще более сильную, чем постигшая его прежде. Испуская глубокие вздохи, словно в сопровождении дыма51, размахивая руками все снова и снова и подумав немного, о великий царь, он промолвил тогда такие слова: «Увы, великое горе (мне), о сута, — я слышу от тебя о том, что пандавы все невредимы и не понесли потерь в сражении! Несомненно, мое твердое сердце сделано из вещества громовой стрелы, так как, узнав о гибели моих сыновей, оно не разрывается на тысячу частей! Когда я думаю об их речах и их играх в детстве, о Санджая, и когда слышу сегодня, что все сыновья мои погибли, сердце мое разрывается. Если из-за слепоты своей не было у меня представления об их внешности, то все же мною непрестанно поддерживалась любовь к ним из-за привязанности, которую испытываешь к своим сыновьям. Услышав, что они переступили детство и вступили в пору юности, а затем в средние лета, я был чрезвычайно рад, о безупречный! Услышав же сегодня, что они убиты и лишены своего владычества и мощи, я не могу нигде обрести покоя, подавленный душевными муками52 из-за (гибели, постигшей) моих сыновей!

Приди, приди, о царь царей53, ко мне, оставшемуся теперь без покровителя! Лишенный тебя, о могучерукий, к какому же прибежищу я пойду? Став прибежищем, о великий царь, родственников и друзей, куда же идешь ты теперь, о герой, покинув меня слепого и престарелого? То сострадание твое и та любовь, о царь, (всегда) высоко чтились! Как же, увы, ты был убит партхами54, непобедимый в сражениях? Как же ты, о родимый мой, располагая всеми хранителями земли55, собравшимися вместе, лежишь сраженный на сырой земле, подобно обыкновенному и жалкому царю? Кто же теперь, когда я стану вставать на рассвете56, будет говорить мне всегда, обращаясь не раз «О отец, о отец мой, о великий царь, о владыка мира!», и, с любовью обнимая меня за шею, с влажными глазами (будет восклицать): «Приказывай мне, о Кауравья57!». Так скажи же мне (еще раз) те приятные слова!

О, конечно же, ведь я слышал и эти твои слова, о сыночек мой: «Эта обширная земля моя, принадлежит как Партхе58, так и нам! Бхагадатта59, Крипа и Шалья и царь Авантийский60, Джаядратха и Бхуришравас61, Сомадатта и великий царь Бахлика62; Ашваттхаман и правитель рода Бходжа63 и могучий властитель Магадхи64, Брихадбала и властитель Каши65, а также Шакуни, сын Субалы, многие тысячи млеччхов и шаков вместе с яванами, и Сулакшина, правитель Камбоджи66, а также повелитель тригартов67; дед Бхишма68 сын Бхарадваджи69, и сын Гаутамы70, Шрутаюс, Ачьютаюс и Шатаюс71, наделенный мощью; Джаласандха72 и сын Ришьяшринги73, а также ракшас Алаюдха74, могучерукий Аламбуса и Субаху75, могучий воин на колеснице, — эти и многие другие цари, о превосходнейший из царей, все ради меня взялись за оружие76, жертвуя своей жизнью в сражении, о владыка!

Стоя среди них в бою, окруженный своими братьями, я сражусь с партхами, со всеми панчалами и чеди77, о тигр среди царей, и с сыновьями Драупади в битве, с Сатьяки и Кунтибходжей78 и с ракшасом Гхатоткачей79! Ибо даже один среди них, о великий царь, способен (я), воспалившись гневом, отразить в сражении пандавов, обрушивающихся (на меня). А что уж говорить о героях, когда они объединились вместе, возгоревшись враждою к пандавам? Или же все они сразятся с приверженцами Пандавы80, о царь царей, и убьют их в битве. Карна один вместе со мною убьет пандавов. И тогда доблестные цари будут пребывать в повиновении у меня. А их предводитель, — Васудева могучий, — не снарядится в доспехи81, сказал он мне, о царь!».

Меж тем, о сута, (Дурьйодхана) так часто говорил при мне, я, ведь благодаря тому, (что слышал), верил, что пандавы будут убиты в бою. Когда же, однако, находившиеся среди тех (героев) сыновья мои, усердно прилагавшие старания в битве, были (все) убиты, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда доблестный Бхишма, владыка мира, столкнувшись с Шикхандином, был убит, словно царь зверей, встретившись с шакалом; когда брахман Дрона82, весьма опытный во всех видах оружия — наступательного и оборонительного, был убит пандавами в сражении, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты в бою Бхуришравас и Сомадатта83, а также Бахлика, о великий царь, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты Судакшина84 и Джаласандха из рода Куру, а также Шрутаюс и Ачьютаюс, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты Брихадбала85 и могучий властитель Магадхи, царь Авантийский и повелитель тригартов, а также многочисленные саншаптаки, что это могло быть иное, кроме судьбы?

Равным образом, когда были убиты Аламбуса, о царь, и ракшас Алаюдха, а также сын Ришьяшринги, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты пастухи-нараяны86, непобедимые в бою, а равно и многие тысячи млеччхов, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты Шакуни, сын Субалы87, и могучий (Улука прозываемый) сын игрока, тот герой в сопровождении своих войск, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда были убиты многочисленные цари и царевичи, все храбрые и с руками, подобными заостренным бревнам, что это могло быть иное, кроме судьбы? Когда кшатрии88, съехавшиеся из различных стран, о Санджая, были убиты все в сражении, что это могло быть иное, кроме судьбы? Мои сыновья и внуки, наделенные могучею силой, были убиты, а также друзья мои и братья. Что же это могло быть иное, кроме судьбы? Несомненно, человек рождается на свет, подвластный судьбе. Тот человек, который наделен счастливой долей, обретает благоденствие.

Я же лишен счастливой доли и поэтому лишился своих сыновей, о Санджая! Престарелый, как я теперь стану подвластен врагам? Я не думаю теперь ни о чем другом, лучшем для меня, чем уединение в лесу, о владыка! Лишенный родственников, потеряв близких, я отправлюсь в лес. Ибо ничто другое, как уход в лес в изгнание, не может быть лучше для меня, оказавшегося в таком положении и с подрезанными крыльями, о Санджая! Когда убит Дурьйодхана, когда убит Шалья в бою, когда (повержены) Духшасана и Вишаста и могучий Викарна89, как же буду я в состоянии слышать зычный рев Бхимасены, который один убил в сражении сотню моих сыновей? В то время, как он непрестанно говорит об убийстве Дурьйодханы, я, мучимый горем и скорбью, не в состоянии буду слышать его жестокие слова!»

Так мучимый скорбью, царь, навсегда потерявший родственников и близких, поминутно теряя сознание, был подавлен душевными муками из-за (гибели) своих сыновей. Вопя и сетуя долгое время, Дхритараштра, сын Амбики, горячо продолжительно вздохнул, раздумывая о своем поражении. Терзаемый великой печалью, царь, о бык из рода Бхараты, снова вопросил суту, сына Гавальганы90, о подробностях, как все произошло.

«После того как были убиты Бхишма и Дрона и когда стало известно, что повержен сын возницы, назначили ли мои воины себе военачальника, предводителя всех войск? Кого бы мои яоины ни назначали предводителем своих войск в сражении, пандавы всякий раз за короткое время убивали каждого. Бхишма был убит на головюм участке битвы Носящим диадему91 на глазах у всех вас! Точно так же и сын суты, доблестный Карна, был убит Носящим диадему на глазах у всех вас, (объединившихся вместе) царевичей. Еще прежде благородным Видурои было сказано мне, что из-за проступка Дурьйодханы это население земли погибнет. Есть глупцы, которые не видят в правильном свете (суть вещей), тогда как другие видят (это) надлежащим образом. Те слова его92 оказались именно такими для меня самого, раз я был глуп. То, что говорил мне Видура, справедливый душою и дальновидный, — те слова его, правдоречивого, исполнились точно. Мною же, чья душа измучена судьбою, было поступлено еще раньше вопреки тем (словам). О плодах той дурной политики расскажи мне вновь, о сын Гавальганы!

Кто же стал во главе наших войск после того, как был повержен Карна? Кто из воинов, сражавшихся на колесницах, выступил против Арджуны93 и Васудевы? Кто (те воины, кои) охраняли правое колесо (колесницы) царя мадров в сражении? И кто (те, кои) охраняли левое (колесо) того царя, жаждавшего сражаться? И кто (из воинов) охранял его с тыла? И каким образом, когда все вы объединились вместе, мог быть убит пандавами могучий царь мадров в сражении и даже мой сын, о Санджая! Расскажи мне всю правду о всеобщей гибели бхаратов94 и о том, как был сокрушен в битве мой сын Дурьйодхана! (Расскажи мне,) как были убиты все панчалы и их последователи, Дхриштадьюмна и Шикхандин и пятеро сыновей Драупади! (Поведай и) о том, как остались (живыми пятеро) пандавов и оба героя из рода Сатвата95, а также Крипа и Критаварман и отпрыск сына Бхарадваджи96! Я желаю услышать теперь обо всем, как происходила битва и какой особенностью она отличалась, ибо ты искусен (в умении повествовать), о Санджая!»

Так гласит глава вторая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 3

Санджая сказал:

Слушай внимательно, о царь, как происходило великое побоище кауравов и пандавов, когда они столкнулись друг с другом. После того как был убит сын возницы97 благородным Пандавой98 и после того как войска вновь сплачивались и не раз обращались в бегство, наблюдая отвагу Партхи после того как сын твой с чувствами, совсем подавленными от скорби, отвратился (от битвы), когда войска (твои), охваченные паническим страхом и оказавшиеся в бедственном положении, о потомок Бхараты, размышляли (что нужно делать дальше), слыша также громкие вопли ратников, подвергавшихся уничтожению, замечая изменившиеся выражения лиц99 великих царей в сражении, видя также повалившиеся сидения колесниц, равно и колесницы благородных (воинов), (видя) убитых в сражении слонов и пехотинцев, о достойнейший, обозревая также ужасное поле битвы, напоминающее место игрищ самого Рудры100, и наблюдая бесславный конец царей, сотнями и тысячами отошедших (от жизни), — Крипа, преисполненный скрытой мощи, преклонного возраста и доброго нрава, проникнутый состраданием и искушенный в речи, о царь, приблизившись к повелителю людей Дурьйодхане, сказал ему в гневе101 такие слова:

«О Дурьйодхана, внимай тому, что я скажу тебе, о Каурава! Услышав, о великий царь, поступай согласно (моим словам), если это тебе понравится, о безупречный! Нет ведь пути, о царь царей, лучшего, чем долг битвы! Прибегая к нему, кшатрии, о бык среди кшатриев, сражаются в битве! Тот, кто живет ремеслом кшатрия, обязан сражаться с сыном, отцом и братом, с сыном сестры и дядей по матери, с родными и близкими. Если он будет убит (в битве), — это высочайшая его заслуга. Равным образом будет величайший грех для него, если он убежит (с поля битвы). Именно (ради этого) те, которые стремятся жить (ремеслом кшатрия), прибегают к средствам жизни, внушающим ужас. В связи с этим я скажу тебе несколько полезных слов. После того, как пали Бхишма и Дрона и Карна, могучий воин на колеснице, после того, как были убиты Джаядратха102 и твои братья, о безупречный, и сын твой Лакшмана, что осталось еще такого, к чему мы должны прибегнуть? Те, на кого мы возложили все бремя, приняв решение об (обладании) верховной властью, — те герои, покинув свои тела, отправились в конечный путь знатоков брахмы103. Что же до нас самих, то, лишенные могучих воинов, наделенных многими достоинствами, мы, приведя к гибели многочисленных царей, должны будем провести (наше время) в печали.

Даже когда все те (герои) были живы, Бибхатсу104 не мог быть побежден. Имея своим оком Кришну105, он, могучерукий, оказался неодолим даже богами. Обширное войско кауравов, достигнув его обезьяноносного знамени, возвышавшегося, словно шест, водруженный в честь Индры106, и сиянием подобного луку Индры или громовой стреле, трепетало (от страха). От львиного рыка Бхимасены, от рева раковины панчаджаньи107 и от звона лука гандивы108 сердца наши поверглись в смятение. Подобно сверкающим вспышкам необыкновенно яркой молнии, похищающей (восприятие) света у наших глаз109, показался лук гандива, напоминая описывающую круг (пылающую) головню. Расцвеченный чистым золотом, тот огромный лук, когда он сотрясался, выглядел как молния, ярко вспыхивавшая среди скоплений облаков. И везомый Кришной, как облако ветром, Арджуна, наилучший из (всех) знатоков оружия, о царь, сжигал то войско твое, подобно тому как воспламенившийся огонь сжигает сухую траву в осеннюю пору.

Обладающего блеском, равным могучему Индре, когда тот проникает в ряды наших войск, мы узрели Дхананджаю110, подобного слону с четырьмя бивнями. Когда он приводил в волнение твое войско и повергал в ужас царей, мы увидели Дхананджаю, точно это был слон, потревоживший озеро, заросшее лотосами. Когда он устрашал всех воинов звоном своего лука, мы вновь увидели этого Пандаву, словно мелкие лесные твари видят льва. Те двое самых могучих лучников во всем мире, те двое быков среди всех стрелков из лука — оба Кришны111, облаченные в панцири, выглядели среди людей весьма блистательно. Сегодня наступил уже семнадцатый день с тех пор, как началось ужаснейшее сражение и совершается убийство в пылу битвы. Все отряды твоих войск, терпя поражение, рассеивались повсюду, подобно тому как скопления осенних облаков рассеиваются ветром. То войско твое, о великий царь, заставил трепетать и метаться Савьясачин, подобно терзаемому ветром судну, брошенному посреди великого океана.

Где же был сын возницы, (сторонник) твой, и где был Дрона со своими приверженцами? Где был я, и где был ты сам? Где же был сын Хридики112, и где был Духшасана, брат твой, вместе с другими братьями (когда был убит Джаядратха)? При виде Джаядратхи, оказавшегося в пределах досягаемости стрел, (Арджуна), проявив свою доблесть на всех твоих родственниках и братьях, на союзниках и дядях по матери и (дерзновенно) положив ногу на их головы, убил Джаядратху на глазах у всех, о царь! Что же еще осталось такое, к чему мы должны прибегнуть? Кто же есть здесь среди людей теперь, который мог бы победить Панда. У того благородного (воина) имеются различные виды небесного оружия. И звон лука гандивы ведь отнимает у нас могучие силы! Это войско твое, лишенное сейчас предводителя, подобно ночи, лишенной месяца, или подобно реке, высохшей вместе с деревьями (по ее берегам), поломанными (поступью) слонов, и приведенной в неестественное состояние. Могучерукий герой, мчащийся на белых конях113, будет по своему желанию рыскать среди твоего войска, потерявшего своего военачальника, как пылающий огонь (распространяется) посреди сухой травы. А стремительность обоих — Сатьяки и Бхимасены — может расколоть все горы или иссушить все океаны!

Те слова, которые сказал среди собрания Бхима114, о владыка народов, им почти уже исполнены. А что еще остается (невыполненным), он также выполнит. Когда Карна противостоял войску, охраняемому пандавами и вовсе неприступному, его тайно защищал Обладатель лука гандивы115. Вы совершили без всяких причин много несправедливостей по отношению к справедливым (пандавам). И плоды тех ваших (поступков) теперь проявились! Ради собственных целей тобою с большим старанием собрано все это воинство. И оно у тебя, о сын мой, и ты сам ввергнуты в великую опасность, о бык из рода Бхараты! Охрани теперь себя самого, о Дурьйодхана, ибо собственная особа есть прибежище всего! Если же прибежище разрушено, о родимый мой, то все, относящееся к нему, рассеивается во все стороны! Тому, кто становится слабым, следует искать мира путем переговоров. Тому же, кто становится сильнее, должно предпочесть войну. Таково мнение Брихаспати116. Мы же теперь слабее пандавов в отношении могущества своих войск. В таком случае мир с пандавами я считаю наиболее благоприятным для тебя, о владыка!

Ведь тот, кто не знает, что служит для его блага, или (зная) пренебрегает тем, что является его благом, вскоре лишается своего царства и уже никогда не находит своего блага. Ведь если, преклонившись пред царем (Юдхиштхирой), мы все же сумели бы удержать верховную власть, то даже это было бы для (нашего) блага, но не (возможность) потерпеть из-за безрассудства, о царь, поражение (от пандавов)! Юдхиштхира117 по нраву своему жалостлив. По одному слову сына Вичитравирьи118 и Говинды119 он позволит тебе оставаться (повелителем) в царстве. Ибо все, что ни скажет Хришикеша120 непобедимому царю121 и Арджуне и Бхимасене, все то они исполнят без сомнения122. Кришна, я думаю, не способен будет переступить слова Дхритараштры из рода Куру, также и Пандава (не сможет нарушить) слов Кришны. Прекращение вражды с партхами — это то, что я считаю наиболее благоприятным для тебя. Я говорю тебе это не из чувства сострадания и не ради сохранения своей жизни. Я говорю тебе, о царь, то, что (считаю) полезным для тебя. Ты вспомнишь эти (слова), когда будешь на грани смерти (если теперь пренебрежешь ими123)!». Такие слова сказал престарелый Крипа, сын Шарадвана124, горько сетуя и плача. Испуская горячие и продолжительные вздохи, он предался затем печали и почти лишился чувств.

Так гласит глава третья в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 4

Санджая сказал:

После таких слов, обращенных к нему прославленным сыном Гаутамы, царь (Дурьйодхана), испустив тогда горячий, продолжительный вздох, оставался в молчании, о владыка народов! Потом, поразмыслив с минуту, благородный сын Дхритараштры, усмиритель врагов, сказал Крипе, сыну Шарадвана, такое слово: «Все, что должно быть сказано другом, (тобою) уже поведано мне. И тобою также сделано все (ради меня), когда ты сражаешься, пренебрегая самой жизнью! Люди видели тебя, как ты проник в ряды вражеского войска и сражался с могучими воинами на колесницах — пандавами, непревзойденными в мощи. Ведь то, что должно ббггь сказано другом, тобою уже сказано мне. Однако все это (сказанное тобою) меня не радует, как лекарство (не радует) того, кто находится на грани смерти. Эти благотворные и высокие слова, которые, подкрепляя соответствующими основаниями и доводами, ты, о могучерукий, говоришь, не нравятся мне, о первейший из брахманов! Лишенный нами (ранее) своего царства, почему же тот (сын Панду125) может доверять нам! Тот богатый царь однажды был побежден нами в игре в кости. Так как же он может вновь поверить моим словам!

Точно так же и Кришна, преданный благу партхов, когда прибыл к нам с миссией посла126, был обманут нами. И тот поступок наш был несовместим (с понятием долга чести). Так почему же тогда Хришикеша, о брахман, станет верить моим словам? Ибо то, что (царевна) Кришна127, когда находилась среди собрания, жалобно сетовала, то (Васудева) Кришна никогда не простит, также и лишения (Юдхиштхирой) своего царства. То, что нами было слышано ранее, что оба Кришны128 обладают одинаковой душою и крепко привязаны друг к другу, — то сегодня мы увидели воочию, о владыка! Услышав о том, что убит сын его сестры129, Кешава130 проводит ночи в глубокой печали. Мы сильно оскорбили его. Так как же он может простить ради меня? Арджуна тоже из-за убийства Абхиманью131 не находит себе покоя. Если бы даже его попросили, зачем он будет прилагать усилия ради моего блага? Средний сын Панду, могучий Бхимасена, чрезвычайно свиреп. Им дана страшная клятва. Он может сломиться, но не может согнуться. А те оба отважнейшие близнецы132, оба пылающие враждою к нам, когда облачены в панцири и вооружены мечами, напоминают двух Ям133. Дхриштадьюмна и Шикхандин тоже возгорелись враждою ко мне. Так зачем же оба они будут прилагать усилия ради моего блага, о наилучший из брахманов?

Одетая в одном платье, в то время как у нее наступили месячные, (царевна) Кришна подверглась мучительным оскорблениям Духшасаны среди собрания на глазах у всех людей. В столь удрученном состоянии и совсем раздетой помнят ее даже теперь пандавы, те усмирители врагов, и (поэтому) никогда не могут быть отвращены от битвы. Тогда же Драупади-Кришна, сильно опечаленная, предалась суровому аскетическому покаянию ради моего сокрушения и успеха (в осуществлении) целей своих супругов. Она постоянно лежала на голой земле, (намереваясь это продолжать до тех пор), пока не придет расплата за враждебные действия. Отбросив высокомерие и гордость, единоутробная сестра Васудевы (Субхадра) всегда прислуживает Кришне (Драупади), уподобившись истой служанке. Итак, все воспылало. И то (пламя) уже невозможно погасить никогда. Так каким же образом можно будет мне заключить мир с ним134, вследствие убиения Абхиманью? После того, как я владел этой землею, опоясанной морями, как же я, по милости пандавов, смогу насладиться небольшим царством? Воссияв, подобно солнцу, высоко над всеми царями, как же я (теперь) буду следовать позади Юдхиштхиры, подобно рабу? Насладившись предметами удовольствий и раздав обильные дары, как же я буду теперь вести жалкую жизнь вместе с жалкими людьми?

Я не сержусь за те мягкие и благотворные слова, сказанные тобою. Я, однако, не считаю, что сейчас подходящее время для мира. Верную политику я усматриваю в том, чтобы сражаться справедливо, о усмиритель врагов! Сейчас не время, чтобы действовать подобно евнуху. С другой стороны, сейчас как раз время для того, чтобы нам сражаться. Мною совершены многочисленные жертвоприношения. Мною розданы брахманам богатые дары. Мною усвоены веды135 путем изучения их по способу последовательного повторения текста. Я шагал по головам моих врагов. Слуги мои заботливо содержались у меня, о отец мой! И люди, удрученные (бедствием), бывали избавляемы мною. Много чуждых стран подверглось моему вторжению. А мое собственное царство охранялось как должно. Я услаждался разного рода предметами удовольствий. Я отдавался служению трем ценностям в жизни человека136 (закону, пользе и любви). Я освободился от долга как перед усопшими предками, так равно и перед обязанностью кшатрия. Несомненно, нет здесь счастья. Откуда (быть теперь) царству, и откуда доброму имени. Слава — (это все), что должно быть достигнуто здесь. Она может быть добыта (только) в сражении и отнюдь не иначе. Для кшатрия же такая смерть, которая наступает дома, достойна порицания. Смерть на ложе в собственном доме — это величайший грех. Тот человек, который покидает свое тело в лесу или в сражении, после того как совершил множество жертвоприношений, достигает великой славы.

Тот не человек, кто умирает, жалостно сетуя в муках, одолеваемый болезнью и старостью, среди плачущих родственников. Оставив различные предметы удовольствий, я уже теперь, вступив в справедливую битву, отправлюсь на небо, чтобы пребывать в одном и том же блаженном мире вместе с теми, кто достиг своего конечного жизненного пути. Несомненно, для героев благородного поведения, никогда не отвращающихся в сражениях, одаренных умом и стойких в правде, для всех, кто совершал жертвоприношения и кто был посвящен на жертвоприношение оружия137, — (уготована) жизнь на небесах. Ведь, наверно, блистательные сонмы апсар138 с радостью взирают на (таких героев, когда они заняты в битве139). Быть может, усопшие предки смотрят на них, чтимых в собрании Шакры140 и блаженствующих на небесах в окружении апсар. Мы тоже теперь взойдем по пути, по которому идут бессмертные141, а также герои, не отвращающиеся от битвы, по пути, избранному такими (героями), как наш престарелый дед142 и равно наставник143, одаренный глубоким умом, Джаядратха, Карна и Духшасана!

Усердно старавшиеся ради меня в этой битве, храбрые повелители людей убиты. Изувеченные стрелами, их тела, залитые кровью, лежат теперь на сырой земле. Герои те, знатоки высочайшего оружия, совершившие к тому же жертвенные обряды, как предписано (в священном писании), положив свои жизни во исполнение своего долга, пребывают (ныне) в чертогах Индры. Ими устлан этот путь (к тем блаженным мирам). Ибо он станет снова труднопроходим из-за идущих толпами из этого мира с большой поспешностью (героев), стремящихся достигнуть блаженной конечной цели. Вспоминая подвиги тех героев, которые погибли ради меня, я. хочу заплатить им долг (положенный от меня), не устремляя своих помыслов на царство. Если, допустив убийство своих друзей, братьев и дедов, я спасу свою собственную жизнь, весь мир тогда будет осуждать меня. Какая же верховная власть может принадлежать мне, оставшемуся без родственников, друзей и доброжелателей и (к тому же) склонившемуся перед сыном Панду? И вот я, испытав такое поражение и полнейшее презрение этого мира144, достигну неба, только сразившись в справедливой битве. И это не может быть иначе!»

После таких слов, сказанных Дурьйодханой, все кшатрии одобрили те слова и приветствовали царя возгласами: «Превосходно, превосходно!». Нисколько не печалясь о своем поражении и устремив помыслы на проявление собственной доблести, все они, твердо решив сражаться, преисполнились сильного воодушевления. Совершив затем уход за верховыми и упряжными животными, кауравы все, радующиеся предстоящей битве, расположились (на ночь), отойдя без малого на две йоджаны145 (от поля). Достигнув на открытой местности, свободной от деревьев, Сарасвати146, питающую красными водами священную и прекрасную равнину у подножия Химавана147, они напились воды из той (реки) и искупались в ней. Воспрянувшие духом, сыновья твои оставались тогда в ожидании (на месте своего отдыха). Полагаясь снова на самих себя, а равно и друг на друга, все кшатрии, о царь, пребывали там (в ожидании), побуждаемые судьбой.

Так гласит глава четвертая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 5

Санджая сказал:

И вот, остановившись на равнине у подножия Химавана, те воины, о великий царь, радующиеся предстоящей битве, все вместе собрались там. Шалья, и Читрасена148, и Шакуни, могучий воин на колеснице, Ашваттхаман149, и Крипа, и Критаварман из рода Сатвата; Сушена, и Ариштасена, и Дхритасена150, обладающий могучею силой, а также Джаятсена151 — все эти цари провели там ночь. После того как доблестный Карна был убит в сражении, сыновья твои, устрашенные (пандавами), кичащимися победой, не могли нигде найти себе покоя, (кроме как у подножия) горы Химавана. Все они, прилагающие усилия в битве, о царь, собравшиеся там, почтив как должно царя в присутствии войска, сказали ему тогда: «Тебе надлежит сражаться с врагами, назначив сначала предводителя своих войск, под чьей защитой в сражении мы победим наших врагов!».

Тогда Дурьйодхана, стоя на колеснице, (отправился) к первейшему из лучших воинов, сражающихся на колесницах (Ашваттхаману), сведущему во всех отличительных приемах ведения боя, подобному самому Разрушителю152 в битве. С красивым телосложением, с головой, покрытой (диадемой153), с шеей наподобие раковины154, сладкоречивый, с лицом, подобно распустившемуся лотосу, с зевом как у тигра, по достоинству своему подобный Меру155, плечами своими, глазами, поступью и голосом напоминающий быка Стхану156, с руками длинными, толстыми и хорошо прилаженными, с грудью широкою и крепкою, по быстроте и силе равный младшему брату Аруны157 (Гаруде) или ветру, величием подобный солнцу, а по разуму равный Ушанасу158, по красоте и внешности и прелести лица — по этим трем главенствующим достоинствам — подобный Месяцу, с (телом), будто состоящим из сочетаний золота и драгоценных камней, с сочленениями, прочно скрепленными, с бедрами, поясницей и задними частями, красиво округленными, со стройными ногами, с красивыми пальцами и ногтями, он, казалось, был сотворен Создателем с большим тщанием, после того как тот обдумывал всякий раз все приемлемые атрибуты (своего творения).

Наделенный всеми счастливыми признаками, способнейший (во всяком деле), он представлял собою океан учености. Всегда побеждающий врагов с большой стремительностью, он сам не мог быть силою побежден врагами. Он знал с точностью военную науку, состоящую из четырех отраслей и десяти видов159. Он также хорошо знал четыре веды с их вспомогательными частями160 и акхьяны161 вместо пятой. Почтив Трехглазого162 с большим усердием и суровыми обетами, Дрона, сам рожденный не от женской утробы, произвел его, преисполненного великих аскетических заслуг, от жены, рожденной не от женской утробы163. Приблизившись к тому вершителю несравненных подвигов, бесподобному по красоте своей на земле, преуспевшему во всех науках, к тому океану достоинств, безупречному Ашваттхаману, твой сын сказал ему: «Ты, сын наставника, — сегодня наше крайнее прибежище! Поэтому (скажи), кто, согласно твоему убеждению, может быть теперь верховным военачальником войск моих, поставив которого во главе их, мы, сплотившись, сможем победить в битве пандавов?».

Сын Дроны сказал:

«И пусть Шалья будет предводителем наших войск! По своему происхождению, по доблести и скрытой мощи, по славе и красоте своей и по всем другим достоинствам он — наивысший. Благодарный (за оказанные ему услуги), оставив сыновей родной своей сестры164, он примкнул к нам. Обладающий своим обширным войском, могучерукий, он подобен второму (Карттикее) предводителю войск богов165. Назначив того царя верховным военачальником, о лучший из царей, мы будем в состоянии одержать победу, как (некогда она была одержана) богами после (назначения) непобедимого Сканды166 (их военачальником)!». После того как сыном Дроны было сие сказано, все повелители людей встали, окружив Шалью, и стали выкрикивать слова победы. Они обратили свои помыслы к битве и преисполнились высочайшей гордости. Тогда Дурьйодхана, сложив почтительно руки, стоя на земле, промолвил возвышавшемуся на своей колеснице Шалье, равному Раме167 и Бхишме в сражении: «Наступило то самое время для (твоих) друзей, о глубоко преданный Друзьям, когда люди мудрые испытывают (лиц под личиной друзей) — настоящие ли это друзья или недруги! Храбрый, будь ты нашим предводителем во главе наших войск. Когда отправишься на битву, пандавы вместе со своими приближенными будут охвачены унынием, а панчалы будут совсем удручены!».

Шалья сказал:

То, о чем ты просишь меня, о царь, правитель кауравов, я выполню. Ибо все, что у меня есть: моя жизнь, мое царство и богатство — все к твоим услугам!

Дурьйодхана сказал:

Я избираю тебя, моего дядю по матери168, верховным военачальником войск моих. Защищай же нас, о наилучший из воителей, как Сканда (защищал) богов в сражении! Дозволь посвятить себя169, о царь царей, (на предводительство войсками), подобно тому как сын Паваки170 (Карттикея) был посвящен на предводительство (воинства) богов! Сокруши врагов в сражении, о герой, как могучий Индра (убивал) данавов!

Так гласит глава пятая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 6

Санджая сказал:

Услышав эти слова царя (кауравов), доблестный царь мадров171 сказал тогда Дурьйодхане, о царь, такие слова: «О Дурьйодхана могучерукий, слушай, о лучший из велеречивых! Ты считаешь, что оба Кришны, когда они на колеснице, — наилучшие из воинов, сражающихся на колесницах. Однако оба они вместе вовсе не равны мне по силе рук. А что уж говорить о пандавах! Когда разгневан, я могу на головном участке битвы сразиться с целым миром, состоящим из богов, асуров и людей, поднявшихся (во всеоружии)! Я одержу победу в сражении над партхами и сомаками172, объединившимися вместе! Без сомнения, я стану предводителем твоих войск. Я установлю такой боевой строй, сквозь который не смогут прорваться враги! О чем истинно говорю тебе, о Дурьйодхана! В этом нет сомнения!».

После таких слов, обращенных к нему, царь (Дурьйодхана) с радостью посвятил без промедления повелителя мадров (военачальником), о лучший из рода Бхараты, среди своего войска, согласно правилам, предписанным шастрами, о владыка народов! Когда же Шалья был посвящен, раздались громкие львиные рыки среди твоих войск и зазвучали музыкальные инструменты, о потомок Бхараты! Возрадовались тогда воины (кауравов) и мадраки173, могучие воины на колесницах. И все они восславили царя Шалью, блистающего в сражении, выкрикивая при этом: «Победа тебе, о царь! Живи долго! Сокруши всех собравшихся врагов! Обретя мощь твоих рук, пусть сыны Дхритараштры, наделенные могучею силой, правят всей обширной землею, избавленные от своих врагов! Ты ведь способен победить в сражении (три мира) вместе с богами, асурами и людьми. А что уж говорить о сомаках и сринджаях174, кои подвержены закону смертных!» Так восславляемый, могучий повелитель мадров испытал тогда великую радость, труднодостижимую людьми, не очищенными душою175.

Шалья сказал:

Сегодня я или убью всех панчалов вместе с пандавами, о царь царей, или же сам, убитый (ими), отправлюсь на небо! Пусть сегодня все люди увидят меня бесстрашно мчащимся (всюду по полю брани)! Пусть сегодня все сыновья Панду, Васудева и Сатьяки, все чеди и сыновья Драупади, Дхриштадьюмна и Шикхандин, а также все прабхадраки176 увидят мою доблесть и страшную мощь лука, ловкость мою, всю мощь оружия и силу моих рук в битве! Пусть сегодня партхи и сиддхи вместе с чаранами177 увидят всю силу, какая сосредоточена в моих руках, и то богатство оружия, что у меня есть! Увидев сегодня мою отвагу, пусть могучие воины пандавов, сражающиеся на колесницах, стремясь противодействовать ей, применят различные способы действий. Сегодня я обращу в бегство войска пандавов со всех сторон! Превосходя в сражении Дрону и Бхишму, о владыка, и сына суты178, я буду рыскать по полю брани ради того, чтобы тебе, о Каурава, сделать приятное!

Санджая сказал:

После того как Шалья был посвящен (верховным военачальником), среди твоих войск, о милостивый, больше уже не задумывались о прискорбной потере Карны, о потомок Бхараты! В самом деле, воины стали там веселыми и весьма довольными. Они считали партхов уже убитыми и подпавшими под власть царя мадров. Обретя же великую радость, войско твое, о бык из рода Бхараты, счастливо вкушало сон в ту ночь и стало оно словно поздоровевшим душою. Услышав тот шум твоего войска, царь Юдхиштхира сказал герою из рода Вришни179 такие слова, и при этом слышали все кшатрии: «Царь мадров Шалья, могучий лучник, высоко чтимый среди всех воинов, о Мадхава180, назначен сыном Дхритараштры предводителем своих войск. Узнав об этом, сделай, о Мадхава, то, что является подходящим. Ты — наш вождь и хранитель! Сделай то, что должно быть сделано вслед за этим!».

И сказал тогда Васудева тому повелителю людей, о великий царь: «Я знаю Артаяни181 достоверно, о потомок Бхараты! Преисполненный доблести и великой скрытой мощи, он особенно высоконравствен. Достигающий поставленной цели, он способен сражаться различными приемами и наделен большой ловкостью рук. Каков Бхишма или Дрона и каков Карна в сражении, таков же точно или (возможно даже) превосходит их царь мадров — так я полагаю. Даже глубоко размышляя, о потомок Бхараты, я не могу найти воина, равного ему, когда он сражается в битве, о повелитель людей! В сражении по силе своей он превосходит Шикхандина, Арджуну и Бхиму, а также Сатвату и Дхриштадьюмну, о потомок Бхараты! Царь мадров, о великий царь, наделенный отвагою льва или слона, будет бесстрашно рыскать (в сражении), как сам Разрушитель в гневе среди существ во время (гибели мира). Сегодня я не вижу достойного ему противника в битве, кроме тебя, о тигр среди людей, наделенного отвагою, равною тигру!

Во всем этом мире совокупно с миром богов не может быть, кроме тебя, другого мужа, который смог бы убить царя мадров, когда тот разгневан в сражении, о отпрыск рода Куру182! Изо дня в день находящийся в сражении, он приводит в волнение твое войско. Поэтому убей Шалью в битве, как Магхаван183 убил Шамбару184. В самом конце (боевых действий185) сей герой с благоговением чтится сыном Дхритараштры. Ведь когда в бою будет убит владыка мадров, тебе, несомненно, достанется победа! А после того, как он будет убит, все обширное войско Дхритараштры будет уничтожено! Услышав, о великий царь, эти мои слова, отправляйся теперь, о Партха, на битву против царя мадров, могучего своею силой! Убей его, о могучерукий, как Васава186 убил (демона) Намучи187! И нисколько не должно быть проявлено здесь милосердия при мысли: «Это мой дядя со стороны матери!» Твердо придерживаясь закона кшатриев, убей повелителя мадров! Переправившись через океан, представляемый Бхишмой и Дроной, уходящий истоками в преисподнюю Карны188, не утони вместе со своими приверженцами, попав в лужицу от следа коровьего копыта189, олицетворяемую Шальей! Прояви всю ту силу аскетического покаяния и ту мощь кшатрия, какие есть у тебя! Убей же того могучего воина, сражающегося на колеснице!».

Сказав эти слова, Кешава, сокрушитель вражеских героев, отправился вечером, почитаемый пандавами, в свой шатер. Когда же Кришна уехал, царь справедливости Юдхиштхира, отпустив всех своих братьев, панчалов и сомаков, спокойно провел ту ночь, вкушая сон, подобно слону, из тела которого извлечены дротики. И те все могучие лучники панчалов и пандавов, обрадованные гибелью Карны, спали тогда в ту ночь счастливо. Избавленное от лихорадочного возбуждения, войско пандавов, изобилующее могучими лучниками и могучими воинами на колесницах, переправившись на другой берег (океана бед и лишений), было преисполнено радости в ту ночь вследствие победы, одержанной убиением сына суты, о достойнейший!

Так гласит глава шестая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 7

Санджая сказал:

После того как прошла та ночь, царь Дурьйодхана тогда, обратившись ко всем твоим (воинам), сказал: «Вооружайтесь, о могучие воины на колесницах!». Услышав повеление царя, войско стало снаряжаться в доспехи. Одни (из воинов) поспешно закладывали колесницы, другие же бегали туда и сюда. Снаряжались слоны и вооружались воины. Другие тысячами начали покрывать коней попонами. Раздались звуки музыкальных инструментов, о владыка народов, ибо их должно производить для воодушевления воинов и ратников. Тогда показались все подразделения войск, оставшиеся от целых соединений, о потомок Бхараты, снаряженные в доспехи и избравшие смерть вместо отступления190. Назначив Шалью, царя мадров, своим верховным военачальником, могучие воины (кауравов), сражающиеся на колесницах, распределив все войско, твердо стали по своим отрядам.

Тогда все твои воины, Крипа и Критаварман, сын Дроны и Шалья и сын Субалы191, а также другие цари, еще уцелевшие, встретившись с твоим сыном, пришли к такому соглашению, что ни один из них не должен никоим образом сражаться с пандавами в одиночку. «Тот из нас, — сказали они, — кто будет в одиночку сражаться с пандавами, или тот, кто покинет сражающегося (соратника своего), тот будет запятнан пятью тяжкими грехами192 и другими меньшими грехами. Соединившись вместе, все мы должны сражаться (с врагами), защищая друг друга!». Так заключив соглашение (между собою), те могучие воины на колесницах, поставив во главе царя мадров, все поспешно двинулись против своих врагов. Равным образом и пандавы, о царь, построив свои войска в боевые порядки на обширном поле битвы, выступили против всех кауравов, вознамерившихся сразиться с ними со всех сторон. И то войско, о лучший из рода Бхараты, чей гул напоминал взбушевавшийся океан, колеблемое из-за колесниц и слонов, являло собою зрелище океана, вздымающегося (от волн).

Дхритараштра сказал:

Я слышал о гибели Бхишмы, Дроны и сына Радхи193. Расскажи мне далее о поражении Шальи и сына моего! Каким образом был убит в сражении Шалья царем справедливости194, о Санджая? И как (был убит) Бхимою могучерукий сын мой Дурьйодхана?

Санджая сказал:

Слушай, о царь, набравшись терпения, о сокрушении человеческих тел и гибели слонов и коней, когда я буду рассказывать (тебе) о сражении! Надежда, о царь, сильно возросла тогда у сыновей твоих, когда, после того как были повержены Бхишма, и Дрона, и сын суты, Шалья намеревался убить в бою всех партхов, о достойнейший! Лелея такую надежду в сердце своем и утешаясь ею, сын твой, полагаясь в битве (всецело) на царя мадров, могучего воина на колеснице, считал себя тогда имеющим защитника. Когда после убиения Карны партхи издали львиные рыки, тогда, о царь, сынов Дхритараштры обуял великий страх. Но, успокоив их, доблестный царь мадров построил, о великий царь, обширный боевой строй195, благоприятный во всех отношениях. И доблестный царь мадров выступил против партхов в сражении, размахивая своим чудесным луком, способным поражать со страшною силой и придавать (выпускаемым стрелам) большую стремительность. И тот могучий воин, сражающийся на колеснице, взошел на лучшую из колесниц, в которую были впряжены кони, происходившие из страны Синдху196. И изображение борозды (на знамени) его, о великий царь, высившееся над колесницей, придавало ей вид блистательный.

Предохраняемый той колесницею, герой тот, храбрый сокрушитель врагов, стоял, о великий царь, рассеивая страх сыновей твоих. При вы ступлении царь мадров, облаченный в доспехи, следовал во главе строя, сопровождаемый храбрыми мадраками и непобедимыми сыновьями Карг ны. Налево находился Критаварман, окруженный тригартами. По правую сторону (двигался) сын Гаутамы (Крипа) вместе с шаками и яванами. В тылу находился Ашваттхаман, окруженный камбоджами. В середине (войска) был Дурьйодхана, охраняемый воинами — быками из рода Куру. Окруженные большим отрядом конницы, шествовали вместе со всём войском также сын Субалы (Шакуни) и сын игрока (Улука197), могучий воин на колеснице.

Пандавы же, могучие лучники, те усмирители врагов, построив свое войско в боевые порядки, о великий царь, и разделившись на три части, ринулись против твоего войска. Дхриштадьюмна, и Шикхандин, и также Сатьяки, могучий воин на колеснице, двинулись поспешно против войска Шальи. Тогда царь Юдхиштхира, окруженный отрядом своего войска, ринулся против самого Шальи, желая убить его, о бык из рода Бхараты! А против сына Хридики (Критавармана) и саншаптаков выступил с большой стремительностью Арджуна, сокрушитель скопищ врагов. Против сына Гаутамы (Крипы) ринулись, о царь царей, Бхимасена и сомаки, могучие воины на колесницах, горя желанием убить своих врагов в битве. Оба же сына Мадри198, два могучих воина на колесницах, в сопровождении своих войск выступили в битве против Шакуни и Улуки, тех обоих (героев) во главе своих войск. Равным образом и твои воины десятками тысяч с различным оружием в руках, воспаленные гневом, двинулись против пандавов в том сражении.

Дхритараштра сказал:

После поражения могучего лучника Бхишмы, Дроны и Карны, могучего воина на колеснице, и после того как кауравы равно и пандавы остались в незначительном числе и когда партхи, преисполненные великой отваги, еще более разъярились в сражении, о Санджая, какова была (мощь) оставшегося войска моего и вражеского?

Санджая сказал:

О том, как мы и враги (наши) противостояли для битвы и какова была (мощь) оставшегося войска (обеих сторон) в сражении, — о том внемли мне, о царь! Одиннадцать тысяч колесниц, о бык из рода Бхараты, десять тысяч и семь сотен слонов и полных две сотни тысяч коней, о бык из рода Бхараты, и тридцать миллионов воинов199 — такова была (мощь) твоего войска. Шесть тысяч колесниц, шесть тысяч слонов, десять тысяч коней и двадцать миллионов пеших воинов200, о потомок Бхараты, — таков был остаток войска пандавов в той битве. Такие именно (силы) сошлись (с обеих сторон) для битвы, о бык из рода Бхараты! Распределив таким образом (свои войска), о царь царей, мы, послушные советам царя мадров, выступили против пандавов, воспаленные гневом и жаждущие победы. Равным образом и храбрые пандавы, тигры среди людей, кичащиеся победой, и панчалы, овеянные славой, вступили в сражение. Так именно те тигры среди людей со скопищами своих войск, жаждавшие убить друг друга, пришли в столкновение на ранней утренней заре, о владыка! И тогда произошла свирепая на вид и ужаснейшая битва между твоими и вражескими воинами, жестоко разящими и убивающими друг друга.

Так гласит глава седьмая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 8

Санджая сказал:

Тогда произошла битва между кауравами и сринджаями, увеличивающая страх (у воинов), о царь царей, ужасная, подобная (сражению) между богами и асурами. Люди, колесницы и скопища слонов, воины, сражающиеся на слонах, и тысячи всадников, преисполненных великой отваги, сшибались друг с другом. Был слышен громкий шум от мчавшихся, страшных видом, слонов, точно (рокот) облаков на небосклоне в (дождливую) пору. Некоторые воины, сражавшиеся на колесницах, падали от сокрушительных ударов слонов вместе со своими колесницами. Другие храбрые воины разбегались по полю битвы от (тех животных), неистовых от возбуждения. Хорошо обученные воины на колесницах своими стрелами отправляли целые отряды конницы и пехотинцев, защищавших ноги (слонов), в потусторонний мир, о потомок Бхараты! А хорошо обученные всадники, о царь, окружив могучих воинов, сражавшихся на колесницах и рыскавших по полю, разили и убивали их копьями, дротиками и мечами. Некоторые воины, вооруженные луками, окружив могучих воинов на колесницах, — причем многие нападали на одного, — отправляли их в обиталище Ямы. Другие же могучие воины на колесницах, окружив слона и наилучших среди подобных же воинов, убивали с громким криком и возгласами («Вот я!»)(кого-либо) из сражавшихся воинов, и (повсюду201) рыскали.

Равным образом и слоны, окружив со всех сторон воина на колеснице, воспаленного гневом и сеявшего многочисленные стрелы, убивали его, о великий царь! Нападая (друг на друга), ратник на слоне против ратника, сражавшегося на слоне, и воин на колеснице против воина, сражавшегося на колеснице, в пылу сражения там и сям убивали друг друга дротиками, пиками и длинными стрелами. Было видно, как слоны и кони, сокрушая пеших воинов средь битвы, производили великое смятение. Повсюду мчались украшенные буйволовыми хвостами кони, точно лебеди по равнине у подножия Химавана, будто они собирались поглотить саму землю. И земля, испещренная копытами тех коней, о владыка народов, выглядела красиво, словно (прекрасная) женщина, покрытая царапинами от ногтей (своего любовника). От стука копыт коней и скрипа ободов (колес) и от рева слонов, от звуков различных музыкальных инструментов и протяжного рева раковин земля стала звенеть, словно удары грома, о потомок Бхараты! Из-за звенящих луков, сверкавших сабель и яркого блеска доспехов (воинов) ничего нельзя было различить.

Множество отрубленных рук, подобно хоботам вожаков слонов, извивалось, корчилось и двигалось в страшных судорогах. От падавших на землю голов, о великий царь, был слышен гул, напоминавший шум от падения плодов с деревьев тала202. От тех упавших голов, обагренных кровью, земля выглядела красиво, словно была (покрыта) золотистого цвета лотосами в пору их (цветения), о потомок Бхараты! И в самом деле от тех безжизненных голов с закатившимися глазами и сильно изуродованных (различным оружием) она, о великий царь, выглядела блистательно, будто была покрыта распустившимися лотосами. От упавших рук, умащенных сандалом и украшенных драгоценными браслетами кеюра203, земля, о царь царей, ярко блистала, словно была (покрыта) шестами, водруженными в честь Индры204. Поле битвы покрылось бедрами царей, отрубленными в жаркой битве и напоминавшими хоботы слонов, и другими (членами тел). Усеянный сотнями безглавых тел и украшенный зонтами и буйволовыми хвостами, тот лес войска красовался блистательно, словно (настоящий) лес, покрытый цветами. И воины, бесстрашно рыскавшие там, о великий царь, с телами, залитыми кровью, выглядели подобно распустившимся цветам дерева киншука205.

Также и слоны, жестоко мучимые стрелами и пиками, падали там и сям на поле брани, уподобляясь разорванным облакам. Отряды слонов, о великий царь, сокрушаемые благородными (воинами), рассеивались во все стороны, подобно тучам, гонимым ветром. И слоны те, видом напоминавшие облака, повсюду падали на землю, точно это были горы, расколотые громами при гибели мира в конце юги206. Соразмерные с горами207, целые груды павших на землю коней вместе со всадниками виднелись повсюду. И образовалась на поле битвы река, текущая в потусторонний мир. В ней воды заменяла кровь, а водовороты — боевые колесницы. Знамена служили ей деревьями, а кости — галькой (по берегам). Руки (воинов) заменяли ей крокодилов, луки — ее течение, слоны — прибрежные скалы, а кони — ее камни. Жир и мозг служили ей трясиной, зонты были ее лебеди, а булавы — ее плоты. Усеянная доспехами и тюрбанами, она была украшена стягами вместо красивых деревьев. Она была покрыта множеством (плывущих) колес, тройными бамбуковыми дышлами и древками знамен. Вызывающая радость у храбрых и увеличивающая страх у робких, возникла та страшная река с толпящимися (по ее берегам) кауравами и сринджаями. И через ту ужаснейшую реку, текущую в мир усопших, переправились те герои, чьи руки напоминали заостренные бревна, на своих колесницах и верховых и упряжных животных, служивших им плотами и лодками.

Меж тем как происходила та битва, не знающая границ морального свойства, о владыка народов, страшная, сопряженная с гибелью четырех родов войск208 и напоминающая (поэтому сражение) между богами и асурами в давние времена, некоторые (воины) громко взывали к своим родственникам и друзьям, о усмиритель врагов; другие же, (взываемые) кричавшими родственниками, не возвращались209, мучимые страхами. В то время, как происходила не знавшая границ нравственности та страшная битва, Арджуна и Бхимасена приводили в замешательство своих врагов. И то огромное войско твое, о повелитель людей, так уничтожаемое, было там и сям сбиваемо с толку, подобно женщине под влиянием опьяняющего напитка. Приведя в замешательство то войско, Бхимасена и Дхананджая затрубили в свои раковины и издали тогда львиные рыки. И лишь только услышали тот зычный рев, Дхриштадьюмна и Шикхандин, поставив во главе царя справедливости, ринулись против царя мадров. Мы видели, (сколь) чудесным и страшным по виду был тот способ, о владыка народов, коим сражались с Шальей те герои сообща и каждый в отдельности. Оба сына Мадри, преисполненные неистовой ярости и искушенные во владении оружием, оба неодолимые в бою, выступили со всей стремительностью против твоего войска, горя желанием победы.

Тогда войско твое, о бык из рода Бхараты, понуждаемое при помощи стрел пандавами, жаждущими победы, повернуло вспять. Сокрушаемое так и гонимое упорными лучниками, войско то, о великий царь, разбегалось во все стороны на глазах у твоих сыновей. Громкие горестные крики «Аи! Ой!» поднялись среди твоих воинов, о потомок Бхараты! «Стой, остановись!» — такие восклицания поднимались тогда же среди бежавших благородными кшатриями, желавшими друг другу победы в сражении. Однако, разбитые пандавами, те войска твои все же бежали прочь. Оставляя на поле боя дорогих сыновей, братьев и дедов, дядей по матери, дочерних сынов, а также родственников по женитьбе и других родичей, погоняя коней и слонов, воины твои разбегались во все стороны, проявляя решимость лишь в своей собственной защите, о бык из рода Бхараты!

Так гласит глава восьмая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 9

Санджая сказал:

Видя то войско разбитым, доблестный царь мадров обратился к своему вознице: «Скорее гони коней стремительно быстрых! Вон стоит царь Юдхиштхира, сын Панду, под светло-желтым сверкающим зонтом, поддерживаемым над ним. Быстро доставь меня туда, о возница, и посмотри на мою мощь (в бою)! Ведь партхи не в силах стоять сегодня передо мною в битве!». После таких слов возница царя мадров помчался туда, где находился верный своей цели царь справедливости Юдхиштхира. Внезапно двинувшееся (на него) могучее войско пандавов сдерживал в сражении, как берег морской вздымающийся океан, один Шалья. В самом деле, огромное скопище войск пандавов, ринувшись на Шалью, о достойнейший, стояло тогда (неподвижно) в бою, словно натиск моря, (обрушивающийся) на гору. Увидев царя мадров, стоявшего для битвы на поле сражения, кауравы возвратились обратно, избрав смерть вместо отступления. Когда же они возвратились, о царь, и каждый (заняли свои места) в хорошо построенных боевых порядках, произошло ужасное сражение, где (свободно) текла кровь, уподобляясь воде.

Накула, непобедимый в бою, сразился с Читрасеной210. Оба они, превосходные лучники, нападая друг на друга, поливали один другого ливнями стрел, подобно двум (наполненным) дождевым облакам, поднявшимся (на небосклоне) с юга и с севера. И я не мог заметить различия между Пандавой211 и его противником. Оба искушенные во владении оружием и наделенные мощью, они были опытны в упражнениях на боевых колесницах. Оба стремясь убить друг друга, они старательно высматривали один у другого слабые места. И тут Читрасена стрелою с широким острием, хорошо закаленной и отточенной, о великий царь, рассек лук Накулы у самой рукояти. Затем он бесстрашно поразил лишенного лука Накулу в лоб тремя отточенными на камне стрелами с золотым оперением. Другими острыми стрелами он отправил коней его к богу смерти, затем поверг знамя и возницу своего противника тремя стрелами каждого. С теми тремя стрелами, выпущенными из рук врага и торчащими во лбу, Накула, о царь, выглядел красиво, подобно горе с тремя гребнями.

Лишенный лука и колесницы своей, тот герой, взяв меч и щит, спрыгнул с колесницы, как лев с вершины горы. И когда он пешком устремился (на противника своего), тот выпустил в него ливень стрел. Но преисполненный ловкой отваги, Накула перехватил тот ливень своим Щитом. Достигнув колесницы Читрасены, тот могучий герой (сын Панду), способный сражаться различными способами и превозмогающий усталость, взошел на нее на глазах у всего войска. Затем Пандава отделил от туловища увенчанную диадемой голову Читрасены, украшенную серьгами, с красивым носом и красивыми продолговатыми глазами. И тот, наделенный блеском, равным солнцу, рухнул с площадки своей колесницы. Увидев же Читрасену сраженным, (все) могучие воины на колесницах издали возгласы одобрения и многочисленные львиноподобные кличи.

Увидев своего брата убитым, оба сына Карны — Сушена и Сатьясена — оба могучих воина на колесницах, меча острые стрелы, быстро ринулись тогда против Пандавы, лучшего из воинов, сражавшихся на колесницах, подобно тому как два тигра, о царь, в дремучем лесу (нападают) на слона, желая убить его. Оба неистовые, ринулись они на того могучего воина на колеснице, с ловкостью пуская стрелы, будто два облака, (исторгающие) потоки воды. Хотя и пронзенный повсюду стрелами, могучий и доблестный сын Панду, взойдя на (другую) колесницу, весело взял другой лук и стоял в битве, как сам Разрушитель в своем гневном облике. И вот те оба брата, о царь, начали своими прямыми стрелами разбивать на части его колесницу, о владыка народов! Тогда Накула, смеясь, убил в пылу сражения четырех коней Сатьясены четырьмя остро отточенными стрелами. Затем, нацелив длинную стрелу с золотым оперением и отточенную на камне, Пандава рассек, о царь царей, лук Сатьясены. Но тогда, взойдя на другую колесницу и взяв другой лук, Сатьясена и Сушена обрушились на Пандаву. Однако доблестный сын Мадри бесстрашно пронзил их обоих, о великий царь, двумя стрелами, каждого на головном участке боя.

Тогда Сушена, могучий воин на колеснице, воспаленный гневом, рассек в пылу битвы, смеясь при этом, громадный лук Пандавы стрелою с бритвообразным острием. Но, взяв другой лук, Накула, неистовый от ярости, пронзил Сушену пятью стрелами и срезал одною его знамя. И без промедления в пылу битвы он рассек затем лук и кожаный нарукавник Сатьясены, о достойнейший, и все люди издали там громкие крики. Тот также, взяв другой лук, способный поражать (стрелами) с большой стремительностью и выдерживать большое напряжение, осыпал сына Панду стрелами со всех сторон. Но, отразив те стрелы, Накула, сокрушитель вражеских героев, пронзил Сатьясену и Сушену двумя стрелами каждого. В ответ оба они пронзили Накулу каждый в отдельности неуклонно летящими стрелами. Также и возницу его, о царь, они пронзили острыми стрелами. Доблестный же Сатьясена, наделенный большой ловкостью рук, пронзил отдельно (от брата своего) двумя стрелами дышло колесницы Накулы и лук его.

Однако тот непревзойденный воин (Накула), стоя на своей колеснице, взял особый дротик (метаемый с колесницы212), снабженный золотой рукоятью и с непритупленным острием, смазанный маслом и вовсе лишенный пятен. Он, о владыка, напоминал детеныша змеи, смертельно ядовитого, постоянно высовывающего язык. И, подняв то (оружие), он метнул его в Сатьясену в пылу сражения. И оно пронзило сердце его в той битве и разорвало на. сто частей, о царь! Бесчувственный, лишенный жизни, он рухнул с колесницы на землю. Увидев своего брата убитым, Сушена, неистовый от гнева, мгновенно (лишил колесницы) отпрыска Панду и окатил его, сражавшегося пешим, своими стрелами. Увидев Накулу без своей колесницы, Сутасома, могучий сын Драупади213, ринулся туда, желая в сражении вызволить своего отца. Взойдя тогда на колесницу Сутасомы, Накула, превосходнейший из рода Бхараты, выглядел красиво, точно лев, стоящий на горе. И, взяв другой лук, он сразился с Сушеной. И оба те могучих воина на колесницах, нападая друг на друга и поливая стрелами, прилагали усилия, чтобы сокрушить один другого.

Тогда Сушена, воспаленный гневом, поразил Пандаву тремя стрелами и двадцатью Сутасому в обе руки и грудь. В ответ, о великий царь, могучий Накула, сокрушитель вражеских героев, (сильно) разгневавшись, покрыл его со всех сторон своими стрелами. Затем, взяв тонко заостренную стрелу с хорошо отточенным наконечником в виде полумесяца, он стремительно метнул ее в сына Карны214. И тою (стрелою), о лучший из царей, (сын Панду) снес ему голову с туловища на глазах у всего войска. И тот (подвиг его) казался весьма удивительным! Сраженный так благородным Накулой, о царь, тот рухнул, подобно высокому дереву на берегу реки, сброшенному порывом ее течения. При виде убийства сына Карны и доблести Накулы войско твое бежало в страхе, о бык из рода Бхараты!

Однако то войско, о великий царь, защитил тогда в сражении его верховный военачальник — храбрый и доблестный царь мадров, тот усмиритель врагов. Полагаясь на (свое собственное) войско, о великий царь, он бесстрашно стоял (в битве), издавая громкие львиные рыки и заставляя свой лук, грозно звучать. Тогда те воины твои, о царь, охраняемые в сражении тем твердым лучником, выступили без всяких опасений против врагов своих со всех сторон. И, окружив отовсюду того могучего лучника — царя мадров, те могучие воины, о царь, стояли там, желая сразиться со всех сторон. (Равным образом) Сатьяки и Бхимасена и оба пандавы — оба сына Мадри, поставив во главе Юдхиштхиру, того усмирителя врагов, отвергающего робость, и окружив его в сражении, издали львиноподобный клич. Герои те тоже произвели шум и свист стрелами (выпущенными ими), а также издали различные клики и возгласы. Точно так же и все твои воины, быстро окружив повелителя мадров, сильно возбужденные гневом, снова решились на битву.

Тогда произошла битва, усиливающая страх у робких, между твоими воинами и врагами, из коих (обе стороны) избрали себе смерть вместо отступления215. Как некогда происходила битва между богами и асурами, о владыка народов, таким было сражение, о царь, между бесстрашными (воинами), увеличившее (население) царства Ямы. Тогда обезьянознаменный216 сын Панду, о царь, сокрушив в битве саншаптаков, ринулся против того войска кауравов. Также и пандавы с уцелевшими остатками своих сил, предводительствуемые Дхриштадьюмной, устремились против того же войска, выпуская острые стрелы. Произошло замешательство (в рядах кауравов), осыпаемых (стрелами) пандавов. Ибо те подразделения войска не могли различать главные или же промежуточные страны света. Покрываемые острыми стрелами, выпускаемыми (из луков) пандавами, войско (кауравов), лишенное своих героев и теснимое со всех сторон, было разбито. И в самом деле, о Кауравья, оно стало уничтожаться сыновьями Панду — могучими воинами на колесницах. Равным образом и войско пандавов, о царь, стало лодвергаться со всех сторон в сражении том уничтожению сотнями и тысячами от стрел сыновей твоих. И в то время как оба войска, сильно возбужденные, уничтожали друг друга, они пришли в бурное волнение, как две реки в период дождей. И великий, панический страх проник в (сердца) твоих воинов, а равно и пандавов, о царь царей, когда происходила та ужасная битва.

Так гласит глава девятая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 10

Санджая сказал:

Когда же войска, уничтожаемые друг другом, пришли в столь сильное расстройство, когда воины (их) убегали прочь, а слоны начали издавать низкий рев; когда пехотинцы в той ужасной битве стали громко кричать и вопить и тогда, когда кони, о царь, разбегались в разные стороны; когда побоище становилось ужасным и когда поголовное истребление охватило все живые существа, когда различные виды оружия пускались в ход или сталкивались одно с другим и когда колесницы и слоны смешивались вместе; в то время как у одержимых битвой проявлялся восторг, а у робких увеличивался страх, и когда воины всецело погружались (в битву), горя желанием убить друг друга; во время того ужаснейшего события, отнимавшего жизни (у людей), когда происходила грозная игра — устрашающее сражение, увеличивавшее (население) царства Ямы, — пандавы сокрушали твои войска острыми стрелами и точно таким же образом твои воины уничтожали войска пандавов.

И когда так происходила битва та, внушающая ужас робким, когда наступил ранний час дня перед восходом солнца, противники, о царь, метко разившие в цель, охранявшиеся благородным (Юдхиштхирой), сражались с твоим войском, избрав смерть вместо отступления217. Войско кауравов, (сражаясь) с могучими и горделивыми пандавами, искусно наносившими удары и метко разившими в цель, стало слабеть (и волноваться), подобно (стаду) газелей, охваченных (страхом) перед (бушующим) огнем. Видя то войско обессиленным и подавленным, точно корова, погруженная в болото, Шалья, желая вызволить его, выступил тогда против войска, пандавов. Охваченный гневом, царь мадров, взяв превосходнейший лук, ринулся в битву против пандавов, смертельных своих врагов218. Пандавы тоже, о великий царь, в сражении том, кичившиеся победой, выступили против царя мадров и пронзили его острыми стрелами. Но тут царь мадров, наделенный могучею силой, стал изматывать то войско на глазах у царя справедливости сотнями острых стрел.

И тогда, о царь, явилось множество знамений. Издавая гулкий шум, задрожала сама Земля вместе с горами. Метеоры с пылающими остриями, наподобие копий, снабженных рукоятями, разлетаясь на куски во все стороны, падали с неба на землю, затмевая диск солнца. Газели, буйволы и птицы, о владыка народов, в огромном количестве оставляли войско твое, о царь, справа от себя219! Тогда произошла чрезвычайно свирепая битва между ратниками (обеих сторон), сосредоточенными в огромном скопище. Сплотив затем все свои войсковые подразделения, о повелитель людей, кауравы обрушились, о царь, на войско пандавов. И тут Шалья, с неопечаленной душой, окатил ливнем стрел Юдхиштхиру, сына Кунти, подобно тому как Тысячеглазый220 обрушивает (потоки дождя). Одаренный могучею силой, он пронзил Бхимасену, всех (пятерых) сыновей Драупади и обоих сыновей Мадри, (рожденных от) Панду, равно и Дхриштадьюмну и внука Шини221, а также Шикхандина — каждого десятью стрелами, отточенными на камне, с золотым оперением. И действительно, он исторгал дождь стрел, как Магхаван (проливает ливни) на исходе жаркой поры.

Тогда были видны прабхадраки, о царь, и сомаки, павшие и повергаемые тысячами стрелами Шальи. Как рои пчел или тучи саранчи, стрелы альи падали, подобно громовым стрелам из облаков. Слоны и кони, отинцы и воины, сражавшиеся на колесницах, жестоко терзаемые стрелами Шальи, падали, или бродили (без цели), или издавали громкие вопли. Возбужденный гневом и буйной отвагой, владыка мадров окутал (стрелами) своих врагов в сражении том, словно это был сам Разрушитель, выпущенный Временем (при гибели мира222). Могучий повелитель мадров начал при этом зычно греметь, напоминая грохот облаков. Так уничтожаемое Шальей, то войско пандавов бежало к Аджаташатру223, сыну Кунти224, Юдхиштхире. Одаренный большой ловкостью рук, (Шалья), сокрушив в пылу сражения то (войско) острыми стрелами, стал жестоко теснить Юдхиштхиру могучим ливнем стрел. Когда он стремительно обрушивался на него с пехотинцами и конницей, царь Юдхиштхира, воспаленный гневом, сдерживал его острыми стрелами, как (сдерживают) возбужденного течкой слона стрекалами. Но тут Шалья выпустил в него страшную стрелу, подобную ядовитой змее. Она пронзила насквозь благородного (сына Кунти) и стремительно упала на землю.

Тогда Врикодара225, преисполненный гнева, пронзил Шалью семью стрелами, Сахадева226 же — пятью и Накула — десятью. А (пятеро) сыновей Драупади окатили дождем стрел того героя, сокрушавшего врагов, — Артаяни, великого участью своей, подобно тому как облака (поливают ливнем) гору. Видя Шалью, теснимого со всех сторон партхами, Критаварман и Крипа, разъяренные оба, ринулись тогда к нему (на помощь). Также Улука, и Пататрин227, и Шакуни, сын Субалы, также Ашваттхаман, могучий воин на колеснице, с легкой улыбкой на устах, и все сыновья твои защищали Шалью в сражении всеми средствами. Пронзив Бхимасену тремя стрелами, Критаварман могучим ливнем стрел остановил его, (представлявшегося) воплощением гнева. Разгневанный Крипа жестоко ударил потоками своих стрел в Дхриштадьюмну. Против сыновей Драупади выступил Шакуни, а против обоих близнецов — сын Дроны. Дурьйодхана, неистовый в скрытой мощи, выступил в том сражении против Кешавы и Арджуны, первейших из воинов, и, преисполненный могучей силы, ударил в обоих своими стрелами. Так происходили (на поле брани) сотни поединков, свирепых видом и чудесных, между твоими и вражескими (воинами), о владыка народов!

Властитель Бходжи228 убил в том сражении коней Бхимы масти белоногой антилопы. Лишенный коней, тот отпрыск Панду, сойдя с площадки колесницы, начал сражаться с палицею в руках, словно сам Разрушитель с поднятым жезлом. Царь мадров убил затем коней Сахадевы перед лицом (Бхимы). В ответ Сахадева убил мечом сына Шальи. Наставник Гаутама бесстрашно сразился снова с бесстрашным Дхриштадьюмной, прилагая усилия (против своего врага), действовавшего с еще большим старанием. Сын наставника (Ашваттхаман), не очень гневный и как бы улыбаясь, пронзил (пятерых) доблестных сыновей Драупади каждого десятью стрелами. Шалья также, возбужденный гневом, о царь, сокрушая сомаков и пандавов, вновь жестоко ударил в Юдхиштхиру острыми стрелами. Тогда доблестный Бхима, охваченный яростью, закусив губу, взял в пылу сражения свою палицу и нацелил ее на (Шалью), чтобы сокрушить его.

Напоминающая жезл Ямы, нависшая (над врагами), подобно Ночи (во время) гибели мира229, чрезвычайно губительная для жизни слонов, коней и людей; обвитая вокруг золотыми тесемками, похожая на сверкающий метеор, снабженная петлей из веревки, непомерно лютая, как самка змеи, (по твердости) подобная громовой стреле и целиком сделанная из железа; умащенная сандаловой мазью и благовонным алоэ, подобно желанной юной красавице, запачканная мозгом, жиром и кровью, напоминающая самый язык Вайвасваты230; унизанная сотнею звенящих колокольцев, подобно грому Васавы, напоминающая видом ядовитую змею, только что сбросившую свою обветшалую кожу, окропленная выделениями возбужденного течкой слона; приводящая в ужас вражеские войска и сообщающая радость своим войскам, прославленная в мире людском и способная раскалывать вершины гор, она (была) тем (оружием), которым в обиталище на Кайласе231 могучий сын Кунти вызвал на битву разгневанного владыку Алаки232 — друга Махешвары233, — (тем оружием), которым могучий (Бхима), хотя и был сдерживаем многими, убил в гневе великое множество надменных гухьяков234, наделенных силой иллюзии, в обители подателя богатств235 ради получения цветка мандары236, дабы сделать приятное Драупади. Подняв ту, как громовую стрелу (Индры), восьмигранную, изобилующую алмазами, драгоценными камнями и жемчужинами и высоко чтимую (палицу), могучерукий (сын Панду) обрушился против Шальи в пылу битвы.

И тою палицею, издающей ужасный звук, (Бхима), искушенный в битве, сокрушил четырех коней Шальи, отличавшихся быстротой. Тогда отважный Шалья, воспаленный гневом в пылу сражения, вонзил пику в широкую грудь (Бхимы), издав при этом громкий крик. И, пронзив доспехи, она вошла (в его тело). Врикодара, однако, бесстрашно извлекши ту пику, пронзил тогда ею грудь вознице царя мадров. И тот в доспехах пронзенных, изрыгая кровь, рухнул с содрогнувшимся сердцем. А царь мадров, опечаленный, повернувшись к нему лицом, сошел (с колесницы), фи виде подвига своего, встретившего такое противодействие, Шалья всем существом преисполнился изумления. Стойкий душою, он стал взирать на своего противника. А партхи, увидев тогда тот страшный подвиг (сына Кунти), с радостными сердцами почтили Бхимасену, неутомимого в своих усилиях.

Так гласит глава десятая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 11

Санджая сказал:

Увидев, что возница его повержен, Шалья, о царь, быстро взяв свою палицу, целиком сделанную из железа, стоял неподвижно, как утес. И на него, подобного пылающему огню в конце юги237, или Разрушителю с путами в руках, или горе Кайласа с ее (грозною) вершиной, или Васаве с его громовою стрелою, или Желтоглазому238 (Махадеве) с его трезубцем, или возбужденному течкой слону в лесу, обрушился со всей стремительностью Бхима, вооруженный огромной палицей. Тогда раздались (протяжные) звуки тысяч раковин и труб и громкие львиные рыки, усиливающие радость героев. В самом деле, воины твои и вражеские, взирая со всех сторон на тех двух воинов — могучих слонов, восклицали: «Превосходно, превосходно! Ведь кроме повелителя мадров или Рамы239, радующего род Яду240, нет другого, который отважится выдержать в сражении стремительный натиск Бхимасены! И точно так же, кроме Врикодары, нет другого воина, который отважится выдержать в битве мощь палицы благородного повелителя мадров!»

И оба они — царь мадров и Врикодара, — ревущие, как быки, описывали круги, слегка покачиваясь с палицами в руках. В битве той не было различия между теми обоими мужами-львами как в способах описывать круги, так и в искусном владении палицей. И та палица Шальи, обвитая сверкающими полосками из литого золота, словно огненными языками пламени, усиливала страх (зрителей). Точно так же и палица благородного Бхимы, когда он применял способы, описывая круги, выглядела красиво, уподобляясь молнии среди туч. Ударяемая палицею царя мадров, палица Бхимы, о царь, производила искры огня, ярко сверкая при этом. Подобным же образом, ударяемая палицей Бхимы, палица Шальи исторгала ливни сверкающего угля. И все это казалось удивительным!

Будто два огромных слона, (ударяющие друг друга) клыками, или два громадных быка — своими рогами, оба они стали тогда поражать друг друга остриями палиц, словно стрекалами. Оба они, испытывающие удары палиц (друг друга), в одно мгновение были залиты кровью и выглядели еще прекраснее, подобно двум цветущим деревьям киншука. Ударяемый палицею царя мадров по левому и правому боку, могучерукий Бхимасена стоял неподвижно, как утес. Точно так же и, поминутно ударяемый с порывистой силой палицею Бхимы, Шалья, о царь, оставался недвижим, подобно горе, осаждаемой слоном. Громкий гул от ударов палиц тех обоих львов был слышен среди мужей со всех сторон, подобно следующим один за другим раскатам грома.

Прекращая (на минуту бой), оба они, наделенные великой мощью, вновь начинали описывать с поднятыми палицами замкнутые круги, каждый оставаясь при этом внутри своей черты. Затем опять происходило столкновение между обоими (героями), вершителями сверхчеловеческих подвигов, после того как один приближался к другому только на восемь шагов, нападая с поднятыми железными булавами. Потом, стремясь достать друг друга, они снова описывали круги. Оба преуспевшие (в искусстве владения палицей), они стали обнаруживать свое превосходство в этом умении. Подняв тогда свои страшные палицы, оба они, точно две скалы, увенчанные гребнями, ударяли друг друга, подобно двум горам, (столкнувшимся вершинами) во время землетрясения. Сильно ударяемые своими палицами под взаимным натиском, те оба героя в одно и то же время падали, подобно двум шестам, водруженным в честь Индры241. И тогда герои обоих войск, (видя такое зрелище), издавали горестные восклицания: «Аи! Ой!». Получая сильные удары по жизненно важным местам, оба они были весьма удручены.

Тогда Крипа, посадив на свою колесницу Шалью, быка среди мадров, вооруженного палицей, поспешно вывез его с поля битвы. Однако, поднявшись в мгновение ока, пошатываясь, словно пьяный, Бхимасена с палицею в руках вызвал (на битву) повелителя мадров. И тогда твои герои-воины, вооруженные различным оружием, сразились с войском пандавов под звуки различных музыкальных инструментов. С поднятыми руками и оружием, и производя громкий шум, о великий царь, они, предводительствуемые Дурьйодханой, ринулись против (пандавов). Увидев то войско (кауравов), сыновья Панду242 двинулись (на него) с львиным кличем, горя желанием убить Дурьйодхану. Твой же сын, о бык из рода Бхараты, (приметив) среди тех упорно нападавших (героев) Чекитану243, глубоко пронзил пикою его грудь. Сраженный так твоим сыном, он рухнул с площадки колесницы, залитый потоками крови, и погрузился в кромешный мрак. Увидев Чекитану убитым, могучие воины пандавов, сражавшиеся на колесницах, стали пускать ливни стрел (на кауравов) непрерывно и попеременно. В самом деле, пандавы, аждавшие победы, о великий царь, красиво рыскали повсюду среди отРядов твоих войск.

Крипа, и Критаварман, и могучий сын Субалы сражались с царем справедливости (Юдхиштхирой), возглавляемые царем мадров. Дурьйодхана, о великий царь, сражался с Дхриштадьюмной, убийцей сына Бхарадваджи244, наделенным огромной мощью и отвагой. Три тысячи колесниц, посланных твоим сыном, о царь, и возглавляемых сыном Дроны, сражались с Виджаей245. Твердо решившие выиграть победу, щедро жертвуя своею жизнью, (все) твои воины, о царь, проникли (в строй пандавов), точно лебеди в большое озеро. И произошла тогда свирепая битва между воинами, жаждавшими убить друг друга, которая усиливала их взаимную радость, когда они наносили друг другу удары. Меж тем как происходило то сражение, о царь, гибельное для выдающихся героев, с земли поднялась пыль, вызванная ветром. Только когда мы слышали об (объявляемых) именах (пандавов) и когда (имена кауравов) возвещались пандавами, мы узнавали о воинах, которые бесстрашно сражались друг с другом. Та пыль, о тигр среди мужей, вскоре была успокоена (текущей) кровью, и все страны света вновь стали ясными, когда та пыль рассеялась.

В то время как происходило так страшное на вид, ужасное сражение, не было ни одного повернувшего вспять ни среди твоих, ни среди вражеских воинов. Жаждавшие достичь мира Брахмы246 и домогавшиеся победы в бою, сражаясь справедливо, воины проявляли свою доблесть, стремясь обрести небо. Ради выполнения долга перед своими хозяевами за (предоставленные ими) средства к жизни или твердо решившиеся осуществить цели своих повелителей, воины с сердцами, прикованными к небесам, сражались (друг с другом). Используя различные виды оружия, могучие воины на колесницах грубо покрикивали и поражали друг друга. «Убивайте, колите, хватайте, бейте, режьте!» — такие возгласы слышались в твоем и их войске. Тогда Шалья, о великий царь, пронзил царя справедливости Юдхиштхиру острыми стрелами, горя желанием убить того могучего воина на колеснице. Но знающий слабые места в теле, Партха, о великий царь, вонзил, как бы смеясь, четырнадцать длинных стрел (в царя мадров), целясь в его жизненно важные места. Сдерживая же Пандаву своими стрелами, достославный (Шалья), преисполненный гнева и жаждавший убить (своего противника), пронзил его в пылу сражения множеством стрел, снабженных оперением цапли. И снова, о великий царь, он ударил в Юдхиштхиру прямой стрелою на глазах у всего войска.

Царь справедливости, овеянный славой, сильно разгневавшись, пронзил (в ответ) царя мадров острыми стрелами, снабженными оперением цапли и павлина. И Чандрасену247 — семьюдесятью стрелами, а возницу (Шальи) — девятью, Друмасену248 же — шестьюдесятью четырьмя (стрелами) поразил тот могучий воин на колеснице. Когда были (таким образом) убиты благородным Пандавой оба воина, охранявшие колеса его колесницы, тогда Шалья, о царь, убил двадцать пять чедиев. И он пронзил Сатьяки двадцатью пятью острыми стрелами, Бхимасену — пятью и обоих сыновей Мадри — сотнею (стрел) в пылу той битвы. Меж тем как он рыскал так в сражении том, о наилучший из царей, Партха послал в него острые стрелы, напоминавшие ядовитых змей. В пылу битвы сын Кунти Юдхиштхира стрелою с широким острием снес с его колесницы верхушку знамени (своего противника), в то время как тот находился перед ним. Мы видели знамя Шальи, срубленное так благородным сыном Панду и падавшее, подобно расколотой вершине горы.

Увидя упавшее свое знамя и Пандаву, стоявшего перед ним, царь мадров преисполнился сильной ярости и выпустил ливень стрел. И Шалья, бык среди кшатриев, с душою неизмеримой, выпускал в того кшатрия свои стрелы, подобно тому как Парджанья249 исторгает потоки дождя. Пронзив Сатьяки, и Бхимасену, и обоих сыновей Мадри, (рожденных) от Панду, пятью стрелами каждого, он жестоко стал теснить Юдхиштхиру. Мы тогда видели, о великий царь, сеть из стрел, простертую над грудью Пандавы, словно скопища поднявшихся облаков. В пылу битвы Шалья, могучий воин на колеснице, преисполнившись ярости, покрыл его со всех сторон прямыми стрелами. И тогда царь Юдхиштхира, жестоко мучимый сетью стрел, оказался лишенным своей доблести, точно так, как (некогда асура) Джамбха250, (жестоко теснимый) Сокрушителем Вритры251.

Так гласит глава одиннадцатая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 12

Санджая сказал:

Meж тем как царь справедливости подвергался таким мучениям, о достойнейший, Сатьяки, и Бхимасена, и оба сына Мадри, (рожденные) от Панду, окружив Шалью своими колесницами, начали жестоко теснить его в сражении. При виде его одного (без поддержки), так теснимого естоко теми могучими воинами на колесницах (и все же успешно отражавшего их натиск), сиддхи (которые были очевидцами сражения), издавали громкие возгласы одобрения и преисполнились восторга. «Чудесно!» — возглашали также отшельники, собравшиеся вместе (чтобы лицезреть сражение). Тут Бхимасена в пылу битвы, пронзив Шалью, ставшего (как обозначается его имя) неотвратимым жалом252 в доблести, одной стрелою, снова пронзил его семью. Сатьяки же, горя желанием (вызволить) сына Дхармы253, окатил владыку мадров сотнею стрел и издал затем громкий львиный рык. Накула пронзил его пятью стрелами, а Сахадева — семью и затем быстро пронзил его снова семью (стрелами). И тот герой, Шалья, отчаянно сражаясь, жестоко теснимый теми могучими воинами на колесницах, натянул страшный лук, способный выдерживать большое напряжение и стремительно поражать, пронзил Сатьяки двадцатью пятью стрелами, о достойнейший, Бхимасену — семьюдесятью тремя и Накулу — семью (стрелами). Затем, рассекши стрелою с широким острием лук с возложенной на нем стрелой лучника Сахадевы, он пронзил в пылу сражения его самого семьюдесятью тремя (стрелами).

Сахадева, однако, в пылу битвы натянув тетивою другой лук, ударил в своего дядю по матери254, наделенного неотразимым блеском, пятью стрелами, напоминавшими ядовитых змей или пылающий огонь. И возницу его он, сильно разгневанный, пронзил прямою стрелою в том сражении и его самого — еще раз тремя стрелами. Затем Бхимасена пронзил Шалью семьюдесятью тремя стрелами, Сатьяки — девятью и царь справедливости также пронзил ему тело шестьюдесятью. И тогда все тело Шальи, пронзенного так, о великий царь, теми могучими воинами на колесницах, стало истекать кровью, подобно тому как (меловая) гора источает (потоки смытого ливнем) красного мела. Тех могучих лучников он в. ответ стремительно пронзил пятью стрелами каждого, о царь! И (подвиг) тот казался удивительным! Затем другой стрелою с широким острием тот превосходнейший воин на колеснице, о достойнейший, рассек натянутый лук сына Дхармы в сражении том. Но, взяв другой лук, сын Дхармы, могучий воин на колеснице, покрыл Шалью вместе с его конями, возницей, знаменем и колесницей своими стрелами. И покрываемый так в пылу битвы стрелами сына Дхармы, он (в свою очередь) пронзил Юдхиштхиру десятью острыми стрелами.

Тогда Сатьяки, преисполнившись гнева при (виде) сына Дхармы, так терзаемого стрелами, окутал храброго повелителя мадров тучами стрел. В ответ тот стрелою с бритвообразным острием рассек могучий лук Сатьяки и поразил других воинов, возглавляемых Бхимасеной, тремя стрелами каждого. Воспаленный яростью, о великий царь, Сатьяки, воистину отважный, послал тогда в него пику, снабженную золотым древком и украшенную множеством драгоценных (камней). Бхимасена же (послал) в него длинную стрелу, подобную сверкающей змее; Накула (метнул) дротик, Сахадева — великолепную булаву, а царь справедливости — шатагхни255, горя желанием убить Шалью в том сражении. И все те скорострельные виды оружия, выпущенные руками пятерых (воинов), (в том числе) пику, посланную Сатьяки, Шалья рассек стрелами с широким острием. Посланную также Бхимой стрелу, украшенную золотом, он, наделенный отвагой и большой ловкостью рук, рассек на две части в пылу той битвы. И посланный Накулой дротик с золотой рукоятью, наводящий ужас, и булаву, пущенную Сахадевой, он отразил тучами своих стрел. Двумя другими стрелами он рассек шатагхни, (посланную) царем256, о потомок Бхараты, на глазах у сыновей Панду и издал громкий львиный рык.

Однако не смог перенести внук Шини такой победы своего врага в сражении. Неистовый от гнева, Сатьяки, взяв тогда другой лук, пронзил владыку мадров двумя стрелами и возницу его — тремя. Но тут Шалья, о великий царь, сильно разгневавшись, пронзил всех их десятью стрелами, подобно тому как могучих слонов (пронзают) стрекалами. Так сдерживаемые в сражении царем мадров, те могучие воины на колесницах, сокрушители врагов, оказались не в силах устоять перед ним. И тут царь Дурьйодхана, видя доблесть Шальи, счел пандавов, панчалов и сринджаев уже убитыми. Тогда, о царь, могучерукий Бхимасена, преисполненный великой доблести, мысленно решив пожертвовать жизнью, сразился с повелителем мадров. Накула, и Сахадева, и Сатьяки, могучий воин на колеснице, окружив Шалью, осыпали его стрелами со всех сторон. Хотя и окруженный четырьмя выдающимися лучниками и могучими воинами пандавов на колесницах, доблестный царь мадров все же сражался с ними.

И тут, о царь, сын Дхармы в пылу жестокой битвы быстро сразил стрелою с бритвообразным острием воина, охранявшего колесо колесницы Царя мадров, о властитель земной257! И когда тот храбрый и могучий воин на колеснице, охранявший колесо колесницы Шальи, был убит, царь мадров, непревзойденный в силе, покрыл боевые отряды (пандавов ливнями) стрел. Видя, о царь, отряды своих войск, покрываемые (стрелами) в сражении, царь справедливости Юдхиштхира стал тогда размышлять так: «Как же (в самом деле) не может оказаться правдивым то веское слово Мадхавы258? Ведь царь (мадров), воспаленный гневом, не сможет Уничтожить мое войско в сражении!» Тогда пандавы, о старший брат Панду259, в сопровождении колесниц, слонов и коней двинулись на владыку мадров и начали жестоко теснить его со всех сторон. Но, подобно ветру, разгоняющему огромные скопища облаков, тот (герой), о царь, сеял в пылу сражения поднявшийся вихрь стрел и различного другого оружия. Мы тогда видели тот вихрь стрел с золотым оперением, исторгаемый Шальей и проносящийся по воздуху, подобно растянутому полету саранчи.

В самом деле, стрелы те, посланные царем мадров с головного участка битвы, были видны, когда пролетали, будто (сплошные) рои саранчи. И от выпущенных из лука царя мадров стрел с золотым украшением небосвод сделался (столь застланным ими), что, казалось, не было совсем свободного пространства на нем, о повелитель людей! Ни среди пандавов, ни среди наших (воинов) никого невозможно было разглядеть. Когда образовался густой мрак, наводящий там великий страх, от ливней стрел, (исторгаемых) могучим царем мадров благодаря высокой ловкости рук, и когда увидели море войск пандавов, столь колеблемое (тем героем), боги, гандхарвы и данавы пришли в крайнее изумление. Тесня жестоко тех храбрых (воинов пандавов) своими стрелами со всех сторон, о достойнейший, он260 окутывал (ими) царя справедливости и поминутно издавал зычные рыки, подобно льву. И те могучие воины пандавов на колесницах, покрываемые так Шальей в сражении, оказались не в состоянии выступить против того выдающегося героя на колеснице, чтобы сразиться с ним. Однако ратники на колесницах (из войск пандавов), предводительствуемые царем справедливости и возглавляемые Бхимасеной, не оставили (безнаказанно) в сражении храброго Шалью — то украшение битвы.

Так гласит глава двенадцатая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 13

Санджая сказал:

Между тем Арджуна, пронзенный в той битве множеством железных стрел сыном Дроны, а также его приверженцами — храбрыми и могучими воинами на колесницах среди тригартов, в ответ пронзил сына Дроны тремя стрелами в пылу сражения и других могучих лучников — двумя стрелами каждого. Затем снова Дхананджая могучерукий окатил (их всех) ливнями своих стрел. Хотя и поражаемые острыми стрелами, они ощетинились ими, словно колючками, все же твои (воины), о бык из рода Бхараты, не оставили (безнаказанно) Партху в сражении. Предводительствуемые сыном Дроны, те могучие воины на колесницах, окружив Арджуну отрядом колесниц, сражались с ним в бою. Выпущенные ими стрелы, о царь, украшенные золотом, быстро заполнили площадку колесницы Арджуны. И как только (кауравы) увидели обоих Кришн261, двух могучих лучников — тех быков среди всех лучников, с телами, унизанными стрелами, но восторженных и одержимых битвой, тогда, о владыка, боковые дышла, колеса, переднее дышло и постромки, ярмо и днище колесницы (Арджуны) оказались покрыты стрелами (его врагов). Подобного тому, что твои воины учинили Партхе, никогда раньше, о царь, не было нами ни видано и ни слыхано. И та колесница лыглядела блистательно из-за тех острых стрел с красивым оперением, подобно сверкающей сотнями факелов небесной колеснице, (спустившейся) на землю.

Тогда Арджуна, о великий царь, осыпал то (вражеское) войско прямыми стрелами, подобно тому как облако поливает гору ливнями дождя. Поражаемые в той битве стрелами, обозначенными именем Партхи, воины те, видя такое положение вещей, считали, что (поле битвы) стало как бы заполненным Партхой. Тогда мощный огонь Партхи, стрелы которого заменяли ему необычное пламя, а гулкий звон лука (гандивы) служил ему ветром (раздувающим его), начал быстро сжигать поленья дров, состоящие из твоих войск. Груды падающих на землю колес и ярем, колчанов, флагов и знамен вместе с самими колесницами (что их носили); равно и дышел, днищ и тройных бамбуковых дышел, о потомок Бхараты, а также осей (колесничных), постромок и стрекал всевозможных; также падающих голов (воинов), украшенных серьгами и тюрбанами, рук, о великий царь, и плеч со всех сторон; также и зонтов вместе с опахалами, диадем и корон были видны на всем пути следования колесницы Партхи, о потомок Бхараты! В самом деле, земля, покрытая месивом из мяса и крови, стала непроходимой на вид, о лучший из рода Бхараты, подобно месту игрищ Рудры262. Вид ее рождал страх у робких и увеличивал радость у храбрых.

Сокрушив в сражении том две тысячи колесниц вместе с их предохранительными щитами (от столкновения), о усмиритель врагов, Партха выглядел подобно бездымному пылающему огню. И право ведь, как божественный Агни263 сверкает (в конце юги), когда он уничтожает вселенную вместе со всем, что в ней движется и неподвижно, именно так, о Царь, выглядел Партха, могучий воин на колеснице. Сын же Дроны, видя Доблесть Пандавы в сражении, попытался на своей, осененной множеством знамен, колеснице сдержать сына Панду. И те оба тигра среди мужей, оба — владетели белых коней, оба — превосходнейшие лучники, быстро схватились тогда друг с другом, желая убить один другого. Ливень (выпускаемых) ими стрел, о великий царь, был ужасен, словно потоки дождя, (исторгаемые) из облаков, на исходе жаркой поры, о бык из рода Бхараты! Состязаясь друг с другом, они оба жестоко уязвляли друг друга прямыми стрелами, подобно тому как двое быков (терзают) один другого своими рогами. Битва между ними, о великий царь, велась равной длительное время. И лязг от столкновения оружия сделался там, громким и страшным.

Тогда сын Дроны пронзил Арджуну двенадцатью стрелами с золотым: оперением и с хорошо отточенным острием и Васудеву — десятью, о потомок Бхараты! Оказав на минуту почтение сыну Дроны в той свирепоцз битве, Бибхатсу затем сильно натянул свой лук гандиву. И вскоре Савьясачин, могучий воин на колеснице, лишил (своего противника) коней возницы и самой колесницы и потом слегка пронзил его тремя стрелами). Но, стоя на лишенной коней колеснице, сын Дроны метнул в сына Панду сделанную из железа палицу, напоминающую заостренное железом бревно. Но ее, украшенную полосками золотой ткани, быстро устремлявшуюся на него, отважный Партха, тот сокрушитель врагов, рассек на семь частей. Увидев свою палицу рассеченной, сын Дроны, преисполненный сильного гнева, взял страшное бревно, заостренное железом, напоминающее вершину владыки гор264. И искушенный в битве сын Дроны метнул его в Партху. Заметив то заостренное железом бревно, (устремляющееся на него), подобно самому Разрушителю в пылу гнева, Арджуна, сын Панду, быстро сокрушил его пятью превосходнейшими стрелами. Рассеченное стрелами Партхи в пылу жестокой битвы, оно упало на землю, разрывая гулом своим сердца царей земных, о потомок Бхараты!

Затем Пандава пронзил сына Дроны тремя другими стрелами. Хотя и глубоко пронзенный могучим Партхой, сын Дроны, однако, наделенный мощью, полагаясь на свое собственное мужество, вовсе не поддался смятению. Но тут Судхарман265, о царь, осыпал отпрыска сына Бхарадваджи стрелами на глазах у всех кшатриев. Тогда и Суратха, могучий воин на колеснице среди панчалов, в пылу битвы ринулся на колеснице, чей грохот напоминал рокот облаков, против сына Дроны. Натягивая свой превосходнейший лук, тугой и способный выдержать любое напряжение, тот (герой панчалов) осыпал Ашваттхамана стрелами, напоминавшими пылающий огонь или ядовитых змей. При (виде) Суратхи, могучего воина на колеснице, в гневе обрушившегося на него, сын Дроны преисполнился ярости, как змея, побитая палкой. Сдвинув брови в три складки и облизывая уголки рта, он взирал на Суратху в гневе и затем, натерев тетиву лука, выпустил острую длинную стрелу, блеском равную жезлу самого Ямы. Пущенная с большой стремительностью, та (стрела), пронзив насквозь сердце Суратхи, вошла в землю, разрыв ее глубоко, подобно громовой стреле Шакры266, пущенной (с неба). И в то же время сам он, сраженный тою стрелою, рухнул на землю, подобно изобильной богатством267 вершине горы, сокрушенной громом.

Когда же был убит тот герой, доблестный сын Дроны, лучший из воинов, сражавшихся на колесницах, быстро взошел на колесницу своего (поверженного врага). Тогда вполне снаряженный, о великий царь, сын Дроны, одержимый в бою, сразился с Арджуной, окруженный саншаптаками в разгаре битвы. И та битва, когда солнце достигло полудня, между Арджуной и его врагами, увеличивавшая население царства Ямы, сделалась чрезвычайно свирепой. Там увидели мы необычайное зрелище, так как, отмечая их отвагу, Арджуна (без посторонней помощи) в одиночку сражался одновременно со всеми героями. Побоище то между Арджуной и его противниками было чрезвычайно свирепым, подобно сражению, (происходившему) некогда между Шатакрату268 и многочисленным войском дайтьев269.

Так гласит глава тринадцатая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 14

Санджая сказал:

Дурьйодхана, о великий царь, и Дхриштадьюмна, сын Паршаты270, вступили в страшную битву, применяя в изобилии стрелы и дротики. С обеих сторон, о великий царь, тысячами исторгались ливни стрел, как исторгаются потоки дождя из облаков в дождливую пору. Тут Царь (кауравов) свирепострелый, пронзив сына Паршаты пятью железными стрелами, снова пронзил убийцу Дроны семью. Но Дхриштадьюмна, преисполненный силы и стойкий в отваге, в пылу сражения жестоко ударил в Дурьйодхану семьюдесятью стрелами. Увидев царя, столь жестоко теснимого, о бык из рода Бхараты, единоутробные братья его вместе с огромным войском окружили сына Паршаты. Он же, плотно окруженный со всех сторон теми храбрыми атиратхами271, рыскал в том сражении, о Царь, показывая высокую ловкость своих рук (в метании оружия). А Шикхандин, окруженный прабхадраками, сражался с обоими лучниками — Критаварманом и сыном Гаутамы, могучим воином на колеснице.

И там битва тоже стала весьма свирепой и страшной на вид, о владыка народов, когда (воины) готовы были жертвовать жизнью и когда в пылу сражения разыгрывалась игра со ставкой на жизнь. Шалья, выпуская ливни стрел во все стороны, жестоко теснил пандавов вместе с Сатьяки и Врикодарой. В то же время, о царь царей, геройски сражался он в битве и с обоими близнецами (Накулой и Сахадевой), равными по доблести самому Яме. Меж тем как пандавы были теснимы в том свирепом побоище стрелами Шальи, никто из могучих воинов, сражавшихся на колесницах, не мог найти себе защитника. Тогда храбрый Накула, сын Мадри, (видя), что царь справедливости жестоко тесним, ринулся стремительно против своего дяди по матери. Покрыв Шалью в пылу сражения (множеством стрел), Накула, губитель вражеских героев, в то же время улыбаясь, пронзил его посередь груди (другими) стрелами, сделанными целиком из железа, гладко зачищенными кузнецом и отточенным на камне, посланными из лука с большой силою. Но, жестоко теснимым сыном своей сестры, Шалья в ответ мучительно изматывал Накулу прямыми стрелами.

Тогда царь Юдхиштхира, Бхимасена и Сатьяки, также и Сахадева, сын Мадри, все ринулись против царя мадров. Но их, стремительно нападавших (на него), наполняя грохотом своих колесниц главные и промежуточные страны света и заставляя содрогаться землю, перехватил в пылу сражения тот победитель врагов, военачальник (кауравов). Пронзив Юдхиштхиру тремя стрелами и Бхимасену семью, (Шалья) пронзил Сатьяки сотнею стрел в той битве и Сахадеву тремя. Затем владыка мадров стрелою с бритвообразным острием рассек, о достойнейший, лук с возложенной на него стрелою благородного Накулы. Рассеченный стрелами Шальи, тот лук разлетелся на куски. Тогда, взяв другой лук, сын Мадри, могучий воин на колеснице, быстро наполнил колесницу царя мадров стрелами, снабженными оперением. А тут Юдхиштхира и Сахадева, достойнейший, пронзили тому владыке мадров грудь десятью стрелами каждый. Затем Бхимасена и Сатьяки, ринувшись на царя мадров, nopaзили его стрелами с оперением цапли — первый шестью, а второй девятью стрелами.

Тогда царь мадров, воспаленный гневом, пронзил Сатьяки девятью стрелами и еще раз — семьюдесятью прямыми стрелами. Затем он рассек у рукояти лук его вместе с возложенной на него стрелой и отправил в пылу той битвы четырех его коней к богу смерти. Лишив Сатьяки колес ницы, царь мадров, наделенный могучею силой, ударил в него со всех сторон сотнею стрел. Затем и обоих сыновей Мадри, сильно разгневанных, и Бхимасену, сына Панду, и Юдхиштхиру, о Кауравья, пронзил он десятью стрелами каждого. Мужество царя мадров, что мы видели там, было весьма удивительным, так как партхи, даже совокупно, не могли подступиться к нему в том сражении. Тогда, взойдя на другую колесницу, могучий Сатьяки, одаренный истинной отвагой, увидев пандавов, жестоко теснимых и уже подпавших под власть царя мадров, ринулся со всей стремительностью против повелителя мадров. Но навстречу мчавшейся его колеснице двинулся на своей колеснице Шалья, блиставший в собрании, подобно тому как одержимый течкой слон (устремляется) на другого возбужденного слона. Столкновение между Сатьяки и храбрым повелителем мадров было свирепым и необычайным на вид, подобное тому, какое произошло некогда между (асурой) Шамбарой и царем бессмертных272.

Видя царя мадров, стоявшего (перед ним) в сражении, Сатьяки пронзил его десятью стрелами и воскликнул: «Стой, остановись!» Но царь мадров, глубоко пронзенный тем благородным (воином), в ответ пронзил Сатьяки острыми стрелами с красивым оперением. Тогда партхи, могучие лучники, быстро ринулись на своих колесницах на того царя, горя желанием убить своего дядю по матери. И тут произошло побоище между сражавшимися героями, чрезвычайно свирепое и сопровождавшееся потоками крови, подобное (схватке) между ревущими львами. И право, о великий царь, столкновение, что произошло между ними, напоминало (драку) между ревущими львами, схватившимися друг с другом из-за мяса.

И тысячами ливней стрел, (выпущенных) ими, была совсем окутана земля, а небосвод тогда был также вдруг заполнен (тучами) стрел. Повсюду там возник сплошной мрак, причиненный стрелами. В самом деле, от стрел, выпущенных теми благородными (воинами), образовалась там тень, как от облаков. Там, о царь, от сверкающих стрел, выпущенных (воинами), снабженных золотым оперением и напоминавших змей, только что сбросивших свою обветшалую кожу, страны света, казалось, горели ярким блеском. Там Шалья, сокрушитель врагов, совершил весьма удивительный подвиг, ибо сей герой один (без посторонней помощи) сражался со многими в той битве. Земля покрылась падавшими на нее свирепыми стрелами, снабженными оперением цапли и павлина, пущенными из рук царя мадров. Там, о царь, мы видели колесницу Шальи, мчавшуюся в той страшной битве, подобно (колеснице) Шакры, (несшейся) некогда при сокрушении асуров.

Так гласит глава четырнадцатая в Шальяпарве великой Махабхарате.

ГЛАВА 15

Санджая сказал:

Тогда, о владыка, твои войска, возглавляемые царем мадров, снова стремительно ринулись против партхов в том сражении. Хотя и жестоко теснимые, войска твои, свирепые в битве, обрушиваясь на партхов, очень скоро измотали их благодаря превосходству в своей численности. Поражаемые кауравами, те (воины) пандавов не устояли (в битве) на глазах обоих Кришн, хотя и были удерживаемы Бхимой. Тогда Дхананджая, воспаленный гневом, покрыл Крипу и его последователей, а также Критавармана ливнями стрел. Сахадева же сдерживал Шакуни и его войско. Накула, стоя сбоку, бросал взгляды на царя мадров. (Пятеро) сыновей Драупади сдерживали большую часть царей (из лагеря кауравов). Сына Дроны сдерживал царевич Панчалы Шикхандин. Бхимасена же с палицею в руках сдерживал царя (Дурьйодхану), а Шалью вместе с его войском (сдерживал) сын Кунти Юдхиштхира. И тогда произошла битва, в которой повсюду сшибались парами твои и вражеские воины, никогда не, отвращавшиеся от сражений.

Там мы увидели выдающийся подвиг Шальи, ибо он один сражался со всеми войсками пандавов. Шалья тогда, находясь вблизи Юдхиштхиры в сражении том, выглядел подобно планете Шанайшчара273 — вблизи Месяца. Жестоко тесня царя стрелами, напоминавшими ядовитых змей, он вновь ринулся на Бхиму и покрыл его ливнями стрел. Видя ту ловкость рук его, а также искусство во владении оружием, войска вражеские и твои почтили его. Жестоко теснимые Шальей, пандавы, сильно изувеченные, пустились в бегство, оставив поле битвы, хотя и кричал Юдхиштхира (повелевая им остановиться). Меж тем как войска его были тает уничтожаемы царем мадров, сын Панду — Царь справедливости Юдхиштхира впал во власть гнева. Полагаясь на свое мужество, тот могучий воин на колеснице стал (в ответ) сильно изнурять царя мадров, приняв решение: либо пусть будет победа, либо — смерть. И, созвав всех своих братьев, а также Кришну из рода Мадху, он сказал им.

«Бхишма и Дрона и Карна, и другие цари, которые проявляли свою доблесть ради кауравов, все нашли свою гибель в сражении! Вы все проявили свое мужество сообразно вашей отваге и в соответствии с долей участия, (предоставленной каждому из вас). Остается только одна доля, именно моего участия, которая предоставлена Шальей, могучим воином на колеснице. Я надеюсь сегодня победить владыку мадраков274 в битве. О том, что я думаю по этому поводу, я поведаю теперь. Эти двое героев, сыновья Мадравати, станут охранителями колес моей (колесницы). Оба они считаются героями, непобедимыми в сражении даже самим Васавой. придерживающиеся обязанностей кшатриев, оба они, достойные всякого уважения и верные своим обетам, будут усердно сражаться ради меня со своим дядей по матери. Или меня Шалья убьет в сражении, или я убью его. Да будет вам благо! Внемлите этим правдивым словам, о первейшие герои в мире! Сегодня я сам буду сражаться по закону кшатриев со своим дядей по матери, о цари земные, и твердо решил либо достичь победы, либо иного. Пусть те, кто снаряжает колесницы, быстро приготовят мне для битвы оружие и всевозможные принадлежности в гораздо большем количестве (нежели у Шальи). Внук Шини (будет охранять) правое мое колесо, а Дхриштадьюмна — левое. И пусть сын Притхи Дхананджая сегодня охраняет меня сзади. И пусть Бхима, наилучший из всех носящих оружие, сегодня сражается впереди меня. Таким образом я буду иметь превосходство над Шальей в (предстоящей) великой битве!»

После таких слов, сказанных царем, все его доброжелатели сделали так (как было им приказано). Тогда восторг снова обуял войска (пандавов), о царь, особенно же панчалов, сомаков и матсьев275. Во исполнение в сражении того клятвенного обещания царя справедливости, панчалы тогда затрубили в сотни раковин и ударили в литавры и барабаны и издали львиные рыки. Отличавшиеся большой стремительностью и преисполненные гнева, те. быки из рода Куру ринулись с громкими криками радости против царя мадров, оглашая землю звоном колоколец слонов, ревом раковин и зычными звуками труб. Но тех (противников) перехватил твой сын и доблестный царь мадров, подобно тому как две горы — Аста и Удая276 — (удерживают) многочисленные огромные облака. Всегда восхвалявший битву Шалья окатил ливнем стрел царя справедливости, того усмирителя врагов, как Магхаван исторгает ливни дождя.

Также и благородный царь кауравов, взяв свой прекрасный лук, показывал различные уроки, преподанные ему Дроной. Он красиво пускал ливни стрел, обнаруживая большое искусство и ловкость. И когда он рыскал в сражении, никто не мог заметить у него никакого промаха277. Оба они (Шалья и царь справедливости), преисполненные великой отваги в сражении, жестоко терзали друг друга различными стрелами, подобно двум тиграм, дерущимся из-за мяса. Бхима схватился тут с твоим сыном, восторгавшимся битвой. Царевич Панчалы (Дхриштадьюмна) и Сатьяки и оба сына Мадри от Панду перехватили со всех сторон героев чкауравов), возглавляемых Шакуни. И тогда опять произошла там, о Царь, из-за дурных твоих советов ужасная битва между твоими и вражескими воинами, жаждавшими победы. Тут Дурьйодхана прямою стрелою рассек в пылу битвы, метко целясь, знамя Бхимы, украшенное золотом. Красивое, чарующее видом львинообразное знамя278 Бхимасены упало, громко звеня густой сетью увешанных колокольцев. И снова тот повелитель людей тонко заостренной стрелою с бритвообразным наконечником рассек красивый лук его, напоминавший хобот вожака слонов.

Преисполненный скрытой мощи, Бхима, лишенный своего лука, проявляя свою доблесть, пронзил особым дротиком, пущенным с колесницы, грудь твоему сыну, и тот опустился на площадке колесницы. И когда он впал в обморочное состояние, Врикодара вновь стрелою с бритвообразным острием снес затем голову с туловища его возницы. Лишенные своего возницы, кони Дурьйодханы пустились (беспорядочно) бежать во все стороны, о потомок Бхараты, влача за собой колесницу. И раздались тогда (в войске кауравов), о царь, горестные восклицания «Аи! Ой!». И за той колесницей устремились сын Дроны — могучий воин на колеснице, Крипа и Критаварман, горя желанием вызволить твоего сына. В то время, когда (при таком зрелище) то войско (кауравов) пришло в сильное расстройство, а последователи Дурьйодханы были страшно напуганы, обладатель лука гандивы, натянув свой лук, начал убивать их своими стрелами. Тут Юдхиштхира, гневно негодующий, ринулся против владыки мадров, сам погоняя быстрых как мысль коней масти слоновой кости.

Там мы видели нечто удивительное в Юдхиштхире, сыне Кунти, так как, будучи раньше очень мягким и смиренным, он сделался потом весьма свирепым. С широко раскрытыми глазами и весь дрожащий от гнева, сын Кунти иссекал своими острыми стрелами (вражеских) воинов сотнями и тысячами. Против какого бы войска ни выступал старший Пандава, каждое из них он повергал своими стрелами, о царь, подобно тому как (бог грозы) раскалывает горы мощными громами. Повергая множество воинов на колесницах вместе с конями, возницами, знаменами и колесницами, он один (без посторонней помощи) принялся играть там, подобно могучему ветру, (разгоняющему) облака. Преисполненный гнева, он уничтожал всадников вместе с конями и коней (без всадников) и пехотинцев тысячами в сражении том, как Рудра (уничтожает) тварей (во время гибели мира). Опустошив поле битвы ливнями своих стрел, (Юдхиштхира) ринулся против владыки мадров и воскликнул: «Стой, о Шалья!» Увидев тот подвиг его, вершителя страшных деяний в сражении, все твои воины задрожали от страха. Шалья же, однако, выступил против него. Тогда оба они, преисполненные сильной ярости, затрубили в свои раковины. Вызывая один другого и взаимно угрожая, они сразились друг с другом. Тут Шалья окатил Юдхиштхиру ливнем стрел. Также и сын Кунти покрыл царя мадров ливнями стрел. Иссеченные стрелами с оперением цапли и залитые кровью, о царь, те оба героя — царь мадров и Юдхиштхира — выглядели тогда в сражении красиво, точно это блистательно сияли в лесу распустившиеся цветами деревья шальмали279 и киншука. Оба блистающие великолепием и благородные душою, они были одержимы в битве, каждый за свою жизнь. При виде (их обоих) воины всех войск не могли установить, кто из них будет победителем. «Или Партха, убив царя мадров, будет владеть теперь землею, или же Шалья, убив Пандаву, отдаст землю Дурьйодхане», — так (рассуждая), не могли прийти к единому мнению воины, находившиеся там, о потомок Бхараты! Когда сражался Юдхиштхира, все (вражеские) воины оставались справа от него.

Тогда Шалья быстро выпустил сотню стрел в Юдхиштхиру. Другой стрелой с тонко отточенным острием он рассек лук его. Но тот, взяв другой лук, пронзил Шалью тремястами стрел и рассек лук его другой стрелою с бритвообразным острием. Затем (сын Панду) убил прямыми стрелами четырех коней своего противника и двумя стрелами с тонко отточенными остриями (сразил) обоих возниц, погонявших пристяжных его коней. Потом другой сверкающей, хорошо закаленной и отточенной стрелою с широким острием он снес знамя (Шальи), находившегося перед ним. И тогда-то войско Дурьйодханы подверглось полному поражению, о усмиритель врагов! В это время сын Дроны быстро примчался к повелителю мадров, оказавшемуся в таком (плачевном) состоянии, и, посадив его на свою колесницу, поспешно умчался прочь. Когда оба они в одну минуту удалились, (они услышали, как) громко кричал Юдхиштхира. Тогда, остановившись, повелитель мадров взошел на другую колесницу, должным образом снаряженную. Превосходная, она издавала грохот, подобно рокоту огромных облаков. Хорошо обеспеченная (оружием), приспособлениями и принадлежностями всякого рода, она заставляла подниматься (от содрогания) волоски на теле у врагов.

Так гласит глава пятнадцатая в Шальяпарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 16

Санджая сказал:

Тогда, взяв другой лук, еще более тугой и мощный, владыка мадров пронзил Юдхиштхиру и издал, подобно льву, зычный рык. Затем тот бык среди кшатриев, с душой неизмеримой, окатил (всех) кшатриев ливнями стрел, подобно тому как Парджанья проливает потоки дождя. Пронзив Сатьяки десятью стрелами, Бхимасену тремя и Сахадеву тремя, он изнурил мучительно Юдхиштхиру, а также других могучих лучников вместе с их конями, колесницами и слонами. В самом деле, он, первейший из воинов, сражавшихся на колесницах, сокрушал слонов и ратников на слонах, коней и всадников, а также колесницы вместе с воинами, сражавшимися на колесницах. Он отсекал (воинам) руки с зажатым в них оружием и флаги (колесниц) и устлал землю (телами) воинов, как (устилают) жертвенный алтарь травою куша. И когда тот (герой) уничтожал так вражеские войска, подобно всесокрушающей Смерти, его окружили сильно воспаленные гневом пандавы, панчалы и сомаки.

Бхимасена, и внук Шини, и оба сына Мадри, первейшие из мужей, настигли того героя, когда он сражался с царем (пандавов), наделенным страшною силой. И каждый вызывал его на битву. Тогда те герои, перехватив в пылу битвы повелителя мадров, выдающегося воина, сдержали того владыку людей в сражении том и начали, первейшие из людей, разить его стрелами, снабженными оперением, отличавшимися стремительной мощью. Охраняемый Бхимасеной, обоими сыновьями Мадри и героем из рода Мадху280, царственный сын Дхармы ударил в повелителя мадров посередь груди стрелами с оперением, наделенными стремительной мощью. Тогда отряды твоих воинов, сражавшихся на колесницах, и все другие отличнейшие (ратники), увидев повелителя мадров, сильно терзаемого стрелами в сражении том, окружили его со всех сторон по велению Дурьйодханы. И тут повелитель мадров пронзил Юдхиштхиру в пылу битвы семью стрелами. Но его самого в ответ благородный Партха пронзил девятью стрелами, о царь, в том страшном сражении. И те два могучих воина на колесницах — повелитель мадров и Юдхиштхира — стали тогда покрывать друг друга в пылу битвы стрелами, смазанными маслом и выпущенными (из лука), натянутого до самого уха. Оба они, наилучшие из царей, наделенные могучею силой, оба могучие воины на колесницах и оба неодолимые для врагов, высматривая друг у друга промахи281, быстро и глубоко пронзали друг друга стрелами.

Громкий гул от их луков, тетив и шлепков ладоней напоминал грохот громовой стрелы могучего Индры, когда оба благородных воина — храбрый правитель мадров и доблестный Пандава — поливали друг друга потоками стрел. Оба они рыскали (по полю битвы), подобно двум молодым тиграм в дремучем лесу, алчущим мяса. Охваченные горделивой спесью, возбужденные (взаимной) борьбою, оба они жестоко истязали друг друга, подобно двум отборным слонам, обладающим мощными бивнями. Тогда благородный повелитель мадров, приложив усилия, пронзил грудь храброму Юдхиштхире, преисполненному страшной силой и большой стремительностью, стрелою, равной своим блеском огню или солнцу. И глубоко пронзенный, о царь, благородный Юдхиштхира, тот бык из рода Куру, также ударил в повелителя мадров хорошо пущенной стрелою и преисполнился радостью. Но в одно мгновение обретя сознание, тот владыка царей (Шалья), по доблести своей равный Тысячеглазому, с глазами, покрасневшими от гнева, быстро поразил Партху сотнею стрел. В ответ благородный сын Дхармы, воспаленный гневом, быстро пронзил Шалье грудь девятью стрелами и затем ударил в его золотой панцирь шестью другими стрелами. Но тут повелитель мадров, сильно обрадованный, натянув свой лук, выпустил (в него) множество стрел и наконец двумя стрелами с бритвообразным острием рассек лук (противоборствующего) царя, быка из рода Куру.

Тогда, взяв новый и более страшный лук в пылу сражения, благородный царь (Юдхиштхира) пронзил Шалью со всех сторон стрелами с тонко отточенными остриями, подобно тому, как могучий Индра (пронзал асуру) Намучи. Но тут благородный Шалья, рассекши золотые прочные панцири Бхимы и царя Юдхиштхиры девятью стрелами, пронзил обоим руки. Затем другой стрелою с бритвообразным острием, блеском подобной пылающему солнцу, он рассек лук царя (Юдхиштхиры). А (тем временем) Крипа шестью стрелами убил возницу последнего, и тот рухнул перед (его колесницей). Повелитель же мадров тогда убил четырьмя стрелами (четырех) коней Юдхиштхиры. Убив коней царя, он принялся уничтожать воинов царственного сына Дхармы. И когда царь (пандавов) очутился в столь (тяжелом положении), благородный Бхимасена, быстро рассекши лук повелителя мадров стремительно-быстрой стрелою, глубоко пронзил двумя стрелами самого (царя), владыку людей. Затем другой стрелою он снес его вознице голову с туловища, средняя часть коего была одета в доспехи. Сильно возгоревшийся гневом, Бхимасена далее убил без промедления также четырех коней (своего противника). Первейший из всех лучников, Бхима покрыл затем сотнею стрел того героя, отличавшегося большой стремительностью и который один рыскал в сражении. Сахадева, сын Мадри, сделал то же самое.

Видя Шалью, сбитого с толку теми стрелами, Бхима рассек его доспехи своими стрелами. И в доспехах, рассеченных Бхимасеной, благородный повелитель мадров, взяв меч и щит, украшенный тысячью звезд, соскочил с колесницы и ринулся на сына Кунти. Рассекши затем дышло колесницы Накулы, он, преисполненный страшной силы, ринулся на Юдхиштхиру. Но тут его, стремительно обрушившегося на царя, подобно самому Разрушителю, устремившегося в гневе своем, внезапно обступили кругом Дхриштадьюмна и Шикхандин, сыновья Драупади и внук Шини. Тогда благородный Бхима рассек десятью стрелами несравненный щит своего противника. Другой стрелой с широким острием он разрубил меч его у рукояти. И преисполненный радости, он издал громкий клич среди войск твоих. Увидев тот подвиг Бхимы, все первейшие воины среди пандавов, сражающиеся на колесницах, сильно возрадовались. Громко смеясь, они издали зычные рыки и затрубили в свои раковины, видом подобные месяцу. От этого ужасного шума войско твое, столь жестоко теснимое, (выглядело) безрадостным; покрытое потом и залитое кровью, оно, впав в глубокое уныние, казалось почти безжизненным.

Царь мадров, внезапно подвергшийся нападению первейших из воинов пандавов, возглавляемых Бхимой, устремился (не обращая на них внимания) с большим проворством на Юдхиштхиру, как (бросается) лев, чтобы схватить лань. Но, увидев повелителя мадров, лишенного коней и возницы, видом своим подобного пылающему огню из-за охватившего его гнева, царь справедливости ринулся на своего врага с большой стремительностью. Вспоминая слова Говинды, он решил сокрушить Шалью. Стоя на своей колеснице, лишенной коней и возницы, он пожелал (взять) дротик. Видя тот подвиг благородного Шальи и помня, что предназначенное на его долю (убиение того царя) все еще остается (невыполненным), он, обузданный душою, твердо решил убить Шалью, как было ему подсказано младшим братом Индры282. И царь справедливости взял обладающий блеском, подобным золоту, дротик с рукоятью, украшенной золотом и драгоценными камнями. Быстро вращая горящими глазами, он бросал на правителя мадров взгляды, преисполненные неистовой ярости. Однако, о бог среди людей, под взглядом царя с очищенной душою и смытыми грехами царь мадров не был обращен в пепел283. И это казалось мне, о царь, весьма удивительным!

И тогда благородный (Юдхиштхира), первейший из рода Куру, метнул с большой силой в повелителя мадров тот сверкающий дротик с красивой и мощной рукоятью, блистающей драгоценными каменьями и кораллами. И тот сверкающий (дротик), исторгавший искры огня, когда он стремительно проносился с большой силой (по небосводу), увидели все кауравы, собравшиеся (там), словно это был огромный метеор, (падающий с неба) в конце юги. И тот дротик, напоминающий Ночь при гибели мира284 с роковыми путами в руках или свирепую видом кормилицу самого Ямы и неотвратимый, подобно проклятию Брахмы, метнул с большим старанием царь справедливости в той битве. Весьма заботливо (оружие то) всегда чтилось сыновьями Панду (подношением) благовоний и венков, (предложением) наилучших сидений и превосходных напитков и яств. Оно, казалось, сверкало, подобно разрушительному огню Самвартка285, и было свирепым, как обряд, совершаемый согласно Атхарвангирасу286 Созданное Тваштри287 для применения Ишаной288, оно могло пожирать жизненные силы и тела всех врагов. Оно способно было своей силой сокрушить землю и небосвод и другие (области вселенной), все вместилища вод и всевозможные существа. Украшенное колокольцами и флажками, драгоценными каменьями и алмазами, пестреющее камнями вайдурья289 и снабженное золотой рукоятью, Тваштри выковал его с большим старанием и по соблюдении многих обетов. Неотвратимое, оно было сокрушительным для всех ненавистников Брахмы.

Тщательно освятив тот (дротик) страшными мантрами и придав ему стремительную быстроту благодаря своей огромной мощи и старания, (Юдхиштхира) метнул тогда его наилучшим образом для сокрушения повелителя мадров. «Ты убит!» — так, гремя зычным голосом, царь справедливости (метнул его), словно (некогда) Рудра — свою стрелу, способную причинить конец самому Разрушителю290, простерши свою сильную (правую) руку с красивой кистью и как бы приплясывая в гневе. Однако Шалья заревел громко, пытаясь схватить тот дротик непреодолимой мощи, посланный Юдхиштхирой изо всей своей силы, точно огонь, (стремящийся захватить) струю топленого масла, обильно возливаемого на него. Пронзив его жизненно важные органы и его красивую, широкую грудь, а также доспехи, тот (дротик) вошел в землю, точно в воду, без малейшего сопротивления и сжигая (собою) широко известную славу царя (мадров). С телом, покрытым кровью, истекающей из носа и глаз, из ушей и изо рта и вытекающей также из ран, он был тогда подобен громадной горе Краунче291, пронзенной (некогда) Скандой. В доспехах, рассеченных потомком рода Куру, благородный (Шалья), простерши руки, рухнул с колесницы на землю, подобно вершине горы, расколотой громом.

Простерши руки, царь мадров рухнул на землю с лицом, обращенным к царю справедливости, подобно тому (как падает) высокое знамя, водруженное в честь Индры. Как любимый супруг, готовый упасть на грудь своей любимой супруги, бывает принят ею, так и тот бык среди людей, казалось, был с любовью принят Землею, когда он (упал на твердь ее) с разбитыми членами и залитый кровью. Долго услаждаясь Землею, словно супруг любимой женою, (Шалья) теперь, казалось, будто спал на (земной груди), обняв ее всеми своими членами. Убитый отпрыском Дхармы, справедливым душою, в справедливом бою, он, казалось, напоминал огонь, которому было обильно и должным образом совершено возлияние292 и теперь успокоившийся на жертвенном помосте. Хотя сердце его было пронзено дротиком и был он лишен оружия и знамени, красота все же не оставляла владыку мадров, даже когда он успокоился (навеки).

Тогда Юдхиштхира, взяв лук, блеском своим напоминавший лук Индры, принялся уничтожать своих врагов в сражении, подобно тому как царь птиц293 (истребляет) змей. Без промедления он стал уничтожать жизни врагов острыми стрелами с широкими наконечниками. И тогда ливнями стрел Партхи были совсем окутаны твои воины. Мучимые (страхом) и с глазами закрытыми, они (в исступлении) стали сильно поражать друг друга. С доспехами, сброшенными со своих тел, они лишались колесниц и оружия (наступательного и оборонительного), а равно и своих жизней.

После того как пал Шалья, младший брат царя мадров, равный по всем достоинствам своему (погибшему) брату и (считавшийся) могучим воином на колеснице, выступил против Пандавы294. Одержимый в битве и жаждавший отомстить за смерть своего брата, он, лучший из людей, быстро пронзил его множеством стрел. (В ответ) царь справедливости с большой поспешностью пронзил его шестью быстролетными стрелами. И затем двумя стрелами с бритвообразными остриями он рассек лук и знамя своего противника. Вслед за этим сверкающей стрелою с широким наконечником, очень прочной и острой, он снес голову ему, стоявшему перед ним. Я видел ту голову, украшенную серьгами, когда она падала с колесницы, подобно небожителю, падающему (с небес), когда добродетельные его заслуги истощились. При виде его обезглавленного туловища с залитыми кровью членами, упавшего с колесницы, войско (кауравов) подверглось полному поражению. В самом деле, когда был убит тот младший брат царя мадров, облаченный в красивый панцирь, кауравы, издавая крики «Аи! Ой!», убегали прочь. Видя младшего брата Шальи убитым, твои воины, потеряв (надежду) на свою жизнь, сильно трепетали из страха перед пандавами, густо покрытые пылью.

Когда перепуганные кауравы так терпели поражение, о бык из рода Бхараты, внук Шини, Сатьяки, осыпая всех стрелами, выступил против них. Но тут сын Хридики, о царь, стремительно и бесстрашно перехватил того неодолимого и неприступного могучего лучника, выступившего (против разбитого войска). И те оба благородных и непобедимых героя из рода Вришни — сын Хридики и Сатьяки — сразились (друг с другом), как два неистовых от возбуждения льва. Оба блеском своим равные солнцу, они покрывали друг друга стрелами, ярко сверкавшими, точно лучи солнца. Мы видели те стрелы двух львов из рода Вришни, выпущенные с (большой) силой из их луков, напоминавшие собою насекомых, быстро проносящихся по небу. Пронзив Сатьяки десятью стрелами и его коней — тремя, сын Хридики рассек лук его одной прямой стрелою.

Отбросив свой превосходнейший рассеченный лук, тот бык из рода Шини быстро взял другой лук, гораздо более тугой, (чем прежний). Взяв тот превосходнейший лук, он, наилучший из всех лучников, пронзил сына Хридики десятью стрелами посередь груди. Рассекши затем его колесницу, а также переднее дышло с ярмом хорошо пущенными стрелами с широкими остриями, (Сатьяки) быстро убил коней своего противника и обоих возниц, погонявших пристяжных его коней. Когда же был убит царь мадров, о царь, и Критаварман был лишен колесницы, все войско Дурьйодханы вновь обратилось вспять. Вслед за этим ничего нельзя было распознать, ибо все было окутано пылью, поднятой войском. Большая часть (твоего) войска, однако, была разбита. А то, что (уцелело), обратилось вспять. Вскоре затем стало видно, что пыль, поднявшаяся с земли, успокоилась из-за (текущих повсюду) потоков крови, о бык среди людей!

Тогда Дурьйодхана, видя с близкого (расстояния) свое войско разбитым, один сдерживал всех партхов, нападавших с большой стремительностью. При виде пандавов на своих колесницах, а также Дхриштадьюмны, сына Паршаты, и неодолимого героя анартов295 (Сатьяки), он осыпал всех их острыми стрелами. Его противники (в то время) не подступили к нему, как смертные (боятся приблизиться) к богу смерти, представшему (перед ними). Между тем, взойдя на другую колесницу, туда примчался сын Хридики. Но тут царь Юдхиштхира, могучий воин на колеснице, быстро убил коней Критавармана четырьмя стрелами и пронзил сына Гаутамы шестью стрелами с широкими и хорошо заостренными наконечниками. Тогда Ашваттхаман на своей колеснице увез лишенного царем (пандавов) коней и колесницы сына Хридики (подальше) от Юдхиштхиры. И тут сын Шарадвана296 пронзил в ответ Юдхиштхиру восьмью стрелами и также его коней восьмью острыми стрелами.

Так, о великий царь, происходили последние события этой битвы вследствие дурной политики твоей, о царь, и совокупно твоего сына, о потомок Бхараты! После того как был убит тот могучий лучник, первейший из всех, быком из рода Куру в пылу сражения, партхи, видя Шалью убитым, собрались вместе и, преисполненные великой радости, затрубили в свои раковины. И все они прославили Юдхиштхиру в той битве, как некогда боги (восславили) Индру после убиения Вритры. И они заиграли на разного рода музыкальных инструментах, оглашая (тем гулом) землю со всех сторон.

Так гласит глава шестнадцатая в Шальяпарве великой Махабхараты.

КОНЕЦ СКАЗАНИЯ ОБ УБИЕНИИ ШАЛЬИ


1 Джанамелжая (janamejaya) — царь Хастинапура, сын Парикшита И внук Арджуны. Отец Джанамеджаи был умерщвлен коварным Такшакой, царем змей. Мстя за смерть отца, Джанамеджая ради истребления змеиного племени устроил двенадцатилетнее жертвоприношение змей, во время которого мудрец Вайшампаяна рассказывал великую поэму Махабхарату.

2 Карна (karnа) — внебрачный сын Кунти, старшей супруги Панду, тайно рожденный ею в девичестве от бога Солнца. Таким образом, Карна — перворожденный сын Кунти и старший по отношению к Юдхиштхире и другим ее сыновьям, рожденным от Панду.

3 Савьясачин (savysācin) — «(одинаково) ловкий и на левую руку», один из распространенных эпитетов Арджуны. Так как Арджуна метал стрелы как правой, так и левой рукой, это давало ему явное преимущество перед своим противником.

4 Каурава, кауравы (kuru, мн. ч.: kuravah, но обычно: kaurava как имя производное от Kuru) — прозвище потомков Куру, царя Лунной династии — родоначальника прославленного рода Куру и предка Дхритараштры и Панду. В широком смысле это прозвище распространяется также и на пандавов — сыновей Панду и племянников Дхритараштры.

5 Дваждырожденный, дваждырожденные (dvija, dvijāti) — название, даваемое брахманам, а также кшатриям и вайшьям. Согласно законам индуизма, человек, не приобщившийся к знанию, имеет только одно рождение (от матери) и мало отличается от животных. Человек же, приобщившийся к знанию (vidya), обретает второе, высшее свое рождение, и поэтому называется дваждырожденным.

6 Суйодхана (suyodhana) — «отлично сражающийся», эпитет Дурьйодханы, этимологически соответствует основному имени царского сына (см. примеч. 15 на с. 250).

7 Пандава, пандавы (pāndava) — букв.: «сын, сыновья Панду», прозвище пятерых братьев, главных героев Махабхараты, — Юдхиштхиры, Бхимасены, Арджуны, Накулы и Сахадевы, которые родились у двух жен Панду — Кунти и Мадри от разных богов.

8 Вайшампаяна (vaiçampāyana) — легендарный мудрец, один из трех основных рассказчиков, излагающих поэму Махабхарата. Ученик великого мудреца Кришны-Двайпаяны Вьясы, Вайшампаяна усвоил от него содержание Махабхараты и рассказывает ее затем царю Джанамеджае во время двенадцатилетнего змеиного жертвоприношения.

9 Дхритараштра (dhrtarāstra) — верховный царь кауравов, правивший в Хастинапуре, старший сын отшельника Вьясы от Амбики, старшей супруги царя Вичитравирьи, умершего бездетным. Дхритараштра родился слепым. У него от супруги Гандхари было сто сыновей и одна дочь. Старший из них, Дурьйодхана, правил царством. Сыновья Дхритараштры (dhārtarāstrāh) обычно называются в эпосе кауравами и приходятся двоюродными братьями пандавам. Между ними существовало постоянное соперничество, перешедшее в непримиримую вражду.

10 Сута, суты (süta) — возницы, принадлежавшие к привилегированному сословию — к воинской касте кшатриев. Звание сута считалось весьма почетным. Сопровождая на боевой колеснице своих повелителей на битву, суты, или возницы, были свидетелями их ратных подвигов. Сын суты (возницы) (sûta-putra) — прозвище Карны. Карна был принят и воспитан возницей-сутой Адхиратхой.

11 Шалья (çаlуа) — могущественный царь мадров, населявших страну Мадрадеша (область нынешнего Пенджаба). Шалья был братом Мадри, младшей супруги Панду, и приходился дядей Накуле и Сахадеве — сыновьям Мадри. В канун великой битвы Шалья под влиянием лести Дурьйодханы перешел на сторону кауравов. Впоследствии был убит Юдхиштхирой.

12 Бхарата (bharata) — букв.: «воспитанный, взлелеянный», легендарный герой, сын царя Духшанты (Душьянты от прекрасной Шакунталы, основатель прославленного рода, истории которого и посвящено основное сказание Махабхараты. От этого имени берет свое название Индия — Бхаратаварша (Bhāratavarsa) или просто Бхарата (Bhārata). Оба эти названия, сохранившиеся и поныне, означают «Страна Бхараты». Выражение «потомок Бхараты» или «потомки Бхараты» (bhārata, bhāratāh) является производным от собственного имени Бхарата и может относиться к любому представителю этого рода — как к кауравам, так и к пандавам, а равно и к другим персонажам эпопеи.

13 Асура, асуры (asura, мн. ч.: asurāh) — букв.: «не-боги», в индийской (эпической) мифологии почитаются непримиримыми противниками богов, демонами. Однако в предшествующую, ведическую, эпоху асуры, напротив, считались божествами добрыми. В данном случае они означают букв.: «сущие, благие», ибо этимология их восходит к глагольному корню as — «быть».

14 Царь справедливости (dharmarāja) — часто встречающийся эпитет царя Юдхиштхиры (см. примеч. 117 на с. 261).

15 Дурьйодхана (duryodhana) — букв.: «лихо сражающийся» (ср. примеч. 6 на с. 249), старший среди ста сыновей царя Дхритараштры и его супруги Гандхари, правивший в Хастинапуре. Дурьйодхана — двоюродный брат Юдхиштхиры и его братьев-пандавов, их непримиримый враг. В эпосе он олицетворяет злое начало.

16 Бхимасена (bhîmasena) — второй сын Панду и Кунти, рожденный ею от Ваю — бога ветра, один из главных героев Махабхараты. Бхимасену часто называют сокращенно — Бхима.

17 Панчалы (pāncalāh) — название народа, населявшего страну Панчала, которая занимала области к северу и западу от нынешнего Дели, от подножия Гималаев до реки Чамбал. Страна Панчала отождествляется с нынешним Рохилкхандом.

18 Санджая (sanjaya) — сын Гавальганы (Gavalgana), возница слепого царя Дхритараштры, отличавшийся глубокой мудростью. Как и отец его, он принадлежал к касте сутов (возниц). От великого мудреца Вьясы он получил дар видеть все и быть неуязвимым в сражении, дабы он мог осведомлять обо всем своего слепого владыку. Поэтому в числе трех основных рассказчиков Махабхараты участвует и Санджая, обращающийся к царю Дхритараштре.

19 Тигр среди людей (naravyaghra, или naraçārdula) — т.е. отважный герой, наделенный тигроподобной силой (см. примеч. 28 на с. 251).

20 И путь его полон крайностей (gatiç са paramā tathā) — т.е. извилист. Согласно комментарию Вадираджи (Vādirāja): gatih — kālasya gatih (см. Критическое издание текста: The Salyaparvan. Grit. Notes. Poona, 1961, p. 479).

21 Индра (indrа, в тексте çakra — букв.: «могучий») — в индийской мифологии бог бури и грома; отсюда и эпитет его — Громодержец, или Держащий громовую стрелу (Vajrin, Vajradhara или Vajrabhrt). В то же время он — бог-воитель и царь богов, и поэтому его эпитеты: Владыка богов, Могучий Индра или просто Могучий (Devapati, Mahendra или Çakra). Индра — один из четырех главных хранителей мира (lokapāla).

22 Мужи-быки (purusa-rsabha. или nara-rsabha) — то же, что и быки среди людей (см. ниже, примеч. 28).

23 Обладающего оком мудрости (prajna-caksusam) — т. е. слепого царя Дхритараштру.

24 Гандхари (gāndhārï) — супруга царя Дхритараштры. Гандхари была дочерью Субалы, царя Гандхары, и сестрой Шакуни, дяди Дурьйодханы.

25 Видура (vidura) — третий сын отшельника Вьясы от рабыни из касты шудр, служанки Амбики, старшей супруги царя Вичитравирьи. Видура приходится младшим братом царю Дхритараштре и Панду и дядей пандавам, к которым он всегда благосклонен; равным образом он приходится дядей и кауравам — сыновьям Дхритараштры и двоюродным братьям пандавов. Видура всюду изображается олицетворением закона и справедливости, ибо почитается как частичное воплощение бога правосудия и смерти на земле Дхармы.

26 О том самом деле... Карны (karnasya nidhanam prati artham) — так согласно пояснению проф.Р. Н. Дандекара: matter pertaining to Kama's death (Crit. Notes, p. 479).

27 Голосом, невнятным от слез (baspa-sandiedhavā girā) — так согласно комментарию Арджунамишры (Arjunamisra): sandigdhayā — asphutayā (Crit. Notes, p. 479).

28 Бык из рода Бхараты (bharata-rsabha) — прозвище, часто даваемое различным героям эпопеи, наделенным стойкостью, мужеством и силою. Сравнение могучего героя с быком является обычным литературным приемом в Махабхарате, точно таким же, как и сравнение с тигром, например: бык среди людей (nararsabha), тигр среди мужей (naraçārdula) и др.

29 Мадры (madra. мн. ч.: madrāh) — название народа, населявшего страну Мадра (мадров), или Мадрадеша (Madrdeça). Страна мадров занимала область нынешнего Пенджаба, между реками Рави и Ченаб. Столицей ее был город Шакала. Повелителем мадров был царь Шалья.

30 Шакуни (cakuni) — сын Субалы, царя Гандхары, отчего и его прозвище: saubala — «сын Субалы». Шакуни обладал тайным искусством игры в кости. Он не только давал коварные советы Дурьйодхане, как легче отнять царство у пандавов, но и сам вел игру за Дурьйодхану, прибегая к нечестным, шулерским приемам. В результате этой нечестной игры Юдхиштхира проиграл свое царство и должен был, по условиям игры, удалиться в изгнание в лес на двенадцать лет.

31 Улука (ulüka) — сын Шакуни.

32 Т.е. сын Шакуни.

33 Саншаптаки (sançaptakah) — букв.: «поклявшиеся», воины-союзники, давшие торжественную клятву сражаться сообща до полной победы или умереть, никогда не отвращаясь от битвы и отвращая других от бегства с поля боя.

34 Камбоджи (kāmbojāh) — название народа и населенной ими древней страны, которая занимала области нынешнего Афганистана или же северной части его.

35 Шаки (çakāh) — название народа, отождествляемого со скифами, которые господствовали на северо-западе Индии. По свидетельству греческих географов, шаки жили восточнее Согдианы.

36 Млеччхи (mlecchāh) — иноземцы (называемые также варварами). По свидетельству Махабхараты, к млеччхам относятся племена: пахлавы (pahlava), шабары (çabara), шаки (çaka), яваны (уаѵапа), пундры (punçlra), кираты (kirāta), драмиды, или дравиды (dramida, dra vida), синхалы (sifihala), дарады (darada) и др.

37 Яваны (yavanāh) — ионийцы (ióvios), греки или вообще чужеземцы, иноверцы.

38 Т.е. Бхимасеной, вторым сыном Панду.

39 Дхриштадьюмна (dhrgtadyumna) — сын царя Друпады и брат прекрасной Драупади, который вместе с сестрой родился из чрева жертвенного огня при совершении обряда жертвоприношения, как частичное воплощение на земле бога Агни. Могучий воин-герой, он сражался на стороне пандавов.

40 Шикхандин (çikhandin) — сын царя Друпады, сражавшийся на стороне пандавов. Согласно легендам, Шикхандин родился девочкой, но потом, когда с ним обменялся полом полубог, якша Стхуна, он стал юношей (см. М, кн. 5, с. 170 — 197). Во время поединка между Бхишмой и Арджуной последний оказался не в состоянии одолеть своего противника и выставил впереди себя Шикхандина. Но Бхишма не решился применить против него оружие, ибо продолжал видеть в нем женщину. Великодушием и нерешительностью Бхишмы воспользовался Арджуна и пронзил его множеством стрел.

41 Уттамауджас и Юдхаманью (uttamaujas, yudhamanyu) — имена двух братьев, прославленных воинов-панчалов.

42 Драупали (draupadî) — дочь Друпады, царя панчалов, другое (обычное) имя Кришны (Krsnā), общей супруги пятерых братьев пандавов. Вместе со своим братом Дхриштадьюмной она родилась из средины жертвенного алтаря как воплощение богини Шри на земле. Многомужество, которое нашло отражение в Махабхарате, говорит о наличии пережитков полиандрии в ту эпоху. Сыновья Драупади (draupadeyāh) — пятеро сыновей от пятерых ее мужей.

43 Васудева и Сатьяки. — Васудева (vāsudeva) — букв.: «сын Васудевы» (vasudeva), наиболее распространенное в эпосе имя Кришны, родившегося у Васудевы от супруги его Деваки. При отсутствии в русском языке долгих гласных это имя Кришны (Vāsudeva) звучит совершенно одинаково в произношении и написании с именем его отца Васудевы (Vasudeva). Сатьяки (sātyaki) — сын Сатьяка (Satyaka) и внук Шини (çiner naptr), он же — Ююдхана, прославленный герой, который сражался на стороне пандавов.

44 Крипа и Критаварман. — Крипа (Кrpa) — прославленный брахман-воин, первый учитель кауравов и пандавов в военном деле. Он почитается как сын-великого мудреца Шарадвана Гаутамы и апсары (небесной девы) Джанапади, отчего его зовут также Гаутама (Gautama), т.е. «сын Гаутамы». Крипа приходится дядей по матери Ашваттхаману, сыну Дроны (который был женат на сестре его Крипи), и шурином последнему. Во время великой битвы сражался на стороне кауравов. Критаварман (krtavarman) — сын Хридики (Hrdika) из рода ядавов, прославленный воин-герой, сражавшийся тоже на стороне кауравов. Впоследствии пал от меча Сатьяки.

45 Сын Дроны (drauni) — т. е. Ашваттхаман, прославленный воин-герой, сражавшийся на стороне кауравов.

46 Акшаухини (aksauhinï) — огромное объединенное войско, состоящее из четырех родов (caturanga), a именно: слонов, колесниц, конницы и пехотинцев. Интересно отметить, что такое построение войска послужило идеей игры в шахматы, где участвуют фигуры под тем же названием. По свидетельству самой Махабхараты (см. М, кн. 1, с. 25), в состав акшаухини входят 21 807 слонов и столько же колесниц, 65 610 коней и 109 350 пехотинцев. Однако в пятой книге того же памятника (см. М, кн. 5, с. 305) численность этих же родов войск определяется удвоенным количеством.

47 Т.е. принадлежащие к роду Куру.

48 Т.е. рассказов из Рамаяны и других произведений. Так согласно Арджунамишре: kathā — Rāmāyanadikā (kathā) (Crit. Notes, p. 479).

49 Кшаттри (ksattr) — букв.: «подрывающий (касту)», прозвище, которое давалось человеку, рожденному женщиной-шудрой от мужчины из высшей касты, или сословия. Здесь обычное прозвище Видуры, родившегося от служанки из касты шудр (см. примеч. 25 на с. 251).

50 Амбика (ambika) — средняя дочь Кашираджи (царя страны Каши), старшая супруга царя Вичитраварьи и мать Дхритараштры, которого произвел от нее мудрец Кришна-Двайпаяна Вьяса. Сын Амбики (āmbikeya) — царь Дхритараштра.

51 Словно в сопровождении дыма (sadhümam іvа). — Согласно комментарию Нилакантхи (сохранившемуся в рукописи): atyusnnam ity arthah, т.е. весьма горячие (глубокие) — таков смысл (Crit. Notes, p. 480).

52 Душевная мука (adhibhir). — Так согласно комментарию Нилакантхи: adhih — mano-vyathā, т.е. душевная мука, страдание (Crit. Notes, p. 480).

53 Обращение царя Дхритараштры к Дурьйодхане, старшему своему сыну.

54 Партха, партхи (pārtha) — букв.: «сын, сыновья Притхи (Prthā)», или Кунти, старшей супруги царя Панду, что равнозначно прозвищу: Каунтея (Kaunteya) — «сын Кунти»; эпитет, относящийся к каждому из трех ее сыновей, особенно же к Арджуне, третьему сыну. Во множественном числе эпитет «партхи» относится ко всем пятерым братьям-пандавам, т.е. включая Накулу и Сахадеву, рожденных от Мадри, младшей супруги Панду. В Махабхарате часто прозвища персонажей даются по имени матери, что свидетельствует о наличии пережитков матриархата в эпический период истории.

55 Хранители земли (prthivipālāh. или mahîpālāh) — цари земные, имеются в виду великодержавные цари; в широком смысле — вообще цари.

56 На рассвете (kālye). — Так согласно Арджунамишре: kālye = prabhate = at daybreak (Crit. Notes, p. 450).

57 Кауравья (Kauravya) — букв.: «происходящий из рода Куру», то же, что и Каuаvа; эпитет, даваемый наиболее достойным представителям рода Куру, например, Дхритараштре (как в данном случае), Бхишме, Юдхиштхире, Дурьйодхане и др.

58 Т. е. Юдхиштхире.

59 Бхагадатта (bhagadatta) — букв.: «данный Бхагой», царь страны Прагджьйотиша (Pragjyotisa), которая отождествляется с Камарупой (Kāmarûpa), нынешним Ассамом (западной его частью).

60 Царь Авантийский (āvantyah) — один из братьев, правителей страны Аванти, — Винда или Анувинда. Аванти (avantï) — древняя страна, известная с VII в. н. э. под названием Малава (Mālava), которая отождествляется с нынешней Мальвой. Столицей Аванти был прославленный город Удджайини (совр. Удджайн).

61 Бхуришравас (bhûriçravas) — один из сыновей царя Сомадатты, сына царя Бахлики, герой-воин, зверски убитый пандавами.

62 Бахлика (bāhlika) — царь Лунной династии, сын Пратипы и отец Сомадатты; он также старший брат Шантану, которому он уступил царский престол своей династии взамен другого царства.

63 Правитель рода Бходжа (bhojah) — или: повелитель бходжей, т.е. Критаварман. Бходжа (Bhoja) — название древнего рода или племени, которое населяло области у подножия гор Виндхья.

64 Властитель Мягадхи (māgadhah) — здесь, по-видимому, царь Джаятсена. Магадха (magadha) — древняя страна магадхов в северо-восточной части Индии (ныне Южный Бихар), которая входила в число 16 махаджанапад («великих стран»). Столицей Магадхи была Гиривраджа, или Раджагриха, а затем Паталипутра, или Пушпапур (совр. Патна).

65 Каши (kāçi. или kāçï) — древнее название города Бенареса (Варанаси). Собственно Каши — это название, относящееся ко всей стране, где Бенарес был столицей. Властитель Каши (Kaçïça), т. е. царь страны Каши.

66 Камбоджа (Kāmboja) — название древней страны, которая занимала области нынешнего Афганистана или же северной части его. Правитель Камбоджи (Kāmbojah) — Судакшина (Sudakçina), убитый впоследствии Арджуной.

67 Тригарты (trigartāh) — название древнего народа, населявшего страну Тригарта (Trigarta), которая отождествляется с областью нынешнего Джаландхара близ Лахора в Пенджабе. Повелитель тригартов (trigartādhipati) — царь Сушарман (Suçarman) (см.: Sörensen S. An Index; P. С. Roy's translation. Delhi — Varanasi — Patna, 1963 (reprinted), p. 681).

68 Бхишма (bhîsma) — букв.: «устрашающий, наводящий страх, грозный», сын царя Шантану, родившийся от богини Ганги, отчего и прозвище его: Гангея (Gāngeya) — «сын Ганги». Бхишма приходится дедом кауравам и пандавам. Во время великой битвы он возглавил все войска Дурьйодханы, пока не был сражен стрелами Арджуны.

69 Бхарадваджа (bbaradvāja) — древний мудрец, которому приписывается ряд ведических таинств. Он считается сыном легендарного мудреца Брихаспати и отцом Дроны, военного учителя и наставника кауравов и пандавов. Сын Бхарадваджи (bhāradvlja) — прозвище Дроны.

70 Гаутама (gautama) — «сын Готамы (Gotama)», великого мудреца, прозвище мудреца Шарадвана (Çaradvān), отца Крипы. Сын Гаутамы (gautama — звучит одинаково с прозвищем Шарадвана), т. е. Крипа, первый учитель военного дела кауравов и пандавов.

71 Шрутаюс, Ачьютаюс и Шатаюс (çrutāvus. acyutāyus, çatāyus) — воины кауравов, сражавшиеся на стороне Дурьйодханы и павшие в бою.

72 Джаласандха (jalasandha) — царь Магадхи, примыкавший к лагерю кауравов.

73 Ришьяшринга (rsvaçrnga) — «антилопорогий», некий мудрец, сын Вибхандаки. Сын Ришьяшринги (ārsyaçrngi) — здесь Аламбуса; могучий ракшас, сражавшийся на стороне кауравов и убитый впоследствии Гхатоткачей, сыном Бхимасены от ракшаси Хидимбы.

74 Ракшас Алаюдха. — Ракшас, ракшасы (raksas или rāksasa) — в индийской мифологии обычно разряд злых полубогов, злые духи, демоны. По своей природе и нраву они подразделяются на три группы: 1) ракшасы, подобные якшам, т. е. добрые полубоги, 2) ракшасы, подобные дайтьям, или титанам, т. е. противники богов, и 3) ракшасы в общепринятом значении этого слова, т. е. демоны, злые духи, недруги, всячески досаждающие людям. Алаюдха (alāyudha) — жестокий демон-ракшас, близкий родич и друг ракшасов Баки, Кирмиры и Хидимбы, убитых Бхимасеной; сражался на стороне кауравов, впоследствии убит Гхатоткачей.

75 Аламбуса и Субаху. — Аламбуса (alambusa) — здесь царь земной (в отличие от ракшаса Аламбусы), сражавшийся на стороне кауравов. Субаху (subāhu) — воин-герой, сражавшийся на стороне кауравов, дал торжественную клятву саншаптаков.

76 Все взялись за оружие (udvatah sarve) — букв.: «поднялись все».

77 Чеди (cedi. мн. ч.: cedayah) — название народа и страны, отождествляемой с нынешним Бунделкхандом и частью Мадхья-Прадеш.

78 Кунтибходжа (kuntibhoia) — царь из рода ядавов, повелитель кунтиев в Бходже (ныне область Мальва). Будучи бездетным, Кунтибходжа принял и воспитал Притху, дочь Шуры, правителя ядавов, — отсюда и второе ее имя: Кунти.

79 Гхатоткача (ghatotkaca) — внебрачный сын Бхимасены, рожденный от ракшаси (демоницы) Хидимбы. Наделенный огромною мощью и силой волшебства, Гхатоткача сражался на стороне пандавов.

80 Имеется в виду Юдхиштхира, старший среди братьев-пандавов.

81 Не снарядится в доспехи (na sannahyate = will not arm himself). — Кришна обещал не сражаться и не носить оружия в бою (Мбх, V. 7. 17; см. Crit. Notes, p. 480; M, кн. 5, C. 15).

82 Брахман Дрона. — Брахман, брахманы (brāhmāna) — согласно социальному делению древнего общества члены высшей из четырех главных каст, или варн (ѵаrnа), т. е. представители жреческого сословия или духовенства. Обязанностью брахманов, согласно Артхашастре Каутильи (1. 3), было «учение, обучение, жертвоприношение для себя и для других, раздача даров и их получение». Брахманы иначе называются дваждырожденными (см. примеч. 5 на с. 248). Дрона (drona) — прославленный брахман-воин, непревзойденный герой, главный военный учитель и наставник кауравов и пандавов, отец Ашваттхамана. Дрона родился от семени мудреца Бхарадваджи, которое истекло у него при виде апсары (небесной девы) Гхритачи. После падения Бхишмы он возглавлял войска кауравов и был вероломно убит пандавами.

83 Сомадатта (somadatta) — царь, герой-воитель, сын царя Бахлики (Bahlika) и отец Бхуришраваса. Сражался на стороне кауравов.

84 Судакшина (sudaksina) — царь, правитель Камбоджи (см. примеч. 66 на с. 255).

85 Брихадбала (brhadbala) — царь Кошалы (Косалы) или Авадхи (совр. Аудх).

86 Пастухи-нараяны (nārāvanāh... gopālāh) — название воинов, составлявших войско Кришны. По-видимому, такое прозвище (nārāyanah) пастухов-воинов Кришны следует понимать как имя нарицательное, восходящее к имени самого Кришны, который представляется воплощением на земле высочайшего божества Вишну-Нараяны (Viçnu-Nārāyana).

87 Субала (subala) — царь и герой страны Гандхары (ныне Кандагар). Субала был отцом Гандхари, которая стала супругой слепого царя Дхритараштры, и Шакуни, который приходился дядей Дурьйодхане и всем его братьям (см. примеч. 30 на с. 251).

88 Кшатрий, кшатрии (ksatriya) — члены второй из четырех главных каст, или варн (ѵаrnа), т. е. представители воинского сословия. Законом или долгом кшатриев (kçatradharma), согласно Артхашастре Каутильи (1. 3), являлось «добывание средств к жизни военным делом и охрана живых существ».

89 Духшасана и Вишаста и... Викарна (duhçāsana. viçasta, vikama) — все трое суть сыновья Дхритараштры. Первый из них, Духшасана, отличавшийся крайней жестокостью, был убит Бхимасеной, поклявшимся отомстить ему за оскорбление Драупади, нанесенное ей в собрании.

90 Гавальгана (gavalgana) — отец суты Санджайи, возницы слепого царя Дхритараштры. Сын Гавальганы (gāvalgani) — Санджая, подробно рассказывает своему повелителю о всех событиях, происходивших во время великой битвы.

91 Носящий диадему (kiritin) — т. е. «увенчанный или украшенный короной (диадемой)», один из обычных эпитетов Арджуны. Этот эпитет может быть передан в санскритском звучании (без перевода): Киритин.

92 Т. е. Видуры.

93 Арджуна (arjuna) — букв.: «яркий (во всем), светозарный», третий сын Панду и Кунти, рожденный ею от бога Индры, один из главных героев Махабхараты. По старшинству Арджуна — средний среди пятерых братьев-пандавов.

94 Бхараты (bharatāh) — название древнего знаменитого рода, который ведет свое начало от легендарного царя Бхараты (Bharata). По значению бхараты — то же что и потомки Бхараты (bhāratāh) (см. примеч. 12 на с. 249).

95 Род Сатвата (sātvata) или потомки (герои) рода Сатвата, иначе, просто сатваты (sātvatāh) — представители древнего рода или племени ядавов (потомков Яду), к которым принадлежал также и Кришна с Сатьяки; оба эти героя здесь и подразумеваются. К представителям этого древнего рода примыкал Баларама и Критаварман.

96 Отпрыск сына Бхарадваджы (bharadvajasya atmajah) т.е. сын Дроны Ашваттхаман (см. примеч. 69 на с. 256).

97 Т. е. Карна (см. примеч. 10 на с. 249).

98 Т. е. Арджуной.

99 Выражения лиц (abhijnānam) — так в настоящем контексте (=countenance) (см. Crit. Notes, p. 480).

100 Рудра, рудры (rudra. мн. ч.: rudrāh) — букв.: «ревуны», в индийской мифологии группа из 11 божеств, олицетворяющих бурю и предводительствуемых Шивой. Рудра (в ед.числе) — прозвище, относящееся к самому богу Шиве в его низшем проявлении.

101 В гневе (manvu-vaçād). — Нилакактха поясняет: duryodhaiiasya dainya-vaçād, т. е. из-за удрученного состояния Дурьйодханы.

102 Джаядратха (javadratha) — сын Вриддхакшатры, царь саувиров в области Синдху (Sindhu, ныне Синдх), носящий поэтому эпитет: Сайндхава (Saindhava) — «властитель Синдху». Он был супругом Духшали, дочери царя Дхритараштры, и сражался на стороне кауравов. Впоследствии был убит Арджуной в отмщение за гибель любимого своего сына Абхиманью.

103 В конечный путь знатоков брахмы (brahmavidām gatim) — т. е. в блаженные миры, достижимые для знатоков священного писания.

104 Бибхатсу (bibhatsu) — букв.: «испытывающий отвращение или ненависть», «ненавистник». Часто встречающееся прозвище Арджуны.

105 Кришна (krsna) — букв.: «черный», имя популярнейшего божества индуистского пантеона, он же и Васудева (Vasudeva), ибо является сыном Васудевы (Vasudeva) и Деваки (в земном своем воплощении). На основании этимологии имени Кришны и соответственно изображения его внешности (иссиня-черный) можно предположить, что божество это более древнего происхождения, — еще доарийское, которое могло быть заимствовано из Южной Индии. Кришна выступает центральной фигурой эпоса то в виде героя-полубога, то как воплощение дипломатического искусства, то в виде высочайшего божества Вишну как воплощение его на земле. Он не только близкий родственник и друг пандавов, но и выступает как их военный советник и возница неодолимого и всепобеждающего героя Арджуны. Имея своим оком Кришну ( krsna-netrah) — т. е. имея его своим предводителем, вождем. Нилакантха поясняет: Krsno netram — netā yasya sa tathā.

106 Шест, водруженный в честь Индры (indra-ketu = indra-dhvaja) — то же, что и шест со знаменем Индры, т. е. флаг, водруженный в честь Индры на 8-й день и снимаемый на 12-й день светлой половины лунного месяца Бхадрапада (соответствует августу — сентябрю).

107 Панчаджанья (pānсajanya) — букв.: «принадлежащая (демону) Панчаджане (Pancajana)». Название божественной раковины (рога) Вишну-Кришны, которая досталась ему от демона-дайтьи Панчаджаны после одержанной над ним победы.

108 Гандива (gāndïva) — букв.: (согласно Панини, V. 2. 110) «носящий имя носорога», т. е. издающий низкий и глубокий звук, подобный реву носорога. Название лука Арджуны. Некогда Сома даровал этот лук Варуне, Варуна подарил его Агни, а последний дал его в дар Арджуне за услугу, оказанную им Агни в сожжении леса Кхандава.

109 Молнии, похищающей (восприятие) света у наших глаз (mnnanti nayana-prabhām) — т. е. ослепляющей наши глаза.

110 Дхананджая (dhananjaya) — букв.: «завоеватель богатств», один из обычных эпитетов Арджуны.

111 Оба Кришны (krsnau) — т. е. Кришна и Арджуна. В эпосе Кришна и Арджуна представляются частичным воплощением на земле Нараяны и Нары, двух высочайших божественных мудрецов, которые, выступая в своем единстве, отождествляются с великим божеством Кришной (Вишну-Нараяной). Этим, а равно и общностью изображаемой внешности (иссиня-черного цвета), объясняется употребление столь необычной формы (Dualis) для обозначения двух персонажей одним именем в двойственном числе.

112 Хридика (hrdika) — отец Критавармана. Сын Хридики (hārdikva) — Критаварман (см. примеч. 44 на с. 253).

113 Герой, мчащийся на белых конях (çvetavahana) — то же, что и владелец белых коней (çvetaçva), эпитет Арджуны, часто передаваемый (без перевода) в санскритском звучании: Шветавахана.

114 Бхима (bhïma) — букв.: «страшный», «наводящий ужас», сокращенное имя Бхимасены.

115 Обладатель лука гандивы (gandivadhanvan) — один из эпитетов Арджуны.

116 Брихаспати (brhaspati) — букв.: «владыка великого (слова)», имя легендарного мудреца, сына Ангираса. Брихаспати олицетворяет собою планету Юпитер и почитается мудрым наставником богов. Здесь ссылка на Брихаспати говорит о том, что он был древним учителем Артхашастры или Нитишастры (науки политики). Это известно из самой Артхашастры Каутильи, которая ссылается на его мнения, по крайней мере, шесть раз. Соответствующее место в Артхашастре (VI 1. 1) звучит так: «Если кто-нибудь слабее другого, то он должен заключать с ним мир. Имеющий превосходство может идти (на другого) войной. Тот, который считает: «ни меня другой, ни я его не способны победить», — должен держаться выжидательного положения» (Артх, с. 292; Crit. Notes, p. 480).

117 Юдхиштхира (yudhisthira) — букв.: «стойкий в бою», старший сын Панду и Кунти (Притхи), царствовавший в Индрапрастхе, один из главных героев Махабхараты. Он был рожден матерью от бога Дхармы, царя закона и справедливости (Dharmarāja). Поэтому Юдхиштхира олицетворяет справедливость на земле; отсюда и эпитет его: «царь справедливости».

118 Вичитравирья (vicitravirva) — царь Лунной династии, сын царя Шантану от прекрасной Сатьявати, дочери царя рыбаков. Сын Вичитравирьи (vaicitravirya) — царь Дхритараштра, рожденный от его старшей супруги Амбики отшельником Вьясой.

119 Говинда (govinda) — букв.: «находящий Землю» (gām vindat), эпитет высочайшего божества Вишну-Кришны. Такой эпитет был закреплен за Вишну, когда он под видом вепря (в одном из своих воплощений-аватар) разыскивал Землю и поднял ее на своих бивнях из глубин океана. Позднее этот же эпитет был оставлен за Кришной с иным значением: «находящий коров», «главный пастух», в соответствии с той ролью, какую он играл тогда под влиянием культа бхакти — любви и преданности ему как высочайшему божеству.

120 Хришикеша (hrsikeça) — «властитель своих органов чувств», эпитет Кришны, данный ему из-за того, что он умел сурово обуздывать свои чувства и желания, подчиняя их единой цели.

121 Т. е. Юдхиштхире.

122 Без сомнения (asançavam). — Нилакантха поясняет: gatavairam ity arthah — «при прекращении вражды — таков смысл», т. е. при примирении с ними.

123 Добавлено в скобках, согласно переводу Роя (с. 284).

124 Шарадван (çaradvān, им. п.) — мудрец-брахман, отец Крипы. Сын Шарадвана (çāradvata) — Крипа.

125 Т. е. Юдхиштхира.

126 См. М, кн. 5, C. 159 — 274.

127 Кришна (krsnā) — букв.: «темная, смуглая», основное имя прекрасной Драупади, дочери Друпады, царя панчалов и общей супруги пятерых братьев-пандавов.

128 См. примеч. 111 на с. 260.

129 Т. е. Абхиманью, сын Арджуны от Субхадры, сестры Кришны (см. ниже примеч. 131).

130 Кешава (keçava) — букв.: «прекрасноволосый», «кудрявый», один из эпитетов Кришны, сына Васудевы.

131 Абхиманью (abhimanyu) — сын Арджуны от второй его супруги, прекрасной Субхадры, сестры Кришны. Во время битвы юный Абхиманью был один окружен шестью могучими воинами и убит сыном Духшасаны ударом палицы по голове. Преисполненный горя, Арджуна поклялся отомстить Джаядратхе, виновнику гибели своего сына, и исполнил свою клятву.

132 Оба... близнеца (yamau) — имеются в виду братья Накула и Сахадева, рожденные Мадри, младшей супругой Панду, от двух Ашвинов, диоскуров, божеств утренней и вечерней зари.

133 Яма (yama) — в индийской мифологии бог смерти и правосудия, царь усопших. Яма часто отождествляется с богом Дхармой — царем закона и справедливости и носит эпитет: царь закона (Dharmaraja). Среди четырех главных хранителей мира (lokapalah) Яма почитается как божество — хранитель Юга. В тексте сознательно применена аллитерация (anuprāsa), основанная на одинаковом звучании разнозначных слов yama: близнецы и бог смерти.

134 Т. е. с Юдхиштхирой (sa sandheyah katham maya). У Роя: Peace with them hath become impossible in consiquence of the slaughter of Abhimanyu (p. 286).

135 Веды (veda — букв.: «знание») — древнейшие памятники индийской литературы, которые восходят к середине II тысячелетия до н. э. Веды считаются священными, существовавшими еще до сотворения мира. Их поведали миру лишь несколько древних мудрецов, которые удостоились их услышать. Поэтому иначе веды называются: шрути (çruti), т. е. «услышанное». Согласно положениям индуизма, их могут слушать и изучать только представители трех первых каст (āryāh): брахманы, кшатрии и вайшьи. Низшие же слои общества — шудры и другие, а также женщины к слушанию вед не допускались. Веды представляют собою четыре сборника, или собрания (sariihitā), стихотворных гимнов, обращенных к различным божествам, а именно: Ригведа (Rgveda) — «Веда гимнов», Самаведа (Sāmaveda) — «Веда мелодий»; Яджурведа (Yajurveda) — «Веда жертвенных изречений» и Атхарваведа (Atharvaveda) — «Веда заклинаний». Основными признаются три первых сборника, которые вместе обычно называются «Три веды», или «Троица вед» (trayî). Махабхарата по своей значимости считается пятой ведой.

136 Три ценности в жизни человека (trivarga) — имеются в виду три основных фактора или три цели (а позднее четыре), которым может отдаваться каждый человек. Это: 1) закон (dharma), т. е. служение религии, науке или общественному благу, 2) польза (artha), т. е. накопление богатства или материальных ценностей, 3) любовь (kāma), т. е. искание чувственных наслаждений, и, наконец, 4) спасение (moksa), т. е. индивидуальное спасение души. Три основных фактора или ценности (trivarga) — закон, польза и любовь — должны находиться в постоянном равновесии. Однако один из них всегда должен быть ведущим. Так, согласно положениям ортодоксального индуизма, в частности Махабхараты, ведущим является закон (dharma), согласно предписаниям Артхашастры («Наука политики»), — польза или выгода (artha), a согласно Камасутре («Наука любви») Ватсьяяны или, например, Дашакумарачарите («Приключения десяти принцев») Дандина, ведущим фактором считается любовь (kāma).

137 Жертвоприношение оружия (çastra-avabhrtha) — т. е. убийство, уничтожение (в образном выражении).

138 Апсары (apsaras, apsarā) — в индийской мифологии прелестные небесные девы или куртизанки (svargaveçya), которые произошли из влаги морской при пахтании молочного океана богами и асурами для получения амриты, или напитка бессмертия; нимфы.

139 Добавлено в скобках согласно переводу Роя (с. 286).

140 Шакра (çakra) — букв.: «могучий», один из наиболее употребительных эпитетов бога Индры (см. примеч. 21 на с. 251).

141 Бессмертные (amara) — образное название богов в индийской мифологии.

142 Т. е. Бхишмой.

143 Т. е. Дроной.

144 Презрение этого мира (jagato'sya parābhavam) — так согласно комментарию Вадираджи (Vādirāja): parābhavam parājayam upeksanam iti yāvat, т. е. к поражению следует еще добавить полное пренебрежение, презрение (Crit. Notes, p. 481). У Роя иной смысл: J, who have lorded it over the universe in that way (p. 287).

145 Йоджана (yojana) — индийская мера длины, равная 4 крошам, т. е. приблизительно 15 или 17 км.

146 Сарасвати (sarasvāti) — название древней реки, которая протекала недалеко от Курукшетры, где происходила великая битва между кауравами и пандавами. В Пенджабе имеется давно высохшее русло Сарасвати, которая, согласно индийским легендам, не исчезла, а протекает под землей и у Праяга сливается с Гангой и Ямуной (совр. Джамна). Предполагают, что это нынешняя река Гхаггар (Гагтар) в Пенджабе (см. примеч. 65 на с. 290).

147 Химаван (himavant, им.п.: himavān) — букв.: «обладающий снегами», то же, что и Хималая (himālaya) — «обитель снегов (холода)», гора Хималай, санскритское название Гималаев.

148 Читрасена (citrasena) — воин кауравов, сражавшийся на стороне Дурьйодханы.

149 Ашваттхаман (açvatthāman) — сын Дроны и Крипи, родившийся из пылающего жертвенного алтаря в результате целеустремленного подвижничества Дроны, домогавшегося рождения сына. Как и его отец Дрона, Ашваттхаман — прославленный брахман-воин, сражавшийся на стороне кауравов.

150 Сушена, и Ариштасена. и Дхритасена (susena, aristasena, dhrtasena) — отважные воины кауравов, сражавшиеся на стороне Дурьйодханы.

151 Джаятсена (jayatsena) — сын царя Джарасандхи, убитого в единоборстве Бхимой, царь, правитель Магадхи, которая отождествляется с Южным Бихаром (см. примеч. 64 на с. 255). Джаятсена вместе со своим войском принимал участие в великой битве на стороне пандавов.

152 Разрушитель (antaka) — эпитет Ямы, бога смерти и правосудия (см. примеч. 133 на с. 262).

153 С головой, покрытой (диадемой) (prachanna-çirasam). — Арджунамишра поясняет: prachanna-çirasam, usnïnena, т. е. диадемой (Crit. Notes, p. 481).

154 С шеей наподобие раковины (kambu-grïvam) — т. е. с тремя складками на шее. Арджунамишра поясняет: Kambugrïvam = rekhātrayayuta-grivam (Crit. Notes, p. 481).

155 Меру (meru) — в индийской мифологии название священной горы в Гималаях. Меру иначе называется Сумерупарвата (гора Сумеру), которая отождествляется с Рудра-Хималаями в Гарвале, где река Ганга берет свое начало.

156 Стхану (sthānu) — букв.: «стойкий», «незыблемый», «могучий», один из эпитетов бога Шивы.

157 Аруна (aruna) — букв.: «красный, багряный», первый сын Винаты и старший брат Гаруды, который почитается как возница Солнца и олицетворяет собою зарю.

158 Ушанас (uçanas) — имя легендарного мудреца Шукры, сына Бхригу. В индийской мифологии Ушанас, или Шукра, олицетворяет собою планету Венеру и почитается наставником демонов-асуров.

159 Военная наука... из четырех отраслей и десяти видов (daçāngam... catuspādam isvastram). — Согласно Девабодхе, четыре отрасли, или составные части, суть следующие: 1) заклинание оружия (mantra), 2) искусство упражнений (upacara), 3) метание оружия и 4) магические средства его возвращения (см. М, кн. 5, с. 463). По мнению П.В. Кане, под четырьмя отраслями или частями военной науки (Isvastra, Dhanurveda), подразумевается обязательное усвоение основных видов оружия, которые подразделяются на четыре класса: 1) mukta (т. е. бросаемые или метательные, такие как стрелы), 2) amukta (небросаемые, такие как мечи), 3) muktāmukta (метательные и неметательные, такие как astra, которые после метания могут быть получены назад) и 4) mantramukta («бросаемые с заклинанием», т. е. астры, которые не могут быть получены назад) (см. там же, с. 541 и ел.). Под десятью видами оружия, согласно толкованию Арджунамишры, имеются в виду: 1) луки (dhanus), 2) стрелы (сага), 3) искусные приемы (guna), 4) учителя (guru) и 5) ученики (çisya), 6) и 7) обе руки (bhujavubhau), 8) возница боевой колесницы (yantr), 9) поражаемая цель (laksya) и 10) глубокая сосредоточенность на эту цель (см. Crit. Notes, p. 481).

160 Вспомогательные части вед (angāh или vedāngāh) — это (согласно Артхашастре): 1) фонетика (çiksa), 2) обрядовый ритуал (kalpa), 3) грамматика (vyākarana), 4) этимология (nirukta), 5) метрика (chandas или chandoviciti) и 6) астрономия (jyotisa), которые называются также вспомогательными науками.

161 Акхьяна, акхьяны (akhyāna) — древние сказания, такие как Махабхарата, Рамаяна и др. Здесь под пятой ведой подразумевается Махабхарата.

162 Трехглазый (tryambaka) — эпитет бога Шивы, который имеет третий глаз на лбу.

163 Женой Дроны была Крипи. Как и ее брат Крипа, она родилась в группе тростников от семени отшельника Шарадвана Гаутамы, которое истекло у него при виде апсары (божественной девы) Джанапади.

164 Сыновей родной своей сестры (bhaginevān nijān), т. е. сыновей Мадри, младшей супруги Панду, — Накулу и Сахадеву. Нилакантха поясняет: bhāgineyān = Mādrïputrān (Crit. Notes, p. 481).

165 Предводитель войск богов (mahāsena) — Сканда-Карттикея. Согласно комментарию Нилакантхи: второй Mahāsenah = senānï, т. е. Kārttikeya) (Crit. Notes, p. 481). Нилакантха (Бомб.изд.) также поясняет: Mahasena iva Kartikeya iva, mahatï senā yasya sa Mahāsenah, т. е. под Махасеной подразумевается Карттикея.

166 Сканда (skanda) — одно из имен бога войны и предводителя воинства богов Кумары, или Карттикейи.

167 Рама (rāma) — имеется в виду Парашурама, сын Джамадагни.

168 Царь Шалья был родным братом Мадри, младшей супруги Панду, которая являлась матерью близнецов Накулы и Сахадевы, двоюродных братьев кауравов во главе с Дурьйодханой. Поэтому и Дурьйодхане Шалья приходился дядей со стороны Мадри.

169 Дозволь посвятить себя (abhisicyasva) — Jmperativus passivi от abhisinc. Коммент. Вади раджа (Vādirāja) поясняет: mayā abhisicyo bhava — «будь посвященным мною», — в значении Imperative второго лица (см. Crit. Notes, p. 481).

170 Павака (pāvaka) — букв.: «очищающий, очистительный», эпитет огня или Агни, бога огня. Сын Паваки (pāvaki) — Сканда-Карттикея, предводитель воинства богов (см. выше, примеч. 165).

171 Царь мадров (madrarāja) — то же, что и правитель мадров, Шалья (см. примеч. 29 на с. 251).

172 Сомаки (somakāh) — название народа, получившего свое прозвище от имени Сомаки (Somaka), который приходился дедом Друпаде и передал свое имя потомкам.

173 Мадраки (madrakāh) — название племени, обитавшего в южных областях Индии.

174 Сринджаи (snjayāh) — название племени или рода, встречавшихся среди панчалов. Племена сринджаев часто отождествлялись с панчалами, а также упоминались наряду с ними.

175 Не очищенными душою (akrtātmabhih) — т. е. не воспитанными нравственно, не сведущими в религии.

176 Прабхадраки (prabhadrakā) — букв.: «прекрасные, красивые», название, преимущественно даваемое войсковому отряду или подразделению панчалов. Прабхадраки были в числе союзников Юдхиштхиры и сражались на стороне пандавов.

177 Сиддхи... с чаранами. — Сиддхи (siddhah) — букв.: «преуспевшие», разряд добрых полубогов (devayoniviçesah), отличающихся чистотой (внутренней и внешней) и благочестием. Сиддхи населяют небесные сферы, между небом и землей. Чараны (cāranāh) — другая разновидность добрых полубогов, небесные певцы.

178 Т. е. Карны (см. примеч. 10 на с. 249).

179 Вришни (vrsni) — название общины или рода ядавов, где, согласно преданиям, родился Кришна. Такое название рода идет от имени Вришни (Vrsni), потомка Яду, внука Кроштри и сына Юдхаджита. Вришни принадлежал к Лунной династии и был предком Кришны. Герой из рода Вришни (vārsneya) — прозвище Кришны.

180 Мадхава (mādhava) — букв.: «потомок Мадху», «отпрыск рода Мадху» или «происходящий из рода Мадху», отца Вришни, одно из часто встречающихся имен или прозвищ Кришны, а также Баладевы и Сатьяки.

181 Артаяни (ārtāyani) — букв.: «сын Ритаяны», прозвище Шальи. Имя отца Шальи было Ритаяна — Rtāyana (см. Crit. Notes, p. 481).

182 Куру (kuru) — древний царь Лунной династии, который почитается сыном Самвараны и Тапати, дочери Солнца. Куру — основатель славного рода Куру и предок Дхритараштры и Панду. Куру правил царством, простиравшимся на территории близ нынешнего Дели. Отпрыск рода Куру (kuru-nandana) — здесь прозвище Юдхиштхиры.

183 Магхаван (maghavān) — «дающий дары», «податель даров», «щедрый», широко распространенный эпитет бога Индры.

184 Шамбара (çambara) — имя демона-данавы, убитого Индрой.

185 В самом конце (боевых действий) (atipaçcāt) — так согласно пояснению проф. Р. Н. Дандекара: atipaçcād — at the very end (Crit. Notes, p. 481).

186 Васава (vāsava) — букв.: «предводитель или повелитель (восьмерых) Васу», небесных полубогов, один из эпитетов бога Индры.

187 Намучи (namuci) — имя демона-данавы, или асуры, убитого Индрой, срезавшим ему голову ваджрой, или громовой стрелою.

188 Образные выражения во всей этой фразе следует понимать в аллегорическом смысле.

189 Лужица от следа коровьего копыта (gospadam). — Проф. Р. Н. Дандекар поясняет: gospadam = a very small puddle; little quantiti of water just enouph to fill in the footprint of a cow (Crit. Notes, p. 481).

190 Избравшие смерть вместо отступления (mrtyum krtvā nivartanam) — букв.: «сделав смерть отходом вспять», избравшие смерть взамен (другой крайности) повернуть вспять или избравшие смерть своей целью. У Роя: resolved to make deadi their goal (p. 192).

191 Т. е. Шакуни (см. примеч. 30 на с. 251).

192 Пятью тяжкими грехами (pancabhir... pātakaih). — Пятью тяжкими или великими грехами, согласно Законам Ману (XI. 55), считаются: 1) убийство брахмана (brahmahatyā), 2) питье хмельного (surāpāna), 3) воровство (steya), 4) прелюбодеяние с женой учителя (gurvanganāgama) и 5) общение с подобными (sansargas taih saha).

193 Сын Радхи (rādheya) — прозвище Карны, который, будучи покинут при рождении своею матерью (Притхой), был воспитан Радхой (Rādhā), супругой возницы (суты) Адхиратхи. Это прозвище Карны можно оставлять без перевода — в санскритском звучании: Радхея.

194 Т. е. Юдхиштхирой (см. примеч. 14 на с. 250). Здесь такой эпитет употреблен с оттенком насмешки или осуждения. Так согласно пояснению Арджунамишры: dharmarājena iti sopālambham (Crit. Notes, p. 481).

195 Аллитерация допущена здесь сознательно, как в тексте оригинала: vyühya vyûham.

196 Синдху (sindhu) — название древней страны или области, которая отождествляется с нынешним Синдхом. Кони, происходившие из страны Синдху или сайндхавийских кровей, считались конями лучших кровей.

197 Сын игрока (kaitavya) — прозвище Улуки, сына Шакуни, искуснейшего знатока игральных костей.

198 Оба сына Мадри (madri-putrau) — близнецы Накула и Сахадева, рожденные Мадри (см. примеч. 132 на с. 262).

199-200 Здесь в обоих случаях применен обычный стилистический прием гиперболы.

201 Перевод сделан с учетом толкования Нилакантхи: sottarāh ayam asmi iti parasparam vadantah (Critical Apparatus, шл. 8, с. 53).

202 Тала (tāla) — род высокой пальмы, пальмира (Borassus flabeliformis).

203 Кеюра (keyüra) — род браслетов, носимых на предплечьях.

204 См. примеч. 106 на с. 260.

205 Киншука (kinçuka) — род дерева (Butea frondosa), дающего красивые, но лишенные аромата красные цветы.

206 Юга (yuga) — мировой период. Согласно космогоническим представлениям индийцев, различаются четыре мировых периода, или юги: 1) Сатьяюга (Satyayuga), или Критаюга (Krtayuga), — Золотой век; 2) Третаюга (Tretayuga) — Серебряный век; 3) Двапараюга (Dvāparayuga) — Медный век и 4) Калиюга (Kaliyuga) — Железный (нынешний) век. В пределах каждой юги мир, или Вселенная, претерпевает циклически три состояния: созидание, или становление (sarga), продолжительное существование (sthiti) и разрушение, или гибель (ргаіауа). Последнее сопровождается разрушительным огнем (kālāgni).

207 Соразмерные с горами (giri-mātrāh) — т. е. уподобляющиеся горам.

208 Четыре рода войск (caturanga) — собственно объединенное войско четырех родов (= caturanga-bala), состоящее из слонов, колесниц, конницы и пехотинцев, то же, что и акшаухини (см. примеч. 46 на с. 253).

209 Т. е. предпочтя смерть отступлению. У Роя: making death their goal (p. 296). (ср. гл. 7 или 4, и см. примеч. 190 на с. 268).

210 Читрасена (citrasena) — здесь сын Карны (см. текст, шл. 21). Нилакантха поясняет: Citrasenah — Karnaputrah.

211 Т. е. Накулой, сыном Панду.

212 Особый дротик (метаемый с колесницы) (ratha-çakti) — т. е. особый вид дротика, каким пользуются воины, сражающиеся на колесницах.

213 Сутасома (sutasoma) — сын Драупади от Накулы.

214 Т. е. в Сушену.

215 Ср. гл. 7, шл. 4 и гл. 9, шл. 7; см. также примеч. 190 на с. 268.

216 Обезьянознаменный (kapi-dhvaia) — тот, на чьем знамени обезьяна, обезьяноносный, определение, относящееся к Арджуне, на чьей боевой колеснице знамя с изображением обезьяны.

217 Ср. гл. 9, шл. 57.

218 Смертельных своих врагов (ātatāyinah) — собственно, покушавшихся на его жизнь. Точнее, atatayin означает: тот, кто замышляет или совершает отвратительные поступки (подробнее см. М, кн. 5, с. 548).

219 Оставляли... справа от себя (apasavyam... cakruh) — т. е. обходили слева, предвещая великую резню и поражение.

220 Тысячеглазый (sahasradrç, sahasrāksa) — эпитет бога Индры. Согласно легендам, по велению богов была создана прекрасная небесная дева Тилоттама, которой залюбовались сами боги, когда она обходила их собрание, и неотступно следили за нею глазами. Один лишь Индра с Шивой устоял, но так как он тоже сильно жаждал смотреть на нее, у него появилась тысяча глаз (см. М, кн. 1, с. 531).

221 Шини (çini) — могучий воин из рода ядавов. Внук Шини (Çiner naptr, Çaineya), т. е. Сатьяки, сын Сатьяка (Satyaka), он же Ююдхана (см. примеч. 43 на с. 253).

222 См. примеч. 206 на с. 269.

223 Аджаташатру (ajataçatru) — букв.: «тот, чей враг еще не родился», не имеющий врагов, один из эпитетов Юдхиштхиры.

224 Кунти (kuntï) — старшая супруга царя Панду и мать троих братьев-пандавов: Юдхиштхиры, Бхимасены и Арджуны. Первоначальное ее имя было Притха (Prthā). Являясь дочерью Шуры, правителя ядавов и деда Кришны, она была воспитана Кунтибходжей, бездетным царем из рода ядавов, который б>іл повелителем кунтиев в Бходже (совр. Мальва), — отсюда второе имя ее: Кунти.

225 Врикодара (vrkodara) — букв.: «с брюхом, как у волка», «волкобрюхий», прожорливый (на маратхи), обычное прозвище Бхимасены, который отличался большой прожорливостью.

226 Сахадева (sahadeva) — сын Мадри, младшей супруги Панду, и брат Накулы (см. примеч. 132 на с. 262 и 198 на с. 269).

227 Пататрин (patātrin) — воин-герой, сражавшийся на сторсне кауравов.

228 Властитель Бходжи (bhojah) — то же, что и правитель рода Бходжа, т. е. Критаварман (см. примеч. 44 на с. 253 и 63 на с. 255).

229 Ночь во время гибели мира (kāla-rātri) — здесь в олицетворенном виде, как богиня, сестра Разрушителя-Ямы; часто отождествляется с Дургой, супругой Шивы (см. примеч. 216 на с. 305).

230 Вайвасвата (vaivasvata) — букв.: «сын Вивасвана (Vivasvān)», или Солнца, эпитет бога Ямы (см. примеч. 133 на с. 262).

231 Кайласа (kailāsa) — название горы, высочайшей вершины Гималаев, которая у тибетцев называется Канринпоче и расположена около 40 км к северу от озера Манассаровар (санскр. Mānasa) по ту сторону горы Гангри или Дарчина. Гора Кайласа почитается местопребыванием богов Шивы и Куберы.

232 Алака (alakā) — столица Куберы, бога богатства, расположенная на вершине Хималая (Гималаев) — Кайласе. Владыка Алаки (Alakādhipa) — Кубера.

233 Махешвара (maheçvara) — «великий владыка», то же, что и Махадева (mahādeva) — «великий бог», эпитет Шивы. Друг Махешвары (maheçvara-sakha), или Шивы, т. е. Кубера, владыка Алаки.

234 Гухьяки (guhyaka) — разновидность добрых полубогов (devayoni-viçeçah), то же, что и якши.

235 Податель богатств (dhanada) — эпитет Куберы, бога богатства.

236 Мандара (mandara) — род кораллового дерева (Erythrina indica). Согласно мифам, одно из пяти цветущих деревьев, растущих в раю Индры.

237 Пылающий огонь в конце юги (kālāgni) — т. е. разрушительный огонь при гибели мира (см. примеч. 206 на с. 269).

238 Желтоглазый (haryaksa) — точнее: с карими с желтизной глазами, эпитет бога Шивы, Махешвары (см. примеч. 233 на с. 271).

239 Рама (rāma) — имеется в виду Баларама (Баладева), принадлежащий к роду ядавов, старший брат Кришны.

240 Яду (yadu) — старший сын Яяти, рожденный от Деваяни, родоначальник прославленного рода Яду или ядавов (yādava), к которому принадлежали Баларама и Кришна.

241 См. примеч. 106 на с. 260.

242 Панду (pāndu) — букв.: «бледный», сын Амбалики, второй вдовы царя Вичитравирьи, рожденный от отшельника Кришны-Двайпаяны Вьясы, отец пятерых пандавов и младший брат царя Дхритараштры. Панду правил царством вместо старшего своего брата, который родился слепым.

243 Чекитана (cekitāna) — воин-герой из рода ядавов, который сражался на стороне пандавов.

244 Т. е. Дроны (см. примеч. 69 на с. 256).

245 Виджая (vijaya) — «всепобеждающий», «победитель», одно из имен-эпитетов Арджуны.

246 Брахма (brahmā. им.п.) — согласно индийской космогонии, бог-создатель, верховное божество, которое представляется одной из форм проявления майи, или божественной иллюзии. В индийском пантеоне Брахма возглавляет божественную триаду, созданную брахманизмом в послеведический период. В нее входят Брахма (бог-создатель), Вишну (бог-хранитель) и Шива (бог-разрушитель). Мир Брахмы (brahma-loka) — потусторонний, блаженный мир, принадлежащий Брахме, небесный рай.

247-248 Чандрасена, Друмасена (candrasena. drumasena) — воины-герои, охранявшие колеса колесницы Шальи, убитые Юдхиштхирой.

249 Парджанья (рагіапуа) — букв.: «наполняющий, насыщающий», дождливое или грозовое облако, олицетворяющее здесь божество грозы и дождя, часто отождествляемое с Индрой.

250 Джамбха (jambha) — могучий демон-асура, почитающийся «нарушителем жертвоприношения». Был убит Индрой, по другим версиям — Вишну-Кришной.

251 Вритра (vrtra) — могучий демон-асура, господствовавший над тремя мирами (землей, небом и преисподней) и убитый впоследствии Индрой. Отсюда и одно из прозвищ Индры: Сокрушитель Вритры (vrtrahan).

252 Ставшего... неотвратимым жалом (çalva-bhûtam). — Имя «Шалья» букв, означает «жало», «дротик», «метательное копье». В тексте оригинала — аллитерация (anuprāsa): Çalyam çalya-bhutam.

253 Дхарма (dharma) — букв.: «закон», бог правосудия и справедливости, носящий также имя Дхармараджа (Dharmarāja) — «царь закона». В эпосе отождествляется с Ямой, богом смерти и правосудия. Сын Дхармы (Dharma-putra) — Юдхиштхира, рожденный богом от Кунти.

254 Т. е. Шалью (см. примеч. 168 на с. 266).

255 Шатагхни (çataghni) — «убивающее сотню (воинов)», название смертоносного оружия, представляющего собою большой, цилиндрической формы камень (или бревно), снабженный железными остриями. Врезываясь во вражеский строй, оно производит опустошение в рядах воинов.

256 Т. е. царем справедливости — Юдхиштхирой.

257 Властитель земной (pārthiva) — так переведено с этимологическим значением слова во избежание повторения слова «царь».

258 Т. е. Кришны (см. примеч. 180 на с. 267).

259 Старший брат Панду (pandu-purvaja) — обращение к царю Дхритараштре, старшему брату Панду.

260 Т. е. Шалья.

261 Т. е. Кришну и Арджуну (см. примеч. 111 на с. 260).

262 Т. е. Шивы (см. примеч. 100 на с. 259).

263 Агни (agni) — в индийской мифологии бог огня, одно из важнейших божеств ведического пантеона, составляющих триаду: Агни, Индра и Сурья. Позднее эти божества отошли на второй план, уступив место новым: Брахме, Вишну и Шиве. Агни — один из четырех главных хранителей мира (lokapāla), почитается как хранитель Юго-Востока.

264 Владыка гор (nagendra) — прозвище Хималая (Гималаев).

265 Судхарман (sudharman) — доблестный воин, примыкавший к лагерю пандавов.

266 Шакра (çakra) — букв.: «могучий», один из эпитетов бога Индры (см. примеч. 21 на с. 251 и 140 на с. 263).

267 Изобильной богатством (mahādhanam). — Определение mahādhanam (= replete with wealth), очевидно, относится к тому факту, что гора Меру (которая здесь подразумевается) состоит из золота и драгоценных камней (см. Crit. Notes, p. 482).

268 Шатакрату (çatakratu) — букв.: «совершивший сто жертвоприношений», один из эпитетов бога Индры. Этот эпитет может употребляться и в русском переводе с сохранением его этимологического значения.

269 Дайтья, дайтьи (daitva) — в индийской мифологии потомки Дити (Diti), дочери прародителя Дакши, одного из Праджапати (владык созданий), составляют разряд демонов (титанов).

270 Паршата (pārsata) — «сын Пришаты (Prsata)», эпитет Друпады, отца Дхриштадьюмны. Сын Паршаты — Дхриштадьюмна, сын Дроны (как имя, производное от Паршаты, звучит одинаково с ним).

271 Атиратха, атиратхи (atiratha) — наиболее могучие или непревзойденные воины, сражающиеся на колесницах; высокое звание, коим удостаивались весьма выдающиеся и наиболее прославленные герои-воины (часто равнозначно махаратхам).

272 Царь бессмертных (amara-raja) — Индра, царь богов.

273 Шанайшчара (çanaiç-cara) — букв.: «медленно плывущий», название планеты Сатурн.

274 Владыка мадраков (madrakeçvara) — то же, что и царь мадров, Шалья (см. примеч. 171 на с. 266).

275 Матсьи (matsyāh) — название народа, населявшего одноименную страну — Матсья, или Вирата (Virata). Матсьи занимали область нынешнего Джайпура, включая всю внешнюю территорию Альвара с частью Бхаратпура (штат Раджастхан).

276 Аста и Удая (asta-udavau). — Аста (Asta) — букв.: «заход (солнца)», мифическая гора, за которой будто бы заходит солнце. Удая (Udaya) — букв.: «восход (солнца)», восточная гора, из-за которой, как полагают, выходит солнце; отождествляется с горой Удаягири (Udayagiri), которая находится в 8 км южнее Бхубанешвары в Ориссе (штат Саураштра).

277 Промах (vіvаram) — или оплошность. Ср. гл. 16, шл. 13, а также гл. 19, шл. 5, где стоит antaram. У Роя в трех случаях: laches (p. 314, 316, 326).

278 Львинообразное знамя (sinhah) — Здесь sinhah = the lion-banner (см. Crit. Notes, p. 482).

279 Шальмали (çalmalî) — тутовое дерево, шелковица (Salmalia malabarica).

280 Т. е. Сатьяки.

281 Ср. выше, гл. 15, шл. 35, где вместо antaram стоит vivaram (см. также выше примеч. 277).

282 Младший брат Индры (indra-avaraja) — т. е. Вишну-Кришна.

283 Гневный взгляд царя Юдхиштхиры, сына Дхармы, способен был все испепелять.

284 См. примеч. 229 на с. 271.

285 Самвартака (samvartaka или samvartakāgni) — разрушительный огонь при гибели мира в конце каждой юги.

286 Атхарвангирас (atharvāngiras) — член жреческого сословия, называемого Атхарвангирасы, т. е. потомки Атхарвана и Ангираса — древних ведических мудрецов.

287 Тваштри (tvasrt) — букв.: «плотник, строитель»; божественный мастер, имя ведического божества, одного из Адитьев, владык вселенной (уподобляется Гефесту или Вулкану в античной мифологии). В эпосе и пуранах Тваштри отождествляется с Вишвакарманом, зодчим богов.

288 Ишана (ïçāna) — букв.:«властитель, владыка», здесь эпитет бога Шивы.

289 Вайдурья (vaidûrva. vaidürya) — букв.: «добытый из горы Видура», драгоценный камень ляпис-лазурь, или «кошачий глаз».

290 Способную причинить конец... разрушителю (antakāva antakaram) — так в Критическом издании: сознательно соблюдена аллитерация.

291 Краунча (kraunca) — часть горы Кайласы, высочайшей вершины Гималаев, называемой у тибетцев Канринпоче, — в 40 км к северу от озера Манассаровар. Здесь имеется в виду ущелье в Гималаях через скалу Краунча, упоминаемую также Калидасой (Meghadüta I. 59). Согласно преданию, она была пронзена Карттикеей (Скандой) и Парашурамой, и через образовавшееся ущелье, как гласит молва, пролетают лебеди к озеру Манаса (Манассаровар).

292 Это наводит на мысль, что Шалья, который был верховным военачальником войск кауравов, уподобляется должному возлиянию огню (svistakrt), какое обычно совершается в заключительной части жертвенного обряда (Crit. Notes, p. 483).

293 Царь птиц (khaga-rāj) — Гаруда, пожиратель змей.

294 Т. е. Юдхиштхиры.

295 Анарты (anartāh) — название народа, населявшего страну Анарту (Anarta), отождествляемую с Сураштрой (Саураштрой). Она занимала области нынешнего Катхиявара на побережье Гуджарата. Столицей ее была Анартапура или Анартанагари, отождествляемая с Дваракой, где пребывал Кришна. Под героем анартов (ānarta) подразумевается Сатьяки. 296 Т. е. Крипа (см. примеч. 124 на с. 262).

296 Т. е. Крипа (см. примеч. 124 на с. 262).

Интересно знать..
  • Веды
    Веды
    Веды

    В слове «Веда» слышится что-то родное. Ведать, ведомство, проповедовать… «Веда» – означает «знание». Это знание пришло из глубины веков, время разрушает всё, но только не Знания. Санскрит, на котором написаны Веды, является источником множества

    Читать далее
  • Книги
    Книги
    Книги

    Александр Геннадьевич Хакимов является автором книг: «Карма», «Реинкарнация», «Последний экзамен», «Духовная семейная жизнь», «Варнашрама-дхарма» (Совершенное общественное устройство), «Уровни сознания», «Эволюция сознания» и других.

    Читать далее
  • Лекции \ Семинары
    Лекции \ Семинары
    Лекции \ Семинары

    Александр Геннадьевич Хакимов за 30 лет путшествий по России, ближнему и дальнему зарубежью провел более 1000 успешных семинаров в 17 странах мира. Поэтому тысячи людей так ждут встречи с ним, чтобы получить заряд энергии и силу для внутреннего прогресса, позитивных перемен в жизни. Практически каждый день его жизни – это лекции в переполненных залах, где он делится с людьми полученными знаниями.

    Читать далее
  • Храм Ведического Планетария
    Храм Ведического Планетария
    Храм Ведического Планетария

    В Индийском городе Маяпуре – мировом центре ведической духовной культуры – возводится купол необыкновенного храма, который, согласно предсказаниям Вед, изменит судьбу всей нашей планеты. Авторитеты ведического знания говорят, что именно после открытия Храма Ведического Планетария наступит долгожданный Золотой Век – возрождение духовности на всей планете Земля. Ренессанс, которого так ждут люди.

    Читать далее