Лекции и книги Александра Хакимова

В сердце каждого человека расположен один и тот же Бог, так же как в миллионах капель росы отражается одно и то же солнце.

Александр Геннадьевич Хакимов

Сказание об убиении саншаптаков. Главы 17-31.


Дронапарва (Книга о Дроне)

Махабхарата

Дронапарва (Книга о Дроне)

Главы 17-31

Сказание об убиении саншаптаков1

ГЛАВА 16

Санджая сказал:

Оба те войска, двинувшись к своим лагерям, о владыка народов, расположились там, как подобает по установленному порядку, в соответствии с подразделениями и отрядами каждого из них. Произведя отвод своих войск к лагерю, Дрона в дурном расположении духа, взглянув на Дурьйодхану, сказал со стыдом такие слова: "Я говорил тебе раньше, что когда Дхананджая находится рядом, то Юдхиштхиру невозможно схватить в сражении даже самим богам. Хотя все вы и нападали на него в сражении, однако Партха расстраивал все ваши попытки. Не сомневайся в моих словах: Кришна и Пандава2 непобедимы! Но если Владельца белых коней3 любыми средствами можно будет отвлечь, тогда Юдхиштхира, о царь, скоро попадет под твою власть! Пусть кто-нибудь вызовет (Арджуну) на битву и уведет его в (какое-нибудь) другое место (поля брани). Ведь сын Кунти, не победив его, ни за что не вернется оттуда. Тем временем, когда (Арджуны) не будет рядом с ним4, я, о царь, захвачу царя справедливости, пробившись через строй (пандавов) на глазах у Дхриштадьюмны! Если же, оставшись без Арджуны, он не покинет поля боя при виде меня, устремляющегося к нему, то знай, что он уже схвачен. Таким образом, о царь, я без сомнений быстро приведу сегодня Юдхиштхиру вместе с его свитой под твою власть. И если даже хоть на мгновение Пандава будет стоять (передо мной) в сражении, то он будет уведен (мною) с поля битвы. И тот (подвиг) будет тогда более отличительным (по величию своему), нежели победа (над войском пандавов)!"

Услышав слова Дроны, повелитель тригартов5 вместе с братьями, о царь, сказал тогда такие слова: "Мы, о царь, терпим унижения от Обладателя лука гандивы. Хотя мы не причиняем ему обид, он всегда наносит нам оскорбления, о бык из рода Бхараты! Помня о тех различных унижениях, мы, сжигаемые огнем гнева, никогда не могли спать ночами. Вооруженный дивным оружием, он (будет) стоять в поле нашего зрения. Поэтому мы сделаем все то, что в наших сердцах и что мы стремимся выполнить, - то, что будет приятно для тебя и что принесет нам славу! Выманив его с поля боя, мы убьем его. И пусть земля сегодня будет без Арджуны или же пусть будет она без тригартов! Воистину клянемся тебе в этом! И клятва эта (никогда) не будет ложной!".

И Сатьяратха, сказав то же самое, и Сатьядхарман, о потомок Бхараты, Сатьяварман и Сатьешу, а также Сатьякарман6, - те пятеро братьев с десятью тысячами колесниц вернулись, о великий царь, (к Дурьйодхане), дав такую клятву на поле брани. Также малавы и тундикеры7 с тремя десятками тысяч колесниц; также Сушарман из Тригарты - тот тигр среди мужей, повелитель прастхалов8, вместе с мачеллаками и лалиттхами, а также мадраками9, в сопровождении десяти тысяч колесниц, - и он тоже дал клятву вместе с братьями. И еще десять тысяч (воинов) на колесницах из различных областей - превосходные из превосходнейших - прибыли туда, чтобы дать клятву.

Тогда, принеся огонь и сделав каждый приготовления для его возжигания, все взяли одеяния из травы куша10 и изящные панцири. И облаченные в доспехи, умащенные топленым маслом, в одеяниях из травы куша, опоясанные тетивами своих луков, герои те, раздавшие сотни и тысячи (жертвенных) даров (брахманам), совершившие (множество) жертвоприношений и имеющие сыновей, достойные блаженных миров (после смерти), выполнившие все обязанности (в этом мире) и готовые положить свои жизни (в бою), намеревающиеся посвятить свои души достижению славы и победы и желающие быстро отправиться, (сразившись) в честном бою, в потусторонние миры, которые достижимы только через жертвоприношение с богатыми дарами (брахманам), а также (через) обряды, из коих главные - обет воздержания11 и изучение вед, - те герои, которые ублажили, каждый порознь, брахманов, дав им золотых нишков12, коров и одежды, и приятно побеседовали друг с другом, зажгли тот огонь и дали свой обет в битве. И перед тем огнем твердые в своей решимости, они (торжественно) скрепили свою клятву. И приняв решение убить Дхананджаю, они дали клятвенное обещание и во всеуслышание всех существ возвестили (об этом) в громких словах:

"Те миры, которые уготованы для тех, кто всегда говорит ложно, те, которые - для убивающих брахмана, те миры, которые уготованы для пьющих хмельное и для тех, кто предавался наслаждениям с супругой своего учителя; те, которые предназначены для похищающего имущество брахмана или для утаивающего (предоставляемые) царем средства к жизни13, а также для того, кто покидает прибегшего в поисках прибежища или убивает просящего (о благосклонности); те, которые уготованы для поджигающих дома или же для тех, кто убивает коров, те миры, которые предназначены для наносящих оскорбления (другим), а также для тех, кто ненавидит брахманов; те, которые уготованы для тех, кто в невменяемом состоянии приближаются к своим женам во время, благоприятное для зачатия, а также для тех, кто домогается связи с ними, когда они совершают поминальные жертвы (усопшим предкам), или для тех, кто причиняет вред самим себе; те, которые предназначены для тех, кто присваивает (незаконно) доверенный им вклад, или для тех, кто нарушает обещание14, или для тех, кто сражается в ярости, или для тех, кто следует за низкими; те миры, которые уготованы для тех, кто отрицает существование богов, или для тех, кто покидает (священные) огни, свой гороскоп и родителей, а также те, которые предназначены для грешных, - те миры обретем мы, если, не убив в бою Дхананджаю, мы возвратимся (с поля брани) или если, конечно, сильно измученные им, мы со страху не повернем вспять! Если же, напротив, мы совершим в битве подвиги, трудновыполнимые в мире, тогда без сомнений мы достигнем желанных миров, уготованных для добродетельных!"

Сказав так, о царь, герои те двинулись тогда на битву, вызывая Арджуну к той стороне (поля брани), которая излюблена для теней усопших предков15. Вызванный теми мужами-тиграми, Партха, покоритель вражеских городов, сказал царю справедливости такое слово без всякого промедления16: "Вызванный, я никогда не поверну вспять, - таков данный мною обет. Эти же воины, поклявшиеся победить или умереть, вызывают меня все снова и снова! И сей Сушарман вместе с братьями вызывает меня на битву. Благоволи же дать мне дозволение убить его вместе с его приверженцами. Не могу я (спокойно) переносить этого вызова, о бык из рода Бхараты! Торжественно обещаю тебе: считай, что враги уже убиты в бою!

"Юдхиштхира сказал:

Ты слышал, о сын мой, о том, что намерен сделать Дрона! Действуй таким образом, чтобы то намерение его оказалось тщетным. Ведь Дрона могуч. Он герой, искушенный во владении оружием и не ведающий усталости! Ведь это им дано было клятвенное обещание схватить меня, о могучий воин на колеснице!

Арджуна сказал:

Этот Сатьяджит17, о царь, будет сегодня твоим защитником в битве. Ибо пока царевич Панчалы будет жив, наставник не сможет никогда достичь своего желания. Но если все же этот тигр среди людей - Сатьяджит будет убит в сражении, о владыка, тебе тогда ни в коем случае нельзя будет оставаться (на поле брани), даже если будешь (окружен) совокупно всеми (нашими воинами).

Санджая сказал:

Тогда царь дал свое дозволение Пхальгуне (выступить) и обнял его. Он глядел на него с любовью и наделил его разного рода благословениями. И оставив Юдхиштхиру, могучий Партха двинулся против тригартов, подобно тому как голодный лев ради утоления голода бросается на стадо антилоп. Тогда войско Дурьйодханы, охваченное великой радостью из-за отъезда Арджуны, воспылало сильным гневом, дабы схватить Юдхиштхиру. И оба те войска со всею мощью пришли затем в соприкосновение друг с другом, будто Ганга и Сараю18 в период дождей, когда их бурные потоки вздулись от воды.

Так гласит глава шестнадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 17

Санджая сказал:

Тогда саншаптаки, о царь, преисполненные радости, расположились на ровной местности, образовав вместе с колесницами боевой строй, называемый полумесяцем. И увидя подъехавшего к ним Носящего диадему, о достойнейший, те тигры среди людей от радости подняли тогда громкие крики. И тот шум наполнил небо и все страны света, главные и промежуточные. И оттого, что равнина была покрыта только людьми, не раздавалось там никакого отзвука. Заметив, что (все) они весьма обрадованы, Дхананджая, улыбнувшись слегка, сказал Кришне такое слово: "Посмотри, о имеющий матерью Деваки, на этих братьев-тригартов, которые готовы сегодня уже умереть в бою: они преисполнены радости, в то время как нужно плакать! Или же это, без сомнения, час восторга для тригартов, ибо они должны будут обрести высочайшие миры, недостижимые для трусов!" Сказав так Хришекеше, могучерукий Арджуна ринулся на войско тригартов, построенное в боевые порядки на (поле) сражения.

Взяв затем свою раковину девадатту19, украшенную золотом, Пхальгуна затрубил в нее, наполняя все стороны света великим смятением. И перепуганное тем ревом войско саншаптаков стояло неподвижно в сражении, как бы окаменевшее. И все животные их стояли с широко раскрытыми глазами, с ушами и шеями онемевшими, с ногами неподвижными. И они испускали мочу и изрыгали кровь. Обретя вновь сознание и расположив войска (в должном порядке), саншаптаки все сразу выпустили в сына Панду стрелы с оперениями цапли. Способный с быстротой проявлять свою доблесть, Арджуна десятью и пятью стрелами рассек те тысячи стрел еще до того, как они смогли достичь его. Тогда в ответ (саншаптаки) пронзили Арджуну каждый десятью острыми стрелами. А Партха в свою очередь пронзил каждого из них тремя стрелами. Затем каждый из них, о царь, пронзил Партху пятью стрелами, а он, великий в своей отваге, пронзил в ответ каждого из противников двумя стрелами. И снова опять, охваченные яростью, окатили они Арджуну вместе с Кешавой (потоками) стрел, как (облака) своими ливнями (заливают) озеро. И те тысячи стрел падали на Арджуну, как рои пчел - на кущи цветущих дерев в лесу.

Затем Субаху20 пронзил глубоко диадему Савьясачина тридцатью стрелами, столь твердыми, словно сделанными из железа. Благодаря тем прямым стрелам с золотым оперением, вонзившимся в диадему, Носящий диадему21 сиял, как жертвенный столб, воздвигнутый (при священном обряде), увитый вокруг золотыми гирляндами. Пандава затем в пылу сражения срезал стрелою с серповидным острием кожаный нарукавник (от ударов тетивы) у Субаху, а его же самого окатил ливнями стрел. Но тут Сушарман и Суратха, Судхарман, Судханус и Субаху22 ударили в Носящего диадему десятью стрелами. В ответ (Партха) с изображением превосходнейшей обезьяны на знамени пронзил всех их множеством стрел каждого и срезал несколькими широко заостренными стрелами древки их знамен, сделанные из золота. И рассекши лук Судханвана, он убил своими стрелами его коней. Затем он снес ему голову с туловища вместе со шлемом. И когда пал тот герой, его сподвижники пришли в ужас. И перепуганные, они в паническом страхе побежали все туда, где находилось войско Дурьйодханы.

Тогда сын Васавы23, преисполненный гнева, стал истреблять то могучее войско непрерывной сетью своих стрел, подобно тому как солнце (уничтожает) тьму своими лучами. И тут, когда войско то было разбито и кинулось во все стороны, а Савьясачин был разгневан, тригартов обуял страх. Истребляемые Партхой при помощи прямых стрел, они лишались чувств всюду там, где стояли, подобно перепуганным стадам антилоп. Тогда царь тригартов, обуянный гневом, сказал тем могучим воинам: "Довольно вам убегать, о герои! Вы не должны поддаваться страху! Произнеся страшные клятвы на глазах у всего войска и (теперь) отправляясь к войску Дурьйодханы, что вы скажете, о идущие во главе (отрядов)? Как бы не подверглись мы осмеянию в мире из-за подобного (трусливого) поступка в сражении? Так будем же все вместе! Вернитесь же, (чтобы сражаться) в соответствии с вашей силой!" И вняв сказанному, о царь, герои те издали многократно громкие крики и затрубили в свои раковины, радуя друг друга. Затем те отряды саншаптаков вновь вернулись (на поле брани), а также пастухи-нараяны24, избрав только смерть (причиной) отвращения (от битвы25).

Так гласит глава семнадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 18

Санджая сказал:

Увидев, что отряды саншаптаков снова возвратились (на поле брани), Арджуна, обратившись к великому духом Васудеве, сказал: "Погоняй коней, о Хришикеша, навстречу отрядам саншаптаков. Они не покинут поля битвы живыми. Таково мое мнение. Ты увидишь страшную мощь оружия моего, моих рук и лука. Сегодня я уничтожу всех их, как разгневанный Рудра (уничтожает) существа (в конце юги)". И тогда Кришна улыбнулся, неодолимый, и, радуя его благоприятною (речью), примчал Арджуну в те места, куда он желал направиться. И везомая в битве белыми конями, колесница та сверкала там подобно божественной колеснице, везомой по небу. И она описывала круги, то двигаясь вперед, то возвращаясь назад, как некогда, о царь, колесница Шакры - в битве между богами и асурами.

Тогда нараяны, с различным оружием в руках, разгневанные, окружили Дхананджаю, покрывая его ливнями стрел. И они, о бык из рода Бхараты, в одно мгновение сделали сына Кунти Дхананджаю вместе с Кришной совсем невидимым в бою. Но тут Пхальгуна, преисполненный гнева, удвоил свою мощь и, быстро натерев тетиву, (крепко) сжал лук гандиву в том сражении. И сдвинув брови на своем лице - явный признак гнева, - Пандава подул в большую раковину девадатту. Затем Арджуна метнул оружие тваштра26, способное убивать совокупно большие скопища врагов. И сразу же появились там, каждый в отдельности, тысячи образов (самого Арджуны и Васудевы). Приведенные в замешательство теми совершенно отличными образами, схожими с их собственным, (воины те), принимая друг друга за Арджуну, стали убивать самих себя. "Это Арджуна! Это Говинда! Это - отпрыск из рода Яду27 и сын Панду!" - так восклицая, они, сбитые с толку, убивали друг друга в битве. Приведенные в замешательство величайшим оружием, они обрекали себя на взаимное истребление. И те воины, (убивающие друг друга) в той битве, выглядели красиво, подобно цветущим деревьям киншука. И обратив в пепел тысячи стрел, выпущенных ими, то (могучее) оружие отправило героев тех в обиталище Ямы.

Тогда Бибхатсу, засмеявшись, стал уничтожать своими стрелами воинов (из племени) лалиттхов, малавов, мачеллаков и тригартов. Меж тем как те кшатрии, побуждаемые судьбой, были истребляемы тем героем, они выпустили в Партху ливни разного рода стрел. И окутанные страшным ливнем стрел, ни Арджуна, ни колесница и ни Кешава не были больше видны. И так как их стрелы, (как им казалось), попадали в цель, они, (одобряя) друг друга, издавали громкие крики. Обрадованные при мысли, что оба Кришны28 уже убиты, они размахивали своими одеждами. И герои те стали также дуть в раковины и ударять в тысячи литавр и барабанов и издавали зычные львиные рыки и кличи, о достойнейший! И Кришна тогда покрылся потом и, утомленный, сказал Арджуне: "Где ты, о Партха? Я не вижу тебя! Жив ли ты, о губитель врагов?" Узнав его в человеческом естестве, Пандава, знающий суть естества, рассеял при помощи оружия ваявья29 тот поток стрел, обрушенный его врагами. И тогда благодатный Ваю30, (покровительствующий над тем могучим оружием), унес толпы саншаптаков вместе с конями, слонами, колесницами и оружием, словно это были кучи сухих листьев. И уносимые ветром, о царь, они выглядели очень красиво, будто (стаи) птиц, о достойнейший, в то время, когда они слетают с деревьев.

Затем Дхананджая, измотав их таким образом и действуя с большой быстротой, убил сотни и тысячи их острыми стрелами. Он снес им головы, а также отсек им руки вместе с (зажатым в них) оружием при помощи стрел с серповидными остриями. И он валил на землю (отсекая) своими стрелами их бедра, напоминающие хоботы слонов. У одних были искалечены спины, у других были отняты ноги, а у иных вылезли мозги и глаза и были оторваны пальцы. Так Дхананджая лишил своих врагов различных членов тела. И их колесницы, снаряженные согласно правилам, видом своим напоминающие иллюзорный город гандхарвов31 (в воздушном пространстве), он разнес на куски своими стрелами, лишив их коней, ездоков и слонов. И там и тут многие скопления колесниц со срезанными древками знамен выглядели словно рощи пальм, лишенных своих вершин. Слоны с превосходнейшими воинами (на своих спинах32), со знаменами, стрекалами и вооружением падали, подобно лесистым горам, расколотым громовой стрелою Шакры. Увенчанные султанами из буйволовых хвостов и покрытые панцирями, с внутренностями, глазами и дыханием исторгнутыми, кони вместе с их всадниками валялись на земле, сраженные стрелами Партхи.

С ногтями (оставшимися у них) вместо мечей, разбросанных вокруг, со щитами, копьями и дротиками, рассеченными (на части), с панцирями разбитыми, пехотинцы беспомощно лежали (на поле брани), убитые (стрелами Арджуны). И из-за тех воинов, убитых или еще убиваемых, падающих и уже павших, мятущихся вокруг или громко вопящих, поле битвы являло собою вид ужасный. И густая пыль, поднявшаяся (в воздух), была успокоена потоками крови (вызванными оружием Арджуны). А земля стала непроходимой, устланная сотнями безглавых тел. И колесница Бибхатсу сверкала в сражении ужасно-отвратно, будто место игрищ самого Рудры33, истребляющего существа при гибели мира. Убиваемые так Партхой, (воины) те вместе с конями, колесницами и слонами, измотанными (в бою), все же продолжали нападать на него, хотя, погибая, они должны были стать гостями Шакры34. И то поле брани, о лучший из рода Бхараты, усеянное убитыми могучими воинами, сражавшимися на колесницах, выглядело (страшным), будто (обиталище Ямы), заполненное отовсюду душами усопших. Тем временем, когда Савьясачин был до неистовства занят (саншаптаками), Дрона во главе войска, построенного в боевые порядки, нагрянул на Юдхиштхиру. И войска, способные наносить поражение, в боевом порядке35 последовали поспешно за ним, горя желанием схватить Юдхиштхиру. И битва, которая произошла там, была чрезвычайно свирепой и яростной.

Так гласит глава восемнадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 19

Санджая сказал:

Проведя ту ночь, сын Бхарадваджи, могучий воин на колеснице, обратившись тогда многократно к царю Суйодхане36, о царь, сделал приготовления из-за (сражения) Партхи с отрядами саншаптаков. И после того как Партха выступил из поля брани для истребления саншаптаков, Дрона во главе войска, построенного в боевые порядки, двинулся тогда против могучего войска пандавов, о лучший из рода Бхараты, горя желанием схватить царя справедливости. Но увидев, что сыном Бхарадваджи построены (войска) боевым строем в виде Гаруды37, Юдхиштхира тогда расположил (свои войска) в противовес строем в форме полукруга. Пастью строя Гаруды был сам сын Бхарадваджи, могучий воин на колеснице, а головой того строя стал царь Дурьйодхана вместе со своими единоутробными братьями и приверженцами. Глазами строя стали Критаварман и сын Гаутамы38, лучший из мечущих (стрелы). А Бхутаварман, Кшемашарман и доблестный Каракарша39, калинги, синхалы40 и восточные племена, шуры, абхиры41 и дашераки; шаки, яваны и Камбоджи, а также хансапады42, шурасены, дарады, мадры и кекайи, с потоками слонов, конницы, колесниц и пехотинцев, сотнями и тысячами расположились у шеи (этого строя).

Бхуришравас, Шала43 и Шалья, Сомадатта и Бахлика44 - эти герои, окруженные акшаухини войска, заняли место у правого крыла. А Винда и Анувинда - оба царевича Аванти, и Судакшина, правитель Камбоджи, примкнув к левому крылу, стояли там под предводительством сына Дроны. У спины (строя Гаруды) расположились калинги с амбаштхами, магадхи, паундры45 и мадраки; гандхары, предводительствуемые Шакуни46, горные племена и васати47. В хвосте (строя) стоял сын Викартаны (Карна) вместе со своими сыновьями, родственниками и друзьями и в окружении могучего войска, осененного различными знаменами. Джаядратха и Бхимаратха, Саньятрика, Сабха и Джая; Бхуминджая, Вриша и Кратха и могучий правитель нишадхов48 - все искушенные в битве, окруженные огромным войском и (явно зрящие) перед собою мир Брахмы49, стояли, о царь, у хребта того строя. Боевой строй, построенный Дроной, благодаря пехотинцам, коннице, колесницам и слонам, казалось, вздымался, подобно океану, взбушевавшемуся от ветра.

С крыльев и с боков того (строя) начали выступать (воины), жаждущие сражаться, подобно тому как грозовые облака, пронизанные молнией, ползут со всех сторон (небосвода) на исходе жаркой поры. И в середине его, восседая на снаряженном, как должно, слоне, властитель Прагджьйотиши50 блистал, о царь, подобно восходящему солнцу. В гирляндах из цветов, о царь, с белым зонтом, поддерживаемым над головой, он выглядел подобно месяцу в полнолунье, когда он вошел в соприкосновение с созвездием Криттика51. И его слон, слепой от опьянения течкой, уподобляясь груде черной сурьмы, казалось, являл собою (зрелище), какое представляет огромная гора, окаченная (ливнями) из могучих туч. И (правитель Прагджьйотиши) был окружен многочисленными царями-героями из горных областей, украшенными различным оружием, словно Шакра, окруженный сонмами богов. Тогда Юдхиштхира, видя тот сверхчеловеческий боевой строй, непобедимый в битве врагами, сказал такое слово сыну Паршаты: "О владыка, обладающий конями цвета голубиного52, пусть будут предприняты такие меры, дабы я не попал сегодня во власть брахмана!"

Дхриштадьюмна сказал:

Ты, о строгий в обете, никогда не попадешь во власть Дроны, как бы он ни старался! Я сам буду сдерживать сегодня Дрону вместе с его приверженцами! Пока я жив, о Кауравья, ты не должен испытывать тревогу. Ибо ни в каких случаях Дрона не способен победить меня в битве!

Санджая сказал:

Сказав так, могучий сын Друпады, обладающий конями цвета голубиного, рассеивая стрелы, ринулся сам на Дрону. Видя (для себя) недоброе предзнаменование53 в Дхриштадьюмне, стоящем пред ним, Дрона в один миг как бы совсем приуныл душою. Но заметив это, сын твой Дурмукха, тот сокрушитель врагов, желая сделать приятное Дроне, стал сдерживать Дхриштадьюмну. И произошла тогда свирепая, в равной мере (для обеих сторон), битва между храбрым сыном Паршаты и (твоим сыном) Дурмукхой, о потомок Бхараты! Затем сын Паршаты, быстро покрыв Дурмукху сетью стрел, отразил сына Бхарадваджи могучим потоком стрел. Видя, что Дрона остановлен, твой сын с большой стремительностью привел в замешательство сына Паршаты потоками различного рода стрел. Меж тем как оба первейших (героя) из панчалов и кауравов были заняты в битве, Дрона рассеял своими стрелами во многих частях (поля) Юдхиштхирино войско. Подобно тому как облака разгоняет во все стороны ветер, так были рассеяны повсюду (Дроной) войсковые части Партхи.

Только на короткое мгновение битва та являла собою прекрасный вид. А затем, о царь, она превратилась в сражение обезумевших (людей), не знающее границ морального свойства. И не могли уже больше, о царь, различаться друг от друга ни свои, ни враги. И битва та продолжалась уже такими средствами (когда воины руководствовались) одними лишь умозаключениями и подаваемыми знаками. На жемчужинах их головных уборов, на золотых ожерельях и других украшениях, на ножнах мечей отражались лучи света, блеском подобные солнечным. А вид колесниц, слонов и коней с развевающимися на них знаменами, казалось, в том сражении уподоблялся облакам, пестреющим вереницами журавлей. И люди убивали людей, горячие кони убивали коней, воины на колесницах убивали воинов, сражающихся на колесницах, слоны - отборнейших слонов. И в одно мгновение произошла свирепая и страшная битва между слонами с поднятыми на них знаменами и их могучими (противоборствующими) соперниками. И в то время как они соприкасались своими телами и терлись друг о друга, возник огонь, смешанный с дымом от (такого) трения множества бивней о бивни. Лишенные знамен (на своих спинах), они из-за огня, порожденного их бивнями, выглядели подобно облакам, в сопровождении молний заполнивших небосвод.

И земля, усеянная слонами, гибнущими, ревущими и падающими, казалось, стала подобна осеннему небу, покрытому облаками. И рев тех слонов, убиваемых стрелами и пиками, воспринимался как рокот облаков в дождливую пору. Некоторые огромные слоны, раненные копьями и стрелами, были охвачены паническим страхом; другие убегали (с поля) под громкие крики всех существ. Другие же слоны, получившие удары бивнями от (противоборствующих) слонов, поднимали страшный, мучительный рев, будто (разрушительные) облака при гибели мира54, (издающие ужасающий грохот). Иные слоны, повернутые назад могучими слонами-соперниками, вступали снова (в битву), понукаемые отменными стрекалами, и сокрушали (вражеские ряды). Погонщики слонов под ударами стрел и копий вражеских погонщиков падали на землю со (спин) своих слонов, выпуская из рук оружие и стрекала. И слоны, лишенные своих погонщиков, испускали протяжный рев там и тут, уподобляясь разрозненным облакам, (издающим глухой рокот), и затем падали, сшибаясь друг с другом. Некоторые огромные слоны, носящие на (своих спинах) убитых (воинов), сдерживаемые превосходнейшим оружием, бродили по всем направлениям, словно одинокие слоны55.

Иные же слоны, получившие удары и преследуемые ударами копий, мечей и секир, падали среди того ужасающего побоища, испуская мучительный рев. И под влиянием внезапных ударов от их падающих повсюду тел, подобных скалам, земля содрогалась и гудела. И покрытая со всех сторон слонами, убитыми вместе со своими наездниками, со знаменами, (повисшими на их спинах), земля казалась прекрасной, будто усеянная горами. И погонщики слонов на их спинах с сердцами, пронзенными в пылу сражения воинами посредством стрел с серповидными остриями, падали наземь, выпуская (из своих рук) стрекала и копья. Еще другие слоны, пораженные железными стрелами, издавали (жалобные) крики, подобно цаплям, и разбегались во все стороны, сокрушая своих и чужих (на своем пути). И устланная грудами тел слонов, коней и воинов, сражавшихся на колесницах, земля, о царь, превратилась в месиво из мяса и крови. И огромные колесницы, с колесами и без колес, будучи сначала разбиты остриями бивней, подбрасывались слонами вместе с находившимися на них воинами. Многие колесницы были лишены своих воинов. А кони, лишенные своих седоков, и слоны, чьи наездники были убиты, разбегались в разные стороны, терзаемые стрелами.

Там отец убивал сына, а сын убивал отца, ибо битва, которая происходила там, была свирепой и ничего невозможно было различить. Вплоть до самых лодыжек люди погружались в кровавое месиво и уподоблялись высоким деревьям, объятым (снизу) сверкающим пламенем лесных пожаров. И оттого, что одежды и панцири, зонты и знамена были окрашены кровью, все казалось кроваво-красным (на поле брани). Груды (тел) убитых коней и воинов и груды поваленных колесниц, по которым уже прокатились (колесницы), были вновь изъезжены не раз ободами (колес) колесничных. И то море войск со слонами вместо могучих потоков, с мертвыми людьми вместо морских трав и моха, с отрядами колесниц вместо бурных водоворотов выглядело (ужасно) красиво. Воины с конями и слонами56 вместо огромных лодок, жаждущие победы взамен богатства, погружаясь в него, не тонули, а пытались сбить с толку (своих врагов). И когда (все) воины, имея отличительные знаки неповрежденными, были окачены ливнями стрел, никто из них не мог прийти в чувство, лишенный своих знаков. Меж тем как происходила так свирепая и страшная битва, Дрона, приведя в замешательство своих врагов, ринулся затем на Юдхиштхиру.

Так гласит глава девятнадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 20

Санджая сказал:

Тогда Юдхишттхира, видя, что Дрона оказался в непосредственной близости от него, бесстрашно перехватил его могучим ливнем стрел. И тут же поднялся громкий крик одобрения в Юдхиштхирином войске, подобно (реву, какой наблюдается) среди слонов, когда их вожака пытается схватить могучий лев. При виде Дроны храбрый Сатьяджит, воистину отважный, бросился на наставника, желавшего схватить Юдхиштхиру. И стали тогда сражаться друг с другом наставник и царевич Панчалы, возбуждая то войско, подобно Индре и сыну Вирочаны57. Затем наставник десятью острыми стрелами, способными поразить жизненно важные места, пронзил Сатьяджита, рассекши его лук вместе со стрелами. Но он, исполненный доблести, быстро взяв другой лук, стремительно поразил Дрону двадцатью стрелами, снабженными оперением цапли. Узнав, что Дрона сильно тесним Сатьяджитом, панчалиец Врика58 поразил Дрону сотнями острых стрел. При виде Дроны, могучего воина на колеснице, так покрываемого (стрелами), пандавы, о царь, закричали (от радости) и размахивали своими одеждами.

Затем, о царь, могучий Врика, охваченный сильной яростью, пронзил Дрону в середину груди шестьюдесятью стрелами. И подвиг тот казался весьма удивительным. Но Дрона, могучий воин на колеснице, полный неистовой стремительности, покрываемый ливнем (вражеских) стрел, раскрыл широко глаза и собрал всю свою мощь. И рассекши луки Сатьяджита и Врики, Дрона шестью стрелами убил Врику вместе с его возницей и конями. Тогда Сатьяджит, взяв другой, еще более тугой лук, пронзил стрелами Дрону вместе с его конями, возницей и знаменем. Но Дрона не мог перенести тех мучений в битве, (испытываемых) от царевича Панчалы. И для сокрушения своего врага он быстро выпустил в него стрелы. И Дрона окатил тогда тысячами ливней из стрел коней и знамя (своего противника), рукоять лука и обоих возниц, правящих пристяжными конями. Но хотя его луки были так рассекаемы все снова и снова, царевич Панчалы, сведущий в высочайшем оружии, продолжал сражаться с Обладателем рыжих коней. Заметив, что Сатьяджит столь надменно вознесся в свирепой битве, Дрона отсек голову тому благородному (воину) стрелой, заостренной в виде полумесяца.

Когда был убит выдающийся (герой) среди панчалов, тот бык среди воинов, сражающихся на колесницах, Юдхиштхира, испугавшись Дроны, пустился в бегство на быстрых конях. Тогда панчалы, кекайи и матсьи, чеди, каруши и косалы, обрадованные, следя за Юдхиштхирой, ринулись на Дрону. Однако наставник, губитель скопищ врагов, желая схватить Юдхиштхиру, стал рассеивать те подразделения войск, подобно тому как ветер сметает кучи хлопка. И меж тем как Дрона уничтожал все снова и снова те и другие отряды войск (пандавов), на него устремился Шатаника59, младший брат правителя матсьев. Пронзив Дрону вместе с его возницей и конями шестью стрелами, блестящими как лучи солнца и гладко зачищенными кузнецом, он издал зычные рыки. И когда он все кричал так, Дрона стрелою, заостренной в виде бритвы, быстро снес ему голову с плеч вместе с серьгами. После этого матсьи разбежались. Одолев матсьев, сын Бхарадваджи стал затем побеждать чедиев, карушев и кекаев, панчалов, сринджаев и пандавов все снова и снова. При виде его на золотой колеснице, охваченного гневом и опустошающего отряды их войск подобно огню, (сжигающему) лес, сринджайи трепетали (от страха).

Ведь когда Дрона, стремительный в своих действиях и уничтожающий (неустанно) своих врагов, натягивал превосходнейший лук, звон его тетивы был слышен во всех направлениях. Лютые стрелы, выпускаемые им с большой ловкостью рук, сокрушали слонов, коней и пехотинцев, воинов, сражающихся на колесницах, и ездоков на слонах. Как грохочущее грозовое облако в сопровождении ветра проливает на исходе холодов ливень из града, так и (Дрона, исторгая ливни стрел), вызывал страх у врагов. Внушающий чувство бесстрашия своим друзьям, тот могучий герой, великий стрелок из лука, рыскал по всем направлениям (поля брани), приводя в замешательство войско (врага). Украшенный золотом лук Дроны, неизмеримого в своей мощи, мы видели во всех направлениях, подобно вспышкам молнии среди туч. Дрона учинил среди войск пандавов побоище великое, будто (его совершил) среди полчищ дайтьев сам Вишну, чтимый богами и асурами.

Тот правдоречивый и мудрый герой, могучий, воистину отважный и достойнейший Дрона заставил там течь реку, страшную, будто при разрушении мира, способную привести в ужас робких, гневную и грозную. И она уносила (своим течением) груды мертвых тел. Слоны и кони заменяли в ней громадных крокодилов, а мечи - рыб. И была она труднопроходима. Кости героев служили ей галькой, а литавры и барабаны - черепахами. Щиты и доспехи заменяли ей лодки, а волосы (воинов) - мох и зеленые лужайки. Стрелы служили ей потоками, а луки - течением, руки же (воинов) заменяли ей змей. И страшная (та река), текущая по полю брани, уносила и кауравов и сринджаев. Головы людей заменяли ей камни; дротики служили ей рыбами, а палицы - плотами (дабы переправиться через нее). Головные уборы заменяли собою пену, покрывавшую поверхность ее, а вывалившиеся внутренности (животных) - ее пресмыкающихся. Суровая (видом своим), она уносила героев (в потусторонний мир). Мясо и кровь их служили ей трясиной60. Слоны заменяли ей крокодилов, а знамена - деревья (растущие по ее берегам). И кшатрии (целыми толпами) тонули в ней61. Свирепая, она была запружена (мертвыми) телами, воины, сражавшиеся верхом на конях и слонах, заменяли ей акул, и трудно было переправиться через нее. И река та текла к (обиталищу) причиняющего смерть (Ямы). И она оглашалась толпами кровожадных (ракшасов) и изобиловала стаями собак и шакалов. Она посещалась наистрашнейшими людоедами со всех сторон.

Тогда (воины пандавов), предводительствуемые сыном Кунти62, обрушились со всех сторон на Дрону, того превосходнейшего воина на колеснице, сжигавшего отряды их войска, подобно самому богу смерти. Но тех героев, могучих лучников, окружили отовсюду цари и царевичи из рядов твоих (войск). Тогда Дрона, верный данному обещанию, подобный слону в периоде течки, пройдя через (вражеский) строй колесниц, низринул Дридхасену63. Приблизившись затем к царю Кшеме, сражавшемуся бесстрашно, он пронзил его девятью стрелами. И тот, сраженный, упал со своей колесницы. Достигнув потом середины (вражеских) войск, он рыскал по всем направлениям и становился защитником других, нисколько не нуждаясь в защите самого себя. Тут он пронзил Шикхандина двенадцатью стрелами и Уттамауджаса - двадцатью, а Васудану64 стрелою с серповидным острием он отправил в обиталище Ямы. И пронзил он еще Критавармана восьмьюдесятью стрелами и Судакшину - двадцатью шестью, а Кшатрадеву вышиб из кузова колесницы стрелою с серповидным острием. И пронзив еще Ююдхану шестьюдесятью четырьмя стрелами и Сатьяки - тридцатью, Дрона на золотой колеснице быстро настиг Юдхиштхиру.

Тогда Юдхиштхира, лучший из царей, тот игрок65, быстро умчался прочь оттуда на быстрых конях. И тут царевич Панчалийский ринулся на Дрону. Но Дрона убил его, сокрушив его лук, коней и возницу. И сраженный, он упал на землю со своей колесницы, подобно тому как светило (катится) с небосвода. И когда был убит тот царевич, создатель славы панчалов, раздались там громкие крики: "Убейте66 Дрону, убейте Дрону!" И всех их, сильно разгневанных, стал тогда крушить и сильно беспокоить могучий Дрона - панчалов, матсьев и кекаев, сринджаев и пандавов. Окруженный кауравами, Дрона затем победил Сатьяки и Чекитану, Дхриштадьюмну и Шикхандина, Вардхакшеми, Читрасену, Сенабинду и Суварчаса67 - этих и многих других властителей различных стран - всех (победил он) в битве. Твои же воины, о великий царь, одержав победу в великом сражении, стали убивать в пылу той битвы (воинов) пандавов, в то время как они разбегались во все стороны. И убиваемые так благородным (Дроной), словно данавы - Индрой, те панчалы, кекайи и матсьи содрогались (от страха), о потомок Бхараты!

Так гласит глава дцадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 21

Дхритараштра сказал:

Когда пандавы были разбиты сыном Бхарадваджи в великом побоище, а также панчалы все, был ли там кто-нибудь другой, который приблизился (к Дроне, чтобы сразиться с ним)? Увидя Дрону, стоящего (в битве) подобно зевающему тигру или слону, одержимому течкой, готового пожертвовать жизнью в бою, хорошо снаряженного, способного сражаться различными способами, того могучего лучника, тигра среди мужей, увеличивающего горе врагов, благодарного и преданного правде, всегда желающего добра Дурьйодхане, - увидя его, не нашлось ли среди потерпевших поражение какого-нибудь человека - героя, мужа-воина или возницы, который мог повернуть (назад) с благородной решимостью сразиться (с ним), решимостью, которая возвеличивает славу кшатриев, которая не присуща людям низким, но свойственна выдающимся из людей. Кто были те герои, которые приблизились к сыну Бхарадваджи, увидев того героя, стоявшего так во главе своего войска? О том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

Видя панчалов, пандавов, матсьев и сринджаев, чедиев и кекаев, обратившихся в бегство после того как они были рассеяны стрелами Дроны, видя их, так гонимых с поля брани ливнями уносящих жизни стрел, выпускаемых из лука Дроны, подобно лодкам, уносимым могучим течением (взбушевавшегося) океана, - кауравы с львиными рыками и под звуки различных музыкальных инструментов стали окружать их со всех сторон колесницами, слонами, пехотинцами и конницей. Видя тех (воинов пандавов бегущими с поля), царь Дурьйодхана, стоя посреди своего войска и окруженный своими близкими и родственниками, преисполненный радости, сказал Карне, засмеявшись слегка:

"Посмотри, о сын Радхи, на панчалов, рассеянных неколебимым лучником Дроной своими стрелами, подобно лесным животным, перепуганным львом! Эти уже никогда не захотят снова вступить в битву - таково мое мнение! Они сломлены Дроной, как могучие деревья - ветром! Мучимые стрелами с золотым оперением, (выпускаемыми) тем благородным (воином), они разбегаются не в одиночку, кидаясь туда и сюда. Сдерживаемые кауравами, так же как и благородным Дроной, эти и другие столпились кругами, подобно (стадам) слонов, (прегражденных) огнем (пожара). Пронзенные острыми стрелами Дроны, словно (цветущие деревья, пронизанные) пчелами, эти (воины) тесно жались друг к другу, когда пустились в бегство (с поля боя). Вот Бхима, лютый в гневе, покинутый пандавами и сринджаями. Окруженный моими воинами, он как будто угрожает мне, о Карна! Очевидно, сей злонравный (воитель) видит мир сегодня всецело принадлежащим Дроне! Несомненно, Пандава сегодня утратил надежду на жизнь и царство!"

Карна сказал:

Этот могучерукий (герой) никогда не покинет поля боя, пока он жив. Ни он, о тигр среди людей, не может вынести этих львиных рыков (наших воинов), ни пандавы не будут разбиты в бою - таково мое мнение. Они храбры, наделены могучей силой, искусны во владении оружием и неодолимы в бою. Помня лишения, (перенесенные ими из-за наших попыток) отравить их ядом, предать огню или обыграть в игре в кости, помня также свое жительство в лесу, пандавы не покинут сражения - таково мое мнение. Ведь могучерукий Врикодара, неизмеримый в своей мощи, оскорблен! Сын Кунти несомненно убьет множество лучших и превосходнейших из наших воинов, сражающихся на колесницах. Мечом, стрельбой из лука и дротиком, при помощи конницы и слонов, пехотинцев и колесниц68, и железной булавой он уничтожит толпы и толпы (наших воинов). И за ним следуют эти воины на колесницах, возглавляемые Сатьяки, также панчалы, кекайи, матсьи и особенно пандавы. Храбры, наделены могучею силой и доблестью эти могучие воины, сражающиеся на колесницах, особенно когда они побуждаются (к бою) разгневанным Бхимой. Те быки из рода Куру69, стремясь окружить Врикодару, подобно тому как облака (заволакивают) солнце, начинают приближаться к Дроне со всех сторон. Всецело поглощенные единым стремлением, ведь они непременно будут жестоко теснить незащищенного (Дрону), твердого в обете, подобно тому как мотыльки, находясь на грани гибели, причиняют беспокойство светильнику. Искусные во владении оружием, они несомненно способны противостоять (Дроне). Но слишком тяжело бремя, я полагаю, которое возложено на сына Бхарадваджи. Так последуем же быстро туда, где находится Дрона. Пусть они не убьют его, твердого в обете, как вороны (уничтожают) могучего слона!

Санджая сказал:

Выслушав слова Радхейи, царь Дурьйодхана тогда вместе с братьями, о царь, направился к колеснице Дроны. Там стоял оглушительный шум среди воинов пандавов, возвратившихся к бою на превосходнейших конях различной масти, движимых желанием убить Дрону одного (отдельно от других).

Так гласит глава дцадцать первая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 22

Дхритараштра сказал:

Расскажи мне, о Санджая, об отличительных знаках колесниц70 всех тех, кто в порыве гнева и под предводительством Бхимы двинулись против Дроны!

Санджая сказал:

Увидев Врикодару, поворачивающего на белоногих (как антилопы) конях, храбрый внук Шини (Сатьяки) устремился тогда на серебристых конях. Красивые кони из Камбоджи, покрытые шерстью, цветом подобной перьям попугая71, везущие Накулу, быстро помчались к твоим (войскам). Вороные же кони, видом напоминающие облака, наделенные быстротою ветра, помчали со страшной стремительдостью Сахадеву, того тигра среди мужей, с поднятым оружием. На конях, покрытых сбруей из чистого золота, по быстроте равных ветру, устремились все войска за Юдхищтхирой. Вслед за царем следовал царь панчалов - Друпада с золотым зонтом (над головой), охраняемый всеми своими (воинами). На красивых гнедых конях, способных переносить всякий шум в битве, проследовал могучий лучник среди царей - Шантабхи. Вслед за ним двинулся Вирата вместе с храбрыми, могучими воинами, сражающимися на колесницах. А кайкейи, Шикхандин и Дхриштакету, окруженные соответственно своими войсками, последовали за царем матсьев.

Превосходные кони одинаковой масти с трубчатыми (бледно-красными) цветами72 выглядели весьма красиво, когда они увозили Матсью73, губителя недругов. Быстрые кони желтой масти, украшенные золотыми цепочками, помчали с большой стремительностью сына царя Вираты (Уттару). Пятеро братьев кекаев промчались на конях масти, подобной насекомым индрагопака74. Сияющие блеском, подобно золоту, все с пурпурными знаменами и украшенные золотыми цепочками, - все герои, искушенные в битве, - они, облаченные в доспехи, дождя (обильные стрелы), казались подобными облакам, проливающим (ливни). С видом, подобным необожженным горшкам, хорошо обученные, лихие кони медно-красной масти помчали Шикхандина, царевича Панчалы, неизмеримого в мощи. Также выступило тогда от панчалов двенадцать тысяч могучих воинов, сражающихся на колесницах. Из них же - шесть тысяч, которые последовали за Шикхандином. Сына же Шишупалы75, того льва среди мужей, о достойнейший, помчали игривые кони пятнистой масти, подобной антилопам.

Непобедимый Дхриштакету, тот бык среди чедиев, возвысившийся чрезмерною силой, отправился на конях пестрой масти, происходящих из Камбоджи. А Брихаткшатру, юного царевича Кекайи, быстро помчали превосходнейшие кони из страны Синдху, мастью подобные цвету соломенного дыма. Кони с глазами, отмеченными белыми пятнышками, мастью подобные цвету лотоса, происходящие из Бахли76, хорошо украшенные, помчали сына Шикхандина - храброго Кшатрадеву. Превосходные кони масти, подобной цвету цапли, помчали на битву юного и нежного сына повелителя Каши Абхибху77 - могучего воина на колеснице. А белые с черной гривой кони, наделенные быстротою мысли, послушные желаниям своего возницы78, о царь, умчали царевича Пративиндхью79. Кони же масти, одинаковой с цветами бобового растения, помчали на битву сына Партхи Сутасому80, которого он выпросил у Дхаумьи81. Изображения тысячи лун (или сом) были в городе кауравов, по названию Удайенду82. Так как он родился там (из пены) при выжимании сока сомы83, то он стал (называться) Сутасома ("Выжатый из сомы").

Кони, мастью подобные цветам дерева шала84 или утреннему солнцу, умчали сына Накулы Шатанику, достойного восхваления. Кони с украшенными золотом поводьями, мастью напоминающие шеи павлинов, помчали того тигра среди людей Шрутакармана, сына Драупади (от Сахадевы). А сына Драупади (от Арджуны) - Шрутакирти, который, подобно Партхе, был океаном мудрости, умчали на битву превосходнейшие кони, кони масти наподобие перьев голубой сойки. А темно-рыжие кони помчали на битву царевича Абхиманью, о котором говорят, что он в полтора раза превосходит Кришну и Партху в сражении. Могучие рослые85 кони умчали на битву Юютсу, который один-единственный из сынов Дхритараштры (покинув своих братьев) присоединился к пандавам. Ретивые и хорошо украшенные кони, мастью подобные стеблям соломы, помчали на страшную битву Вардхакшеми86, наделенного большой стремительностью. А царевича Саучитти87 умчали на битву черноногие кони с нагрудниками из золотых листов, послушные желаниям своего возницы. Кони же со спинами, покрытыми золотыми доспехами, масти, подобной паевому шелку, украшенные золотыми цепочками, терпеливые и выносливые, помчали Шренимана88.

Храбрые превосходнейшие кони золотистой масти, увешанные золотыми цепочками и хорошо украшенные, увезли царя страны Каши, достойного восхваления. Искушенного же в науке владения оружием и луком и равно в священных водах, Сатьядхрити89, устремляющегося вперед, помчали красно-бурые кони. А того царевича Панчалийского, предводителя войск (пандавов) - Дхриштадьюмну, который избрал Дрону своей долей (как достойного себе противника в предстоящем поединке), умчали кони цвета голубиного90. За ним последовали Сатьядхрити и Саучитти, неодолимый в бою, Шрениман и Васудана и сын правителя Каши Абхибху91. Они (последовали) на лихих быстрых конях лучших камбоджийских кровей, украшенных золотыми цепочками, - все подобные Яме или Вайшраване, - приводя в ужас войско врага. А прабхадраки92 из панчалов, численностью в шесть тысяч, с поднятым оружием, на превосходнейших конях различной масти, с расцвеченными золотом знаменами на своих колесницах, с натянутыми луками, приводящие в трепет своих врагов потоками стрел, решив умереть вместе, последовали за Дхриштадьюмной.

Превосходные кони масти рыжевато-коричневого шелка, увешанные красивыми золотыми цепочками, весело и бодро помчали Чекитану. Дядя же Савьясачина по матери Пуруджит, (иначе прозываемый) Кунтибходжей93, отправился на превосходнейших, хорошо послушных конях одинаковой масти с цветом радуги94. А кони одинаковой масти с небесным сводом95, будто расцвеченные звездами, умчали на битву царя Рочаману96. Пестрые, черноногие, отличнейшие кони, покрытые золотой кольчугой, помчали сына Джарасандхи - Сахадеву. А превосходнейшие пестрые кони, которые одинаковы мастью со стеблями голубого лотоса и по быстроте равны соколам, помчали Судамана97. Кони масти пятнистой красной лани, с бледно-желтыми полосками на теле, умчали царевича Панчалы Синхасену, сына Гопати98. У того тигра среди мужей - повелителя панчалов, который известен под (именем) Джанамеджая, были превосходнейшие кони одинаковой масти с горчичными цветами. Громадные, быстрые кони масти бобового цвета99, украшенные золотыми цепочками, со спинами цвета кислого молока и с мордами, подобными луне, быстро помчали правителя панчалов. Храбрые красивоголовые кони100, мастью подобные стеблям тростника101, а блеском схожие с тычинками лотоса, умчали Дандадхару102.

Выносливые кони, украшенные золотыми цепочками, с брюхом цвета утки чакраваки103, увезли Сукшатру, сына повелителя косалов. Высокие, красивые кони громадных размеров, хорошо обученные, украшенные золотыми гирляндами, помчали Сатьядхрити, удачливого в битве. Шукла104 отправился на белых конях, со знаменем, в панцире и с луком (в руке) - все одинаково белого цвета. А сына Самудрасены105 - Чандрадеву, наделенного страшною мощью, помчали кони, рожденные на морском берегу, мастью подобные месяцу. Кони одинаковой масти с синим лотосом, украшенные золотом и красивыми гирляндами цветов, умчали на битву Шайбью Читраратху106. Превосходнейшие кони масти цветов растения калая107, с белыми и красными полосками, помчали Ратхасену108, трудноодолимого в бою. А того царя, сокрушителя патаччаров109, о котором говорят, что он храбрейший из всех людей, увезли кони цвета попугая110. Увешанного красивыми гирляндами Читраюдху111, в красивых доспехах и вооружении и с красивым знаменем, умчали превосходнейшие кони одинаковой масти с цветами дерева киншука112. (Царь) же Нила113 отправился на синих конях колесничных, со знаменем, в панцире и с луком (в руке) - все одинаково синего цвета.

С предохранительным щитом (от столкновения колесниц), со знаменем и луком (в руке) - все разукрашено разного рода жемчужинами - на красивых конях, с флажками и стягами выступил (на битву) Читра114. А те превосходнейшие кони, которые были одинаковой масти с лепестками голубого лотоса, помчали Хемаварну, сына Рочаманы. Выносливые в битве и способные на славные подвиги кони, происходящие из стран Шараданда и Ануданда115, с белыми яйцами, мастью подобные куриному яйцу, умчали Дандакету116. Кони масти, подобной цветам кустарника атаруша117, увезли сто сорок тысяч главнейших воинов, сражающихся на колесницах, последовавших за правителем пандьев118. Кони различной масти и с разнообразными мордами помчали героя Гхатоткачу - знамя всех воинов, сражающихся на колеснице. Превосходнейшие кони золотистой масти последовали со всех сторон за лучшим из царей - справедливым Юдхиштхирой, стоявшим во главе войска. А на отличных конях различной дивной масти проследовали прабхадраки. Все они с золотыми знаменами и старательно приготовившиеся (к битве), следуя вместе с Бхимасеной, выглядели, о царь царей, подобно небожителям с Индрой во главе. И всех их, сплотившихся вместе, превосходил своим блеском Дхриштадьюмна. Однако же все войска затмевал своим блеском сын Бхарадваджи.

Так гласит глава дцадцать вторая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 23

Дхритараштра сказал:

Те воины, сражающиеся на колесницах, которые вернулись на битву во главе с Врикодарой, могли бы привести в расстройство даже войско самих богов. Право же, человек здесь рождается, уже подвластный велениям судьбы. И в ней-то (кроется причина), что все желания его в действительности представляются иными (чем хотелось бы ожидать). На длительное время был изгнан Юдхиштхира в лес, где жил он, нося заплетенную косу и облаченный в антилоповую шкуру. Он также провел некоторое время, оставаясь неузнанным для людей. И вот, даже он собрал это обширное войско для сражения. Что иное могло это быть, кроме причастности злосчастной судьбы моего сына? Ведь несомненно, человек появляется на свет, уже связанный властью судьбы. И вследствие этого он втягивается в такие (условия), в каких (оказаться) сам он не желает. Ведь Юдхиштхира испытал тяжкие лишения, предавшись губительной страсти, связанной с игрой в кости. Но он, благодаря счастливой судьбе, вновь приобрел себе союзников. "Наполовину кекайи обретены мною, также кашики и косалы! С другой стороны, чеди и ванги примкнули тоже ко мне. Обширная земля эта - для меня, о отец, но не для Партхи!" - так говорил мне, о возница, еще прежде зловредный Дурьйодхана.

Хорошо охраняемый среди полчищ его войск, Дрона был убит в бою сыном Паршаты! Чем же иным (это может быть), кроме (вмешательства) судьбы? Как, в самом деле, могла смерть настигнуть Дрону среди царей, - могучерукого, искушенного во всех видах оружия и всегда радовавшегося битве? Охваченный великим горем, я впадаю в полное замешательство. Услышав, что Бхишма и Дрона убиты оба, я не смею жить больше. То, что прозорливый Кшаттри119, о сын мой, сказал мне, преисполненному любви к своему сыну, то все, о возница, обретено теперь Дурьйодханой вместе со мною! Если, покинув Дурьйодхану, я захотел бы спасти остальных сыновей своих, то такой (поступок) несомненно был бы крайне жестоким, но этот тяжкий грех не был бы смертью (для них). Ведь тот человек, который, оставив добродетель, предается только стяжательству, тот лишается (благ) этого мира и идет к низменному состоянию.

И сегодня также, о Санджая, я не вижу, чтобы осталось что-нибудь от этого (нашего) царства, когда сила его духа сломлена и когда сам хребет его сокрушен120. Ибо как может остаться что-нибудь, когда оба выдающихся героя, на которых всегда полагаясь мы живем, ушли (от нас) навеки, - ушли те оба быка среди людей, исполненные терпения? Это очевидно. Однако расскажи мне теперь, как происходила битва. Кто сражался там, кто рассеивал (врагов) и кто были те жалкие (воины), которые разбегались от страха? Расскажи мне также о Дхананджае, о том, что делал тот бык среди воинов, сражающихся на колесницах. Это от него (возникает) у нас сильный страх и особенно - от враждебного племянника (нашего121). (Расскажи также), о Санджая, как случилось, когда пандавы возвратились (на битву), то страшное столкновение между остатками моих войск (и возвратившимися воинами). И кого там остановили герои, которые находились среди моих (войск)?

Так гласит глава дцадцать третья в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 24

Санджая сказал:

Когда пандавы возвратились (на битву), при виде Дроны, которого они покрывали (стрелами), как облака (закрывают) солнце, великий ужас охватил нас. Густая пыль, вздымаемая ими, окутала твое войско. И когда Дрона исчез с поля зрения, мы сочли его убитым. Видя тех храбрых и могучих лучников, стремящихся совершить свое страшное дело, Дурьйодхана без промедления стал понуждать свои войска. (Он обратился к ним с такими словами): "О повелители людей, сдерживайте войско пандавов в меру ваших сил, смелости и скрытой мощи и в соответствии с обстоятельствами!" Тогда сын твой Дурмаршана, завидя Бхиму издалека, приблизился к нему и окатил его (ливнем) стрел, желая (уберечь) жизнь Дроны. Разгневанный в пылу сражения, он осыпал его стрелами, - подобного самой Смерти. Бхима тоже, в ответ, ударил в него стрелами. И страшной была тогда схватка, (которая произошла между ними).

Между тем те герои (в войске твоем), мудрые и искусно разящие, повелеваемые своими начальниками, отбросив страх перед смертью, ринулись против своих врагов в бою. Критаварман, о владыка народов, (пытался) задержать наступавшего сына Шини122, того героя - украшение битвы, желающего перехватить Дрону. Но сын Шини, разъяренный, остановил его, исполненного гнева, потоками своих стрел. Критаварман же, в ответ, сдерживал его, как возбужденный от течки слон противоборствует другому взбешенному слону. А властитель Синдху123, грозный лучник, остановил обрушившегося на него могучего лучника Кшатрадхармана124, исторгавшего потоки стрел, стараясь (удержать его в стороне) от Дроны. Кшатрадхарман, срезав знамя и лук властителя Синдху, ударил в ярости многочисленными лютыми стрелами во все его жизненно важные места. Тогда, взяв другой лук, правитель Синдху с большой ловкостью рук пронзил Кшатрадхармана в той битве стрелами, целиком сделанными из железа. Субаху усиленно удерживал в стороне от Дроны своего храброго брата Юютсу, могучего воина на колеснице, старавшегося (в битве) ради пандавов. Тогда Юютсу двумя острыми и хорошо закаленными стрелами отсек у Субаху обе руки, подобные железным брусьям, в то время как он одной рукой метал стрелы, а другой держал лук. Правитель мадров125 сдерживал лучшего из пандавов - царя Юдхиштхиру, справедливого душою, как берег морской (сдерживает) взбушевавшийся океан. Царь справедливости осыпал его множеством стрел, способных пронзить жизненно важные места. А владыка мадров, в ответ пронзив сына Панду шестьюдесятью четырьмя стрелами, издал громкий рык. И когда он кричал так, лучший из пандавов двумя стрелами с бритвоподобными остриями срезал его знамя и лук, - и воины тогда приветствовали (его) громкими возгласами.

Также и царь Бахлика вместе со своим войском сдерживал стрелами царя Друпаду, напиравшего на него во главе своих войск. И та битва между двумя престарелыми (воинами), стоявшими во главе своих войск, была страшной, подобно схватке двух слонов - могучих вожаков своих стад, одержимых течкой. Винда и Анувинда126 - оба царевича Аванти - вместе с войсками двинулись против Вираты, царя матсьев, стоявшего во главе своего войска, как некогда Индра и Агни127 (выступили) против (демона) Бали. И та страшная, беспорядочная битва между Матсьями и кекаями, в которой кони, воины на колесницах и слоны сражались бесстрашно! напоминала сражение (некогда происходившее) между богами и асурами. Бхутакарман, он же Сабхапати128, отвлекал от Дроны сына Накулы Шатанику, когда тот подступал, исторгая потоки стрел. Затем наследник Накулы тремя хорошо отточенными стрелами с серповидным острием лишил его рук и головы в том сражении. А Вивиншати сдерживал отважного Сутасому, героя, когда тот подступал к Дроне, исторгая ливни стрел. Сутасома же, однако, воспаленный гневом, пронзил своего дядю по отцу129 прямолетящими стрелами и, облаченный в доспехи, не отвратился (от битвы).

Затем Бхимаратха (брат Дурьйодханы) шестью острыми, быстролетящими железными стрелами отправил Шальву вместе с его конями и возницей в обиталище Ямы. А Шрутакармана130, устремившегося на конях, мастью подобных павлинам, сдерживал сын Читрасены, твой внук, о великий царь! Те оба твоих внука, оба трудноодолимые (в бою) и жаждущие убить друг друга, сражались неистово ради успеха целей своих отцов. Увидев Пративиндхью, стоящего на головном участке боя, сын Дроны (Ашваттхамай), желая охранить честь своего отца, сдерживал первого своими стрелами. Разгневанный, Пративиндхья тогда пронзил острыми стрелами Ашваттхамана131, носящего изображение львиного хвоста (на своем знамени) и стоявшего в битве ради своего отца. Сын же Дроны окатил (старшего) сына Драупади132 ливнями стрел, о бык среди мужей, будто (сеятель), разбрасывающий семена (на почву) во время посева. Лакшмана (сын Дурьйодханы) сдерживал сокрушителя патаччаров, - того, о царь, кто среди обоих войск считается самым наихрабрейшим. Но тот, срезав лук и знамя Лакшманы, о потомок Бхараты, и исторгая на него потоки стрел, блистал великолепием.

Юный Викарна133, наделенный большой мудростью, сдерживал Шикхандина, юного сына Яджнясены, в то время как тот выступил в сражении. Сын Яджнясены затем окутал его сетью своих стрел. Отразив тот поток стрел, могучий сын твой выглядел блистательно. Ангада134 сдерживал своими стрелами в битве храброго Уттамауджаса, когда тот ринулся на Дрону. И та схватка между теми обоими львами среди людей была свирепой и увеличивала радость их обоих и всех воинов. Могучий лучник Дурмукха135, наделенный большой силой, сдерживал храброго Пуруджита, (иначе именуемого) Кунтибходжей, в то время как тот устремился на Дрону. Пуруджит ударил Дурмукху между бровей железной стрелою. От этого лицо его выглядело красиво, подобно лотосу вместе со стебельком. А Карна сдерживал ливнями своих стрел пятерых братьев-кекаев, осененных красными знаменами, когда они ринулись на Дрону. Сильно разгневанные, они тоже осыпали его потоками своих стрел. Карна же, в ответ, покрывал их сетью стрел все снова и снова. Покрытые и заваленные стрелами, ни Карна, ни пятеро братьев совсем не были видны вместе с их конями, возницами, знаменами и колесницами.

Сыновья твои Дурджая, Джая и Виджая противодействовали Ниле, правителю Каши136 и Джае137, - трое против трех. И битва та была страшной и увеличивала радость зрителей, подобно схватке между львом, тигром и гиеной (с одной стороны) и слоном, буйволом и быком - (с другой). Оба брата Кшемадхурти и Бриханта138 иссекли в битве острыми стрелами (Сатьяки) из рода Сатвата, в то время как он ринулся на Дрону. И та битва между ним и теми двумя казалась крайне удивительной, подобно схватке в лесу между львом и двумя отборнейшими слонами, одержимыми течкой. Царь чедиев, сильно разгневанный, меча стрелы, отвлекал от Дроны царя Амбаштху139, - одного, всегда радующегося битве. Амбаштха же пронзил его длинной стрелою, способной пронзить самые кости. И тот, выпустив (из рук) свой лук со стрелами, упал тогда с колесницы на землю. Благородный Крипа, сын Шарадвана140, сдерживал небольшими стрелами Вардхакшеми из рода Вришни - само воплощение гнева (в битве). Те, кто взирали на Крипу и Вардхакшеми, сведущих в различных приемах ведения боя, сражающихся так друг с другом, - те были так в мыслях поглощены битвой, что не могли думать еще о других делах.

Сын Сомадатты ради возвеличения славы Дроны сдерживал царя Манимана, всегда неутомимого, когда тот выступил (на битву). Маниман же быстро срубил лук и знамя, потом опять стяг, возницу и зонт сына Сомадатты и низринул его с колесницы. Поспешно спрыгнув затем с колесницы, тот губитель недругов, с изображением жертвенного столба на своем знамени, зарубил превосходным мечом своего противника вместе с его конями, возницей, знаменем и колесницей. Затем, взойдя снова на свою колесницу и взяв другой лук, он, сам управляя конями, стал, о царь, уничтожать войско пандавов. Палицами и дубинками, дисками, короткими дротиками и секирами, пылью и ветром, огнем и водою, пеплом и комьями земли, соломой и деревьями причиняя страдания, разбивая и ломая, убивая и обращая в бегство (врагов), кидая их на (строй вражеского) войска и этим приводя его в ужас, явился тогда Гхатоткача, желая захватить Дрону.

Но с тем ракшасом столкнулся в схватке различным оружием и в различном боевом снаряжении ракшас Аламбуса, воспаленный гневом. И та битва между двумя выдающимися из вожаков ракшасов была подобна той, какая происходила некогда между Шамбарой141 и царем бессмертных. Так, - да будет тебе благо, - происходили сотни поединков между воинами на колесницах, слонами, конями и пехотинцами в твоем и их (войсках) при общем беспорядочном смешении142. В самом деле, подобной битвы никогда прежде не было видано или слышано, такой, как та, которая происходила между воинами, упорно сосредоточившимися на сокрушении или защите143 Дроны. И действительно, много было сражений, которые наблюдались там (повсюду на поле битвы). Некоторые из них были ужасные, некоторые - красивые, а некоторые - весьма свирепые, о владыка!

Так гласит глава дцадцать четвёртая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 25

Дхритараштра сказал:

Меж тем как те (воины), вернувшись (для битвы), так выступали друг против друга по отдельным подразделениям, как сражались Партхи и мои воины, наделенные большой стремительностью? Что также делал Арджуна против войска саншаптаков? И что делали саншаптаки, в свою очередь, по отношению к Партхе, о Санджая?

Санджая сказал:

Когда те (воины), вернувшись (для битвы), так выступали друг против друга по отдельным подразделениям, твой сын (Дурьйодхана) сам ринулся тогда на Бхиму вместе со своим отрядом слонов. Как слон (сражающийся) со слоном, как матерый бык (дерущийся) с матерым быком, так и Бхима, вызванный самим царем, ринулся на отряд слонов (в войске кауравов). Искушенный в битве и наделенный огромной мощью рук, сын Притхи144 быстро сокрушил тот отряд слонов, о достойнейший! Те слоны, видом подобные холмам, источающие течку из всех (частей тела), были железными стрелами Бхимасены приведены в замешательство и принуждены повернуть обратно. Как ветер разгоняет повсюду скопления облаков, точно так и сын Паваны145 рассеял те отряды (вражеских слонов). И Бхима, мечущий стрелы в, тех слонов, выглядел блистательно, подобно взошедшему солнцу, рассеивающему свои лучи во все уголки мира146. И слоны, пронзенные стрелами Бхимы (и покрытые кровью), выглядели красиво, подобно разнообразным облакам на небосводе, проникнутым лучами солнца.

Тогда Дурьйодхана, воспаленный гневом, приблизившись к сыну Ветра147, причинявшему такое опустошение среди слонов, пронзил его острыми стрелами. В ответ Бхима, с налившимися кровью (от гнева) глазами148, желая отправить хранителя земли в обиталище Ямы, в один миг пронзил его своими острыми стрелами. Но тот, с телом, истерзанным стрелами, и распаленный гневом, пронзил, улыбаясь слегка, Бхимасену, сына Панду, железными стрелами, сверкающими как лучи солнца. В ответ Пандава двумя стрелами с серповидным острием быстро срезал его лук, а также изображение слона на его знамени, сделанное из драгоценных камней и расцвеченное жемчужинами. Видя Дурьйодхану, мучимого так Бхимой, о достойнейший, властитель Анги149 верхом на слоне устремился туда, чтобы привести в смятение (сына Панду). Но того слона, подступавшего с ревом, подобно грохоту облаков, Бхимасена пронзил глубоко железной стрелою между двух выпуклостей на лбу. И пронзив насквозь его туловище, (стрела) погрузилась глубоко в землю. И слон тогда Рухнул, словно утес, расколотый громовой стрелою. Когда слон падал и вместе с ним - повелитель млеччхов150, Врикодара, быстрый в своих Действиях, отсек ему голову стрелою с серповидным острием еще до того, как он грянул оземь. И когда герой тот упал, войско его разбежалось,причем кони, слоны и воины на колесницах, охваченные смятением, давили пеших воинов (обратившихся в бегство).

Меж тем как те войска все разбежались во все стороны, властитель Прагджьйотиши тогда ринулся на слоне против Бхимы. (Подобно) слону, на котором Магхаван победил дайтьев и данавов, тот первейший из слонов стремительно обрушился на Бхиму. С ушами и обеими (передними) ногами и свернутым хоботом, с вращающимися глазами и исполненный ярости, он, казалось, сжигал Пандаву (словно пылающий огонь). И тогда, о достойнейший, громкий шум поднялся среди всего войска (и раздались возгласы) "Ай, ай, Бхима убит слоном!" Напуганное тем криком войско пандавов вдруг побежало туда, о царь, где находился Врикодара. Между тем царь Юдхиштхира, думая, что Врикодара убит, окружил Бхагадатту со всех сторон с помощью панчалов. Окружив его отовсюду (множеством) колесниц, он, превосходнейший из воинов, сражающихся на колесницах, покрыл своего противника сотнями и тысячами острых стрел. Но тот властитель горных областей151, расстраивая железным стрекалом" (густой) заслон из стрел, стал крушить пандавов и панчалов при помощи своего слона. И тот подвиг, что мы увидели в сражении, свершенный престарелым Бхагадаттой вместе со своим слоном, был весьма удивительным, о владыка народов!

Тогда царь дашарнов152 ринулся на властителя Прагджьйотиши на быстро мчащемся слоне, одержимом течкой, заходящем сбоку (для нанесения удара своему сопернику153). И произошла между теми двумя слонами, страшными видом, битва, как некогда между двумя крылатыми горами, покрытыми деревьями. Слон властителя Прагджьйотиши, нападая на слона повелителя дашарнов и поворачивая назад, распорол ему бок и уложил его на месте. Тогда сам Бхагадатта семью дротиками, сверкающими как лучи солнца, убил своего врага, сидевшего на слоне, как раз в то время, когда последний готов был свалиться со своего сидения. Но тут Юдхиштхира, подступив к царю Бхагадатте, окружил его со всех сторон мощным отрядом колесниц. Стоя на слоне, окруженный отовсюду воинами на колесницах, он выглядел блистательно, будто сверкающий огонь на горе посреди густого леса. А слон тот кружил среди плотно сомкнутого круга воинов на колесницах - грозных лучников, выпускающих на него ливни стрел.

Тогда царь Прагджьйотиши, нажав матерого слона своего (большим пальцем ноги), стремительно погнал его на колесницу Ююдханы. И могучий слон, схватив колесницу внука Шини, забросил ее (в сторону) с большой силой. А Ююдхана (вовремя) спасся бегством. Но его возница, подняв крупных коней (колесничных), происходящих из Синдху, и настигнув Сатьяки, остановился подле него, и затем снова вскочил на ту колесницу. Тем временем тот слон, найдя промежуток, поспешно выбрался из круга колесниц и начал опрокидывать всех царей (пытавшихся помешать ему). Цари же, те быки среди людей, устрашаемые тем единственным слоном, быстро бегущим, сочли его в сражении за сотни подобных ему. И (в самом деле), Бхагадаттой, восседающим на том слоне, были гонимы пандавы, (некогда) царем богов, восседающим на Айравате154, (были теснимы) данавы. И в то время как панчалы разбегались во все стороны, поднялся среди них очень громкий и ужасный шум, производимый слонами и конями.

Меж тем как (войска) пандавов были так теснимы Бхагадаттой в сражении Бхима, обуреваемый гневом, снова ринулся против властителя Прагджьйотиши. Но слон последнегонапугал коней его, когда тот устремился на него, окатив их водою, исторгнутой из хобота, и они тогда вынесли Партху (из поля битвы). Затем против Бхагадатты быстро двинулся на своей колеснице Ручипарван155, сын Акрити, поливая его ливнем стрел, словно это был сам Разрушитель. Но тут властитель горных областей, с красивым сложением, отправил Ручипарвана прямою стрелою в обиталище Вайвасваты156. Когда пал тот герой, сын Субхадры и сыновья Драупади, Чекитана, Дхриштакету и Юютсу стали изматывать слона. Желая убить его, (воины) те, издавая громкие крики, начали поливать его потоками стрел, подобно тому как облака своими ливнями (орошают землю). Тогда, подгоняемый искусным (погонщиком) при помощи пятки, стрекала и большого пальца ноги, слон быстро ринулся вперед с вытянутым хоботом, с неподвижными глазами и ушами. Растоптав коней Юютсу, он затем убил его возницу. Однако сын твой157, охваченный смятением, вскочил на колесницу сына Субхадры.

Между тем тот царь158 на своем слоне, мечущий стрелы во врагов, выглядел блистательно, подобно солнцу, рассеивающему свои лучи всюду по земле. Тут сын Арджуны159 пронзил его двенадцатью стрелами, Юютсу - десятью, сыновья Драупади (пронзили его) тремя стрелами каждый, столькими же и Дхриштакету. Тот слон, осыпанный стрелами, пущенными стараниями врагов, выглядел величаво, подобно огромному облаку, пронизанному лучами солнца. Мучимый стрелами врагов, тот слон, подгоняемый ловкостью и старанием своего возницы, стал опрокидывать вражеских воинов налево и направо. Как пастух (обходя, усмиряет) стада скота в лесу, так и Бхагадатта не раз, окружая, теснил то войско (пандавов). Словно карканье ворон, быстро улетающих от нападения ястребов, поднимался громкий шум среди войск пандавов, быстро убегающих (с поля).

Тот царь слонов, ударяемый наилучшим стрекалом, напоминал собою бывшую некогда крылатую гору, о царь, и вселял во врагов столь сильный страх, как взбушевавшееся море - в сердца купцов. Тогда от слонов, воинов на колесницах, коней и царей, убегающих в страхе, возник громкий и ужасный шум, который, о царь, наполнял землю, воздушное пространство и небо, главные и промежуточные страны света в той битве. А царь (Бхагадатта) на превосходнейшем из слонов глубоко проник в ряды войск врагов, как некогда Вирочана - в строй полчищ богов, хорошо охраняемый в сражении премудрыми160. Стал сильно дуть друг огня161; пыль непрестанно заволакивала небо, а также боевые построения войск; и люди считали того единственного слона как бы мчащимся во все стороны, будто множество слонов.

Так гласит глава дцадцать пятая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 26

Санджая сказал:

Ты спрашиваешь меня о подвигах Партхи162 в сражении. Слушай же, о великий царь, о том, что совершил в битве Партха. Увидев поднявшуюся пыль и услышав рев слонов, сокрушаемых Бхагадаттой, сын Кунти сказал Кришне: "Несомненно, о Сокрушитель Мадху163, царь Прагджьйотиши на своем слоне ринулся с большой стремительностью (в битву). Это ведь от него исходит шум. Искусный ездить и сражаться на слюне и не уступающий самому Индре в бою, он является первым или вторым на земле (среди могучих воинов) - таково мое мнение. А тот его слон есть наилучший из всех слонов, не имеющий никогда себе соперника в битве. Равнодушный ко всякому шуму и наделенный большой ловкостью, он превозмогает усталость в сражении. Способный переносить удары (любого) оружия и (даже) прикосновение огня, о безупречный, ои один явно уничтожит сегодня войско пандавов! Кроме нас двоих, нет никого другого, способного остановить его. Поэтому отправляйся поспешно туда, где находится властитель Прагджьйотиши. Надменного164 из-за дружбы с Шакрой, гордого силою и мощью своего слона, а также возрастом своим, я сегодня отправлю его дорогим гостем к Сокрушителю Балы165!"

Тогда по слову Савьясачина Кришна поехал туда, где Бхагадаттой уничтожалось войско пандавов. Когда Арджуна (имея Кришну возницею) устремлялся туда, могучие воины на колесницах - саншаптаки, исчисляющиеся четырнадцатью тысячами, составляющими десять тысяч тригартов, о повелитель людей, и четыре тысячи тех, которые обычно следовали за Васудевой166, возвращаясь назад (на поле брани), вызвали его на битву. При виде войска (пандавов), сокрушаемого Бхагадаттой, о достойнейший, и, с другой стороны, когда Арджуну вызывали саншаптаки, сердце его разделилось надвое. "Какой же (тут) поступок лучше будет мне совершить, - стал он размышлять, - или вернуться мне отсюда (чтобы сразиться с саншаптаками), или же отправиться к Юдхиштхире?" Когда Арджуна об этом поразмыслил умом, о продолжатель рода Куру, разум его наконец сосредоточился твердо на убийстве саншаптаков. И желая один уничтожить в битве тысячи воинов, сражающихся на колесницах, сын Васавы вдруг повернул назад.

Ведь именно таков был замысел обоих - Дурьйодханы и Карны о способе убийства Арджуны. И это побудило их подготовиться к двойной встрече (с ним). Но Пандава в своем колебании (в какую из сторон направиться) покружил вокруг, а затем на колеснице (решив выступить против) первейших воинов, сражающихся на колесницах167, он расстроил тот (замысел врагов). Тогда могучие воины на колесницах - саншаптаки, о царь, выпустили в Арджуну тысячи прямых стрел. Ни сын Кунти, Партха, ни Кришна, (иначе прозываемый) Джанардана, ни кони и ни колесница совсем не были видны, о царь, будучи покрыты стрелами. И когда Джанардана впал в бесчувственное состояние и покрылся испариной, Партха тогда оружием ваджра168 уничтожил большую часть их. Сотни отрубленных рук с луками, стрелами и тетивами в сжатых ладонях, сотни знамен и коней, возниц и воинов на колесницах падали на землю. (Огромные) слоны, хорошо снаряженные, подобные выдающимся из холмов, покрытых деревьями, или (кучам) облаков, поражаемые стрелами Партхи и лишенные седоков, падали на землю.

Кони с седоками на спинах, сокрушаемые стрелами Партхи, падали безжизненные, лишенные расписных спинных уборов и уздечек и с разорванными попонами. Срезанные Носящим диадему при помощи стрел с серповидным острием, руки воинов падали там, имея копья, щиты и мечи вместо ногтей или булавы или секиры (в крепкой хватке). Также головы, красотою равные, о достойнейший, утреннему солнцу или лотосу или же месяцу, отсеченные стрелами Арджуны, падали на землю. И когда Пхальгуна в гневе убивал так врагов разновидными, хорошо украшенными и губительными стрелами, войско, казалось, тогда пылало. И (при зрелище) Дхананджайи, так уничтожающего войско, точно слон - лотосовое поле, толпы существ одобрили его возгласами "Превосходно, превосходно!" Видя тот подвиг Партхи, будто (подвиг) самого Васавы, Мадхава пришел в крайнее изумление и, хлопая в ладоши, почтил его. Убив тогда большую часть саншаптаков - тех, которые стояли в битве, Партха побудил Кришну, обратившись к нему со словами: "Отправляйся к Бхагадатте!"

Так гласит глава дцадцать шестая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 27

Санджая сказал:

И по желанию Партхи, куда ехать, Кришна погнал белых коней, быстрых как мысль, покрытых золотыми доспехами, к войску Дроны. Меж тем как он, превосходнейший из рода Куру, мчался туда, чтобы спасти свои войска, теснимые Дроной, Сушарман вместе со своими братьями последовал за ним с тылу, домогаясь битвы. Тогда победоносный Владелец белых коней сказал непобедимому Кришне: "Сей Сушарман вместе с братьями вызывает меня на битву, о Непреклонный! А это войско наше опять подвергается уничтожению (Дроной) севернее отсюда, о сокрушитель врагов! Под влиянием саншаптаков сердце мое колеблется сегодня относительно того, как мне следует поступить. Убить ли мне теперь саншаптаков или защитить от урона свои собственные войска, теснимые (врагом)? Ты знаешь, о чем я думаю. Так что же тут будет лучше мне сделать?" И на сказанные им слова отпрыск из рода Дашарха повернул назад колесницу и доставил Пандаву туда, где повелитель тригартов вызывал его на битву. И тогда Арджуна пронзил Сушармана семью стрелами и срезал его знамя и лук двумя стрелами с бритвообразным острием. А брата повелителя тригартов шестью железными стрелами Партха быстро отправил вместе с конями и возницей в обиталище Ямы.

Тогда Сушарман, целясь в Арджуну, метнул в него железный дротик, видом подобный змее, а в Васудеву послал пику. Рассекши тот дротик тремя стрелами и пику тоже другими тремя, Арджуна потоками стрел лишил Сушармана чувств и повернул обратно. И когда он свирепо устремлялся (на твои отряды), исторгая ливни стрел, подобно Васаве, обильно проливающему дождь, никто среди твоих войск, о царь, не посмел остановить его. Подобно тому как огонь сжигает (на своем пути) сухую траву, так и Дхананджая продвигался вперед, истребляя среди кауравов могучих воинов на колесницах своими стрелами. И как живые существа не в состоянии выносить прикосновения огня, так и твои (воины) не в состоянии выносить неотразимый натиск мудрого сына Кунти. И право же, захлестывая ливнем стрел вражеские войска, Пандава ринулся против властителя Прагджьйотиши, о царь, как Супарна169 бросается (на свою добычу). Тот лук, который согнул Джишну170, лук, который в сражении был благотворен для бхаратов недолговечных и гибельным для всех врагов, тот самый лук, о царь, взял в руки Арджуна для уничтожения кшатриев, по вине твоего сына, прибегнувшего к злосчастной игре в кости!

Взволнованное так Партхой, то войско твое было затем разбито, о великий царь, как лодка, ударившись о скалу. Тогда десять тысяч лучников, отважных и неистовых, приняв решение сражаться до полной победы иль поражения, повернули против (Арджуны). С сердцем, лишенным страха, Партха, тот воин на колеснице, опытный в правилах действий даже при крайних бедствиях и способный переносить любое бремя в бою, взял на себя то тяжкое бремя. Как разъяренный шестидесятилетний слон, исходящий течкой, растаптывает заросли тростников, так и неистовый Партха крушил твое войско. Меж тем как войско то подвергалось уничтожению, повелитель людей Бхагадатта на том же своем слоне стремительно ринулся против Дхананджайи. Но тот тигр среди мужей на своей колеснице бесстрашно перехватил его. И то столкновение между колесницей и слоном (двух противников) было весьма свирепым. И оба героя Бхагадатта и Дхананджая рыскали по полю брани, один на колеснице, другой на слоне, оба снаряженные по всем правилам науки.

Затем Бхагадатта, словно владыка Индра, со своего слона, видом подобного облакам, окатил Дхананджаю ливнем стрел. Тот же доблестный сын Васавы, однако, ливнем своих стрел пресек тот поток стрел Бхагадатты еще до того, как они могли достичь его. Но тут царь Прагджьйотиши, отразив тот поток стрел, поразил своими стрелами могучерукого Партху и Кришну, о потомок Бхараты! И окутав их обоих густой сетью стрел, он побудил тогда своего слона на убийство Ачьюты171 и Партхи. При виде того разъяренного слона, надвигающегося, словно сама смерть, Джанардана поспешно сделал поворот колесницей слева направо (от слона172). Хотя и представился ему удобный случай убить огромного слона вместе с седоком, но все же Дхананджая не захотел воспользоваться им, помня о правилах честного боя. Тот же слон, однако, измотав других слонов, колесницы и коней, о достойнейший, отправил их всех в царство Смерти. И тогда воспылал гневом Дхананджая.

Так гласит глава дцадцать седьмая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 28

Дхритараштра сказал:

Так воспылавший гневом, что сделал Бхагадатте Пандава? И что сделал властитель Прагджьйотиши Партхе? О том расскажи мне, как следует.

Санджая сказал:

Меж тем как оба - Дашарха173 и Партха были так заняты с царем Прагджьйотиши, все существа считали их уже оказавшимися совсем близко от самой Смерти. И в самом деле, о владыка, Бхагадатта со спины своего слона непрерывно обрушивал ливни стрел на обоих Кришн174, стоящих на колеснице. Тут он пронзил сына Деваки стрелами, сделанными целиком из черного железа, с золотым оперением, остро отточенными на камне и выпущенными из лука, натянутого до предела. Те острые стрелы, прикосновением своим равные огню, выпущенные Бхагадаттой, пронзив насквозь сына Деваки, вошли затем в землю. Но тут Партха, рассекши его лук и разнеся колчан, стал сражаться с царем Бхагадаттой, словно забавляясь. Тот же метнул в него четырнадцать острых пик, сверкающих как лучи солнца. Но Савьясачин рассек каждую из них на три части. Затем сын Пакашасаны175 разнес доспехи на том слоне густою сетью своих стрел, и тот выглядел подобно царю гор, лишенному своего облачного покрова.

Тогда властитель Прагджьйотиши метнул в Васудеву дротик, сделанный целиком из железа, с позолоченным древком. Но тот дротик Арджуна рассек надвое. Затем срезав зонт и знамя царя при помощи своих стрел, Арджуна стремительно пронзил властителя горных областей десятью другими стрелами, улыбаясь при этом. Глубоко пронзенный стрелами Арджуны, хорошо оснащенными оперением цапли, Бхагадатта тогда воспылал яростью к благородному Пандаве. Он метнул в голову Владельца белых коней несколько дротиков и издал громкий рык. От тех дротиков в сражении диадема Арджуны была сдвинута. Арджуна поправил ту сдвинувшуюся диадему и сказал, обратившись к царю (Прагджьйотиши): "Хорошо гляди на мир сей!" Услышав такие слова, Бхагадатта преисполнился гнева и, взяв свой сверкающий лук, окатил Пандаву вместе с Говиндой ливнем стрел. Партха же, рассекши его лук и срезав колчаны, стремительно ударил его семьюдесятью двумя стрелами по всем жизненно важным местам. Даже будучи так пронзен, тот не был, однако, расстроен. Проникнувшись затем гневом, он освятил мантрами стрекало, обратив его в оружие вайшнава176, и метнул в грудь Пандавы.

И то всесокрушающее оружие, выпущенное Бхагадаттой, Кешава, прикрыв собою Партху, перехватил своею грудью. И (с тех пор) то оружие стало победной гирляндой на груди Кешавы. Тогда Арджуна, приунывший душою, промолвил Кешаве: "О Джанардана, ты (обещал мне прежде), что, не сражаясь сам, ты будешь только править моими конями! Заверив так, о Лотосоглазый, зачем же ты не сдерживаешь своего обещания? Если бы я оказался в беде или же стал неспособен отражать натиск или оружие врага, то тогда тебе следует действовать так, но не действовать тогда, когда я стою (во всеоружии)! Ведь при помощи моего лука и стрел я в состоянии победить эти три мира вместе с богами, асурами и людьми, - и это тебе хорошо известно!" Тогда Васудева сказал в ответ Арджуне важные по значению слова: "Слушай, о Партха, об этой тайной истории, как она случилась некогда, о безупречный! Я существую в четырех формах, вечно занятый охраной миров! Разделив себя самого, я предопределяю благо миров. Одна моя форма, находясь на Земле, предается занятию подвижничеством. Другая наблюдает за добрыми и дурными деяниями в мире. Еще другая, приобщившись к миру людей, вершит дела. Другая же, четвертая, моя форма лежит в глубоком сне в течение тысячи лет. Та форма моя, которая пробуждается (ото сна) в конце тысячи лет, дарует в тот час превосходнейшие дары тем, кто заслуживает их.

И вот, узнав (по одному случаю), что время такое наступило, Земля попросила у меня дар для (своего сына) Нараки177. Слушай же о том, (какой это был дар)! - "Обладающий оружием вайшнава, пусть сын мой будет непобедим для богов и асуров. Благоволи мне дать то оружие!" - Услышав о таком даре, я дал тогда, в незапамятные времена, сыну Земли то вернейшее оружие вайшнаву. И сказал я тогда: "Пусть это оружие будет всегда вернейшим для защиты Нараки в сражении. Никто не сможет убить его! Охраняемый тем оружием, сын твой всегда будет неодолим во всех мирах и будет крушить все вражеские войска!" Сказав "хорошо", мудрая богиня ушла, достигнув исполнения своего желания. А тот Нарака тоже стал неодолимым и всегда усмирял своих врагов. Это от него, о Партха, то оружие мое досталось властителю Прагджьйотиши. Нет ни одного во всех мирах, включая даже Индру и Рудру, кто был бы непобедим тем оружием, о достойнейший! Поэтому ради тебя оно было мною обезврежено, и пришлось для этого нарушить (свое обещание). Могучий асура теперь лишен того высочайшего оружия. Убей же теперь, о Партха, врага своего, неодолимого в бою, - Бхагадатту, того ненавистника богов, точно так, как я убил прежде ради блага (миров) (асуру) Нараку!"

И когда было сказано так благородным Кешавой, Партха внезапно осыпал Бхагадатту острыми стрелами. Затем могучерукий и великий духом Партха бесстрашно поразил слона длинной железной стрелою между двух выпуклостей на лбу. И стрела, ударив в слона, словно громовая стрела в гору, вошла в тело вплоть до самого оперения, подобно тому как змея - в муравейник. С онемевшими от столбняка членами он грянулся бивнями на землю. И издавая жалобный рев, тот огромный слон испустил дух. Тогда прямою стрелою с наконечником в виде полумесяца Пандава пронзил грудь царя Бхагадатты. И с грудью, пронзенной Носящим диадему, царь Бхагадатта, лишенный жизни, выпустил свой лук и стрелы. Свесившееся с его головы превосходнейшее стрекало упало, будто лепестки от лотоса, когда его стебель сотрясен от удара. И сам он, увешанный золотыми гирляндами, упал со слона, подобного утесу и украшенного золотыми попонами, словно распустившееся цветами дерево карникара178, сорванное силою ветра с вершины горы. Убив в сражении того владыку людей, отвагою напоминавшего самого Индру и приходившегося также другом Индре, сын Индры179 затем сокрушил других твоих воинов, жаждавших победы, подобно тому как могучий ветер ломает деревья.

Так гласит глава дцадцать восьмая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 29

Санджая сказал:

Убив властителя Прагджьйотиши, который всегда был любимцем и другом Индры и обладал неизмеримой мощью, Партха совершил почтительный обход вокруг него слева направо180. Тогда оба сына царя Гандхары181 - братья Вришака и Ачала, покорители вражеских городов, двинулись в сражении против Арджуны. И те оба доблестных лучника стали глубоко пронзать Арджуну спереди и сзади остро отточенными стрелами, наделенными большой стремительностью. Партха, однако, своими острыми стрелами разнес на мелкие части коней и возницу, лук и зонт, колесницу и знамя Вришаки, сына Субалы. Затем Арджуна потоками стрел и другим различным оружием снова привел в сильное расстройство гандхарские войска, возглавляемые сыном Субальт. Возбужденный гневом, Дхананджая отправил своими стрелами в царство Смерти пятьсот героев-гандхаров с поднятым на него оружием.

Но тот могучерукий (герой), быстро сойдя с колесницы, кони которой были убиты, взошел на колесницу брата своего и взял другой лук. И те братья - Вришака и Ачала, оба стоя на одной колеснице, принялись пронзать Бибхатсу все снова и снова ливнями стрел. И в самом деле, оба те благородных царевича, оба твоих родственника со стороны жены182 - Вришала и Ачала разили Партху весьма жестоко, как некогда Вритра и Бала (теснили) Индру. Метко бьющие в цель, эти оба героя Гандхары стали снова изматывать Пандаву, подобно тому как два жарких летних Месяца изнуряют мир потом и дождем. Но тех царевичей, обоих тигров среди людей - Вришаку и Ачалу, стоящих бок о бок вместе на одной колеснице, о царь, Арджуна убил одною стрелою. И тогда оба те могучеруких героя, с красными глазами и напоминающие собою львов, те единоутробные братья, имеющие одинаковые черты, упали вместе безжизненные с колесницы. И их тела, милые друзьям и близким, рухнув с колесницы на землю, лежали там, распространяя священйую славу во все десять стран света183.

Увидев обоих своих дядей по матери, не отступающих в сражении, убитыми, сыновья твои, о владыка народов, стали проливать горькие слезы. Увидев своих братьев убитыми, Шакуни, искушенный в сотне различных приемов волшебства, применил тогда силу иллюзии, чтобы сбить с толку обоих Кришн. И вот дубинки, железные шары и камни, оружие шатагхни184 и дротики, булавы, колья с железными остриями и мечи с извилистым лезвием, копья, деревянные молоты и пики, заостренные трезубцем, дреколья, обоюдоострые мечи и когтеобразные крючья, палицы и секиры, бритвообразные тесаки, стрелы с подковообразными остриями и налики185, стрелы с острием в виде телячьего зуба и состоящие из трех членений186, диски и стрелы с тупыми наконечниками187, метательное и различное другое оружие обрушилось на Арджуну со всех сторон света - главных и промежуточных. Ослы, верблюды и буйволы, львы и тигры, рогатые твари и хищные птицы, медведи, волки и стервятники, обезьяны и ползучие гады, различные ракшасы и стаи ворон - все голодные и возбужденные гневом, ринулись на Арджуну.

Тогда сын Кунти, Дхананджая, тот герой, сведущий в дивном оружии, исторгая тучи стрел, быстро ударил по ним. И убиваемые тем героем при помощи отборнейших и крепких стрел, они поднимали громкие крики и, сраженные, гибли повсюду. Затем появилась густая тьма и (окутала) колесницу Арджуны; и из того мрака резкие голоса порицали Партху. Но Арджуна мощным оружием джьйотиша188 рассеял тот мрак. И когда он был рассеян, появились страшные водяные валы. Для иссушения тех вод Арджуна применил оружие адитья189. И под действием того оружия воды были почти полностью осушены. Таким образом, всевозможные иллюзии, создаваемые всякий раз сыном Субалы, Арджуна быстро разрушал тогда силою своего оружия, смеясь при этом. И когда все иллюзии были разрушены, теснимый стрелами Арджуны и охваченный страхом, Шакуни пустился в бегство на быстрых конях, словно жалкий простолюдин. Затем Арджуна, знаток всех видов оружия, показывая врагам свое превосходство (в ловкости), залил потоками стрел войско кауравов.

И то войско сына твоего, уничтожаемое Партхой, раздвоилось на два (потока), о великий царь, будто течение Ганги, столкнувшись с горою. Одни из могучих воинов, сражающихся на колесницах, направились тогда к Дроне, другие же, о царь, теснимые Носящим диадему, устремились к Дурьйодхане. Потом мы не могли видеть то войско, ибо оно было окутано густою тьмою. Только звон лука гандивы был слышен мною с южной стороны поля. Заглушая рев раковин, грохот барабанов и звуки других музыкальных инструментов, звон лука гандивы достигал самих небес. И тогда в южной части поля снова вспыхнуло сражение - жестокая битва между воинами, искушенными в различных приемах боя, (с одной стороны), и Арджуной - (с другой). Я, однако, последовал за Дроной. Различные отряды войск сыновей твоих, о потомок Бхараты, Арджуна смел совершенно, подобно тому как ветер в (летнюю) пору (рассеивает скопления) облаков на небосводе. И право, когда он обрушивался, исторгая ливни стрел, подобно Васаве, обильно проливающему дождь, никто (среди твоих войск) не посмел остановить того могучего и неистового лучника, того тигра среди людей.

Убиваемые Партхой, те воины твои были в сильном страхе. Многие из них, разбегаясь в разные стороны, убивали своих же. Стрелы, выпущенные Арджуной, оснащенные оперением цапли и способные пронзать всякое тело, падали, застилая все десять сторон света, подобно стаям саранчи. Пронзая коней, воинов на колесницах, слонов и пехотинцев, о достойнейший, как змеи - насквозь муравейники190, они уходили в землю. Арджуна никогда не выпускал по второй стреле в любого слона, коня или воина. Пораженные каждый одной стрелою, они падали, лишенные жизни. С убитыми повсюду людьми и конями и поверженными слонами, захлестнутыми ливнем стрел, оглашаемые воем собак и шакалов и карканьем ворон191, то поле брани являло тогда пестрое (и страшное) зрелище. Мучимый стрелами, отец оставлял своего сына, друг - своего лучшего друга, а сын оставлял своего отца. И право, всякий и" людей был тогда обращен помыслами только на собственную свою защиту192. Досаждаемые стрелами Партхи, воины покидали даже своих упряжных животных.

Так гласит глава двадцать девятая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 30

Дхритараштра сказал:

Когда те войска (мои) были разбиты сыном Панду, о Санджая, и когда все вы быстро отходили с поля, каким же был образ ваших мыслей? Ведь когда войска разбиты и не видят (при бегстве) места пристанища, то сплочение их рядов представляется всегда весьма трудным. Обо всем том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

Хотя дело обстояло так, о владыка народов, выдающиеся из героев, желая сделать приятное твоему сыну и сохранить свое доброе имя среди людей, последовали за Дроной. И в том ужасном положении, когда оружие (врагов) было поднято и Юдхиштхира был на доступном расстоянии, они бесстрашно (последовали за своим военачальником), совершая похвальные подвиги. Воспользовавшись упущением193 Бхимасены, неизмеримого в мощи, доблестного Сатьяки и Дхриштадьюмны, о владыка, (те воины обрушились на войско пандавов). "Дрону, Дрону (следует) убить)!" - понуждали свирепые панчалы. "Не надо (допускать убиения) Дроны!" - побуждали твои сыновья всех кауравов. "Дрону, Дрону (убейте)!" - кричали одни. "Не надо (допускать убиения) Дроны!" - выкрикивали другие. Между кауравами и пандавами, казалось, разыгрывалась игра, где ставкой был Дрона. На какой бы поток колесниц панчалов ни нападал Дрона, там всюду появлялся Дхриштадьюмна, царевич Панчалы. И меж тем как происходило страшное сражение, нарушались правила, согласно которым противник мог выбирать себе достойную пару. Герои выступали против героев, трусливые шли против первейших.

Там пандавы не могли быть устрашаемы врагами. С другой стороны, помня о всех своих лишениях, они приводили в трепет ряды вражеских войск. Хотя и наделенные скромностью, но все же подпавшие под власть гнева и мщения и побуждаемые силой и мощью своей, они вступили в ту страшную битву, жертвуя жизнями, ради сокрушения Дроны. Схватка героев, неизмеримых в мощи, разыгрывающих в свирепой битве игру на собственные свои жизни, напоминала столкновение железа с камнем. Старцы не могли даже вспомнить, о великий царь, о подобном сражении, виденном или слышанном ими прежде. И в том побоище героев, Земля, отягченная бременем из-за огромного скопления войск, как бы начала дрожать. Ибо от скопления мечущихся туда и сюда войск разгневанного Аджаташатру и сына твоего стоял шум, будто приводя в оцепенение сам небосвод. Но тут Дрона, нагрянув на подразделения войск пандавов, (исчисляющихся) тысячами, рыская по полю брани, принялся сокрушать их острыми стрелами. И меж тем как они были так теснимы Дроной, вершителем необычайных подвигов, его остановил сам (Дхриштадьюмна), верховный военачальник (пандавов), подступив к нему. И та битва, что произошла между Дроной и царевичем Панчалы, была весьма необычайной. И никакого сравнения с нею не может никогда возникнуть - таково мое суждение.

Затем Нила, напоминающий собою огонь, (тот герой), чьи стрелы заменяют вспышки самого огня, а лук - его пламя, стал сжигать войско кауравов, подобно тому как огонь (сжигает) сухую траву. И когда он уничтожал ряды войск, доблестный сын Дроны, еще прежде обратившийся к нему, (чтобы сразиться с ним), в очень мягких словах сказал ему с улыбкой: "О Нила, что за польза тебе в уничтожении многочисленных простых воинов пламенем своих стрел? Сразись лучше со мною одним и, исполненный гнева, ударь в меня стрелами!" И (когда он сказал так), его, чья внешность напоминала собрание лотосов, лицо чье было подобно распустившемуся лотосу, а глаза - лепесткам лотоса, - Нила пронзил своими стрелами. Глубоко и внезапно им пронзенный, сын Дроны тремя острыми стрелами с серповидным наконечником рассек лук, знамя и зонт своего противника.

Быстро соскочив со своей колесницы, Нила, держа (в руках) щит и превосходнейший меч, захотел снести голову у отпрыска Дроны с туловища, подобно птице (уносящей добычу в своих когтях194). И когда он занес уже меч свой, сын Дроны с легкой улыбкой снес ему с туловища стрелою с серповидным острием голову, украшенную красивым носом и серьгами, о безупречный! И (герой тот) с лицом, напоминающим полную луну, с глазами, подобными лепесткам лотоса, высокий ростом и с лоном, подобным цветку лотоса, сраженный, упал на землю. И тут войско пандавов, сильно опечаленное, начало дрожать, когда Нила, сверкающий мощью, был убит так сыном наставника. И подумали тогда, о достойнейший, все те могучие воины пандавов, сражающиеся на колесницах: "Увы, как сможет сын Васавы спасти нас от врагов, когда он, могучий, в южной части поля битвы195 учиняет резню среди остатков саншаптаков и в войске настухов-нараянов?"

Так гласит глава тридцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

ГЛАВА 31

Санджая сказал:

Врикодара, однако, не мог вынести поражения своего войска. И он пронзил Бахлику шестьюдесятью, а Карну - десятью стрелами. Но тут Дрона, желая причинить конец его жизни, поразил Бхиму в жизненно важные места хорошо отточенными стрелами, сделанными целиком из железа, с острыми наконечниками. Затем Карна осыпал его двенадцатью стрелами, Ашваттхаман - семью, а царь Дурьйодхана - шестью. Могучий Бхимасена в ответ пронзил их всех. Дрону он поразил пятнадцатью, а Карну - десятью стрелами, Дурьйодхану - двенадцатью и сына Дроны - восемью стрелами. И поднимая громкий крик, он вступил в сражение с ними. И в той схватке, где (воины) пренебрегали своими жизнями и смерть была легко достижима, Аджаташатру побудил тех воинов, чтобы они спасали Бхиму. И те (герои), неизмеримые в мощи - Ююдхана и другие, оба сына Мадри и Панду направились к Бхимасене.

И соединившись вместе, те быки среди людей, сильно разгневанные, (вступили в битву), желая сокрушить войско Дроны, охраняемое лучшими из могучих лучников. В самом деле, те воины на колесницах, преисполненные великой мощи, - Бхима и другие обрушились (неистово на вражеское войско). Однако Дрона, лучший из воинов, сражающихся на колесницах, без колебаний перехватил тех выдающихся воинов на колесницах, наделенных могучей силой, тех героев, блистающих в бою. И отбросив страх перед смертью, воины твои выступили против пандавов. Всадники сшибались со всадниками, равно как и воины на колесницах - с воинами, сражающимися на колесницах. Пускались в ход дротики против дротиков, мечи против мечей; происходила и битва на секирах. Отвратительная битва на мечах тоже возникала там, достигая своей предельной остроты196. И от столкновений между слонами битва становилась очень страшной. Один падал со спины слона, другой - с коня, с поникшею вниз головою, а иной падал с колесницы, пронзенный стрелою, о Достойнейший! В той неистовой свалке, когда иной падал, лишенный доспехов, (можно было наблюдать, как) слон, ударив его в грудь, раздавливал ему голову. Иные же слоны убивали других людей, упавших (на поле брани). Другие, вонзаясь бивнями в землю (при падении), разрывали при этом (тела) многих воинов, сражавшихся на колесницах. Еще другие слоны с клыками, обвитыми вокруг человеческими внутренностями, бродили там сотнями, топча и раздавливая сотни людей. Иные же слоны растаптывали в прах упавших воинов, пеших и сражающихся на колесницах, коней и слонов, облаченных в бронзовые и железные доспехи, словно это были лишь густые (заросли) тростника.

Многие повелители людей, наделенные скромностью, когда час их настал, находили покой на мучительных ложах, устланных (стрелами с) оперениями стервятников. Там отец убивал сына, обрушиваясь на колеснице; также и сын, в безумии, переступая все границы дозволенного, нападал на отца. Ломалось колесо колесницы, срубалось знамя, повергался на землю зонт. Таща за собой разорванную наполовину упряжку, конь убегал прочь. Падала рука, сжимавшая меч, скатывалась голова, украшенная серьгами. Брошенная на землю могучим слоном, разбивалась вдребезги колесница. Сраженный воином на колеснице при помощи железной стрелы, падал слон бездыханный. Вместе со своим седоком падал конь, жестоко избитый слоном. Шла великая, страшная битва, не знающая границ нравственности. "О отец! О сын! Где ты, о друг? Постой! Куда ты бежишь? Бей! Неси! Убей его!" - такие и другие крики, раздававшиеся вместе с громким смехом, возгласами и ревом, слышались там. Кровь человека, коня и слона смешалась вместе. Пыль от земли улеглась. Уныние охватило робких.

Там, где не было прибежища, храбрые воины, желавшие убежища, таскали друг друга за волосы, свирепо бились на кулаках и схватывались зубами и ногтями. Там (можно было видеть), как у героя отрубалась поднятая рука, сжимающая меч. У другого же она отсекалась вместе с луком или стрелой или же со (сжатым в ней) стрекалом. Тут иной громко вызывал другого, другой же, повернувшись вспять, убегал с поля. Там иной сносил голову другому с туловища, когда тот оказывался в пределах досягаемости. Тут один с громким криком набрасывался (на врага), а другой стремглав убегал от крика. Там один убивал острыми стрелами своих, а другой - врагов. Тут слон, подобный горной вершине, поверженный железной стрелою, падал на землю (и лежал), напоминая запруду в реке во время жаркой поры. А там слон, исходящий течкой, словно гора (со стекающими по ней ручейками), растоптав своею ногою воина, сражающегося на колеснице, вместе с его конями и возницей, стоял на поле брани. При виде храбрых воинов, искусных во владении оружием и обагренных кровью, разящих друг друга, многие из робких и слабых сердцем впадали в беспамятство. Действительно, все кругом стало унылым. Ничего нельзя было больше различить. И оттого что войско было окутано пылью, возникла страшная путаница, преступающая всякие границы дозволенного.

Тогда военачальник (пандавов197), говоря "Теперь время", быстро повел пандавов, поторапливая их, всегда отличающихся большой стремительностью. И повинуясь его приказанию, достославные пандавы, шая (вражеское войско), устремились к колеснице Дроны, как лебеди к озеру. "Хватайте его! Бегите друг к другу! Не бойтесь! Рубите в куски!" - такие раздавались буйные крики близ колесницы неприступного (Дроны). Затем Дрона, Крипа и Карна, сын Дроны и царь Джаядратха, Винда и Анувинда - оба правителя Аванти и Шалья остаовили их. Но те неотразимые и неприступные воины-панчалы вместе с пандавами, вдохновленные благородством своего нравственного долга, хотя и были мучимы стрелами, не оставили Дроны. Тогда, охваченный сильной яростью, Дрона, меча сотнями стрелы, учинил страшное опустошение среди чедиев, панчалов и (войск) пандавов. Звон его тетивы и шлепки его ладоней были слышны во всех направлениях, о достойнейший! Подобные ударам грома, они приводили в трепет многих пандавов.

Тем временем могучий Джишну, уничтожив множество саншаптаков, примчался туда, где Дрона перемалывал войска пандавов. Переправившись через обширное озеро, где воды заменяла кровь и где сильными водоворотами служили потоки стрел, и убив саншаптаков, Пхальгуна показался там. Тогда как он был овеян (великою) славой, а скрытою мощью подобен самому Солнцу, увидели мы эмблему его - знамя с изображением обезьяны, сияющее блеском. Иссушив океан саншаптаков при помощи оружия вместо лучей своих, тот Пандава спалил также и кауравов, словно он был самим Солнцем, восходящим в конце юги! И в самом деле, Арджуна сжег всех кауравов жаром своего оружия, подобно тому как дымознаменный (огонь198), возникающий в конце юги, (сжигает) все существа. Поражаемые им тысячами стрел, воины, сражающиеся на слонах, верхом на конях и на колесницах, падали на землю, выпуская (из рук) оружие, мучимые теми потоками стрел. Некоторые поднимали горестные вопли, другие же громко кричали. А иные, пораженные стрелами Партхи, падали, лишенные жизни. Помня о добрых обычаях воина, Арджуна не убивал тех из нападавших воинов, которые падали или отвращались от битвы.

Большая часть кауравов, чьи колесницы, кони и слоны были сокрушены, отвратившись от битвы, поднимали громкие крики (взывая о помощи): "О Карна, о Карна! Ай, ай!" Заслышав те призывные крики жаждущих защиты, сын Адхиратхи громко пообещал им словами "не бойтесь!" и ринулся навстречу Арджуне. И он, превосходнейший из воинов бхаратийских, сражающихся на колесницах, и радующий всех бхаратов, наилучший из знатоков оружия, вызвал тогда к действию оружие агнея199. Однако Дхананджая ливнем своих стрел отразил200 потоки стрел того героя, держащего сверкающий лук и исторгающего потоки пылающих стрел! Отражая оружием оружие и меча стрелы (в своего противника), он издавал громкие клики. Затем Дхриштадьюмна, Бхима и Сатьяки, могучий воин на колеснице, подступив к Карне, пронзили его каждый тремя прямыми стрелами. Сын Радхи, однако, отразив оружие Арджуны ливнями своих стрел, рассек у тех троих луки тремя стрелами с усеченным острием201. С рассеченными луками, герои те выглядели подобно змеям, лишенным яда. Меча дротики со своих колесниц, они издавали громкие львиноподобные рыки. И те свирепые дротики, наделенные большой стремительностью и сверкающие подобно змеям, пущенные руками, устремились прямо в сына Адхиратхи. Но рассекши каждый из них тремя острыми стрелами итут же метнув стрелы в Партху, могучий Карна издал громкий клич.

Тогда Арджуна, пронзив сына Радхи семью стрелами, убил младшего брата Карны202 тремя острыми стрелами. И убив затем Шатрунджаю203 шестью стрелами, Партха стрелою с серповидным острием внезапно снес голову с Випаты204, когда тот стоял наколеснице. Так на глазах у сыновей Дхритараштры и перед лицом сына возницы три его единоутробных брата были убиты Носящим диадему - одним без посторонней помощи. Затем Бхима, соскочив со своей колесницы, подобно сыну Винаты205, убил превосходным мечом пятнадцать сторонников Карны. И взойдя снова на свою колесницу и взяв другой лук, он пронзил Карну десятью стрелами, а возницу его и коней - пятью. Дхриштадьюмна тоже, взяв лучший меч и блестящий щит, сразил Чандравармана и Брихаткшатру Паураву206. Тогда и царевич Панчалы, стоя на своей колеснице и взяв другой лук, пронзил Карну семьюдесятью тремя стрелами и издал громкий рык в сражении. Внук Шини также, взяв другой лук, блеском подобный луку Индры, пронзил сына возницы шестьюдесятью четырьмя стрелами и издал львиноподобный рык. И рассекши лук Карны двумя искусно выпущенными стрелами с серповиднымострием, он еще раз поразил Карну в обе руки и в грудь тремя стрелами.

Тогда Дурьйодхана, Дрона и царь Джаядратха вызволили сына Радхи из океана Сатьяки, уже погружавшегося в него. Тогда и Дхриштадьюмна и Бхима, сын Субхадры и сам Арджуна, Накула и Сахадева стали охранять Сатьяки в той битве. Так именно происходила эта весьма страшная битва ради уничтожения всех лучников, как твоих, так и вражеских, сражавшихся пренебрегая жизнью. Слоны, конница, колесницы и пехотинцы были заняты пехотинцами, колесницами, слонами и конницей. Воины на колесницах были заняты слонами, пехотинцами и конницей; колесницы и пешие воины - колесницами и слонами. Наблюдались также кони, схватившиеся с конями, слоны - со слонами, воины на колесницах - с воинами, сражающимися на колесницах, а также пехотинцы - с пешими воинами. Такая происходила битва, полная страшной путаницы, радующая людоедов и плотоядных тварей, между теми могучими (людьми), бесстрашно стоящими лицом друг к другу207. И в самом деле, она увеличивала (число населяющих) Царство Ямы!

Множество слонов, колесниц, коней и пехотинцев были тогда уничтожены людьми, колесницами, конями и слонами. Слоны (были убиты) слонами, воины на колесницах с поднятым оружием - воинами, сражающимися на колесницах, кони - конями и пехотинцы - полчищами пеших воинов. (Были убиты также) слоны колесницами, крупные кони - отборнейшими слонами, люди - конями и кони - наилучшими воинами. С высунувшимися языками, с вывалившимися зубами и выкатившимися глазами, с раздробленными доспехами и украшениями находили существа свою гибель на земле. Иные, страшные видом, были убиты и повергнуты в прах вооруженными разного рода превосходным оружием, и под ударами ног коней и слонов были растоптаны и сильно обезображены копытами (животных) и ободами колес колесничных. Меж тем как происходило там страшное побоище, усладительное для хищных зверей и птиц и ракшасов, те могучие (воины), разгневанные и убивающие друг друга, рыскали (по полю), проявляя всю свою мощь. И будучи сильно измотаны и утопая в потоках крови, оба войска взирали тогда одно на другое Тем временем солнце зашло за гору заката, и оба те войска медленно отошли каждый в свой лагерь, о потомок Бхараты!

Так гласит глава тридцать первая в Дронапарве великой Махабхараты.


1 Саншаптаки (saṃśaptakāḥ) — букв. «поклявшиеся», воины-союзники, давшие торжественную клятву сражаться вместе до полной победы или умереть, никогда не отвращаясь от битвы и отвращая других от бегства с поля брани.

2 Т. е. Арджуна.

3 Владелец белых коней (śvetavāhana, или śvetāśva) — эпитет Арджуны.

4 Тем временем.... не будет рядом с ним (etasninn antare śūnye) — букв. «в этот пустующий промежуток времени».

5 Т. е. Сушарман.

6 Все перечисленные здесь пятеро братьев являются царевичами Тригарты, которые дали торжественную клятву воинов-саншаптаков и сражались на стороне кауравов.

7 Тундикеры (tuṇḍikerāḥ) — название племени или народности, обитавшей по-видимому, в близком соседстве с малавами (маллами).

8 Прастхалы (prasthala) — название народности, населявшей одноименную область Прастхала (prasthala), которая отождествляется с нынешним районом между Фирозпуром, Патиялой и Сирсой в Пенджабе.

9 Мачеллаки, лалиттхи и мадраки (mācellakāḥ, lalitthāḥ, madrakāḥ) — название племен или народностей, обитавших, по-видимому, в близком соседстве друг с другом. Из них мадраки — народность, близкородственная мадрам, населявшим область нынешнего Пенджаба.

10 Куша (kuśa) — род травы с длинными острыми стебельками (Роа synosuroides), почитающейся священной. Куша обычно отождествляется со священной травой дарбха (darbha) и составляет необходимую принадлежность различных религиозных обрядов.

11 Обет воздержания (brahmacarya) — строгое соблюдение воздержанной жизни в период ученичества, которая, согласно предписаниям индуизма, составляет первую из четырех ступеней жизни (āśrama). Эти ступени должен пройти каждый правоверный индиец; четыре из них обязательны для брахмана, а первые три дозволены также для кшатриев и вайшьев.

12 Нишка (niṣka) — золотая монета различного достоинства, которая обычно приравнивается к одной карше, или суварне в 16 маша (т. е. около 11.36 г). Согласно толкованию Девабодхи (в Сабхапарве), нишка эквивалентна одной пана (раṇа), которая, по свидетельству Артхашастры Каутильи, представляет собой медную монету достоинством в 9.33 г. Отсюда можно предположить, что в Махабхарате нишка является золотой монетой достоинством от 9.33 до 11.36 г.

13 Утаивающего (предоставляемые) царем средства к жизни (rājapiṇḍa-apahāriṇāḥ), т. е. присваивающего (или пользующегося) безвозмездно средства помощи, даваемые царем. У Роя: or for him who enjoyeth the king's grant without satisfying the condition of that grant (p. 40).

14 Для тех, кто нарушает обещание (śrutaṃ nāśayatāṃ) — так, согласно толкованию Нилакантхи: śrutam — pratijñatam. У Роя: that destroy teaming (p. 41).

15 К... стороне... для теней усопших предков (pitṛ-juṣṭāṃ diśaṃ prati), т. е. к южной стороне света, охраняемой Ямой, царем усопших.

16 Без всякого промедления (apadāntaram) — Нилакантха поясняет: apadāntaram — avyavahitam.

17 Сатьяджит (satyajit) — сын Друпады, царевич Панчалы.

18 Сараю (sarayu или sarayū) — древнее название реки Гхагры, или Гогры, в штате Бихар, на которой была расположена столица царей Солнечной династии Айодхья (ayodhyā, совр. Аудх).

19 Девадатта (devadatta) — букв. «богом данная», название божественной раковины Варуны, которую зодчий богов Майя (по другим версиям, Индра) дал в дар Арджуне.

20 См. ниже, примеч. 22.

21 Аллитерация допущена сознательно, как в оригинале.

22 Все перечисленные здесь ратники, а также Судханван являются воинами-героями, которые сражались на стороне кауравов, дав торжественную клятву саншаптаков.

23 Сын Васавы (vāsavi) — эпитет Арджуны, рожденного Индрой от Кунти (см. примеч. 123 к гл. 5).

24 Пастухи-нараяны (или просто: Нараяны) — (nārāyaṇāś ca gopālāḥ) — прозвище пастухов — воинов Кришны. По-видимому, его следует понимать как имя нарицательное (от Нараяны), восходящее к имени самого Кришны, который представляется воплощением на земле высочайшего божества Вишну-Нараяны (viṣṇu-nārāyaṇa). Нараяны составляли войско Кришны, предоставленное им Дурьйодхане, и поэтому сражались против пандавов.

25 Избрав... смерть (причиной) отвращения (от битвы) (kṛtvā mṛtyuṃ nivartanam), т. е. отказываясь от сражения только в случае смерти (см.: Critical Notes, p. 1146).

26 Тваштра (tvāśṭra) — название мифического оружия, которое будто бы находилось под покровительством божества Тваштри, отождествляемого в эпосе с Вишвакарманом, зодчим богов. Упоминается снова в гл. 132, шл. 29 наряду с оружием варуна, ямья, агнея и савитра и в гл. 163, шл. 28 наряду с оружием айндра, пашупата, ваявья и варуна. См.: Critical Notes, p. 1147.

27 Яду (yadu) — старший сын царя Яяти, рожденный от Деваяни, родоначальник прославленного рода Яду или ядавов (yādava), к которому принадлежал Кришна (Говинда). Отсюда и прозвище его: отпрыск из рода Яду (yādava).

28 Оба Кришны (kṛṣṇau), т. е. Кришна и Арджуна. Согласно мифологическим представлениям индийцев, Кришна и Арджуна являются частичным воплощением на земле Нараяны и Нары, двух высочайших божественных мудрецов, которые, выступая в своем единстве, отождествляются с великим божеством Кришной (Вишну-Нараяной). Этим объясняется употребление столь необычной формы (Dualis) для обозначения двух персонажей одним именем, взятым в двойственном числе. Некоторые авторы (напр., П. Ч. Рой) объясняют это одной лишь общностью цвета кожи (у Кришны и Арджуны) (см. об этом: Удьйогапарва, с. 454).

29 Ваявья (vāyavya) — название мифического оружия, которое будто бы находилось под покровительством Ваю (см. ниже).

30 Ваю (vāyu) — бог ветра в индийской мифологии.

31 Город гандхарвов (gandharva-nagara) — воображаемый (иллюзорный) город, обозначающийся в небесном пространстве, вероятно, в результате необыкновенных явлений природы, таких, как мираж.

32 С... воинами (на своих спинах) (sa-uttara-āyudhinaḥ), т. е., согласно Нилакантхе: upari-gatair yodhaiḥ sahitāḥ.

33 Будто место игрищ... Рудры (ākrīḍa iva rudrasya). — Ср.: rudrasya ākrīḍa saṅkācaḥ) в гл. 100, шл. 39. См.: Critical Moles, p. 1147.

34 Должны были стать гостями Шакры (śakrasya atithitāṃ gatāḥ), т. е. переселиться в царство Индры, или рай.

35 Войска... в боевом порядке (vyūḍha-anīkāḥ) — у Роя вместо войск — воины: And rnany warriors, accomplished in smiting and properly arrayed (p. 45).

36 Суйодхана (suyodhana) — «отлично сражающийся», эпитет Дурьйодханы. Этот эпитет этимологически соответствует основному имени царского сына: Дурьйодхана (duryodhana) — букв. «лихо сражающийся».

37 Гаруда (в тексте: suparṇa — букв. «хорошо окрыленный», «красивокрылый» «прекрасноперый») — птица-великан, царь пернатых. Боевой строй в виде Гаруды — строй, расположенный для боя в форме гигантской птицы.

38 Гаутама (gautama) — «сын Готамы», великого мудреца — эпитет мудреца Шарадвана, отца Крипы. Сын Гаутамы (gautama — пишется и звучит одинаково с эпитетом Шарадвана) — т. е. Крипа.

39 Все воины, упомянутые здесь и ниже, в шл. 13, не являются всюду известными; отсюда и большое число вариантов относительно форм этих имен. Из них Каракарша (karakarṣa) упоминается в V.49.43 как приверженец Шарабхи, брата царя чедиев Дхриштакету (см.: Critical Notes, p. 1147).

40 Синхалы (siṃhalāḥ) — название народа, населявшего страну Синхалу (siṃhala) (ныне Шри-Ланка).

41 Абхиры (ābhīrāḥ) — название народности (по-видимому, из пастушеских племен), обитавшей, согласно Махабхарате, вблизи моря и на берегу Сарасвати, ныне реки Сомнатх в Гуджарате. По другим версиям, абхиры населяли страну Абхира (Aberia у греков), отождествляемую с юго-восточной частью Гуджарата около устья Нармады (Нербуды).

42 Хансапады (haṃsapadāḥ) — то же, что и хансапатхи (haṃsapathāḥ), — название народности или племени, местонахождение коих не выяснено.

43 Шала (śala) — сын Сомадатты, воин-герой.

44 Бахлика (bāhlika) — царь Лунной династии, сын Пратипы и отец Сомадатты, которому он уступил царский трон взамен другого царства.

45 Паундры (pauṇḍra) — то же, что и пундры (puṇḍra), — название народа, населявшего страну Пундра (см. примеч. 254 к гл. 10).

46 Предводительствуемые Шакуни (śakuni-prāgyāḥ) — так по Критическому изданию. Здесь последний компонент pragya, представляющий сложное слово типа Upapada-samāsa (не зарегистрированное в словарях), состоит из prak+глаг. корень уā и означает «идущий впереди». В нашем же контексте, т. е. в составе сложного слова Bahuvrīhi, оно означает «предшествуемый, предводительствуемый».

47 Васати (vasāti, мн. ч. vasātayaḥ) — название племени или народности, местонахождение коих не выяснено.

48 Относительно перечисленных здесь имен см. примеч. 38. Под правителем нишадхов (naiṣadha), возможно, подразумевается нишадец Брихаткшатра (см.: Critical Notes, p. 1147).

49 (Явно зрящие) перед собою мир Брахмы (brahmaloka-puraskṛtāḥ), т. е. готовые уже переселиться в мир Брахмы, геройски пав в битве.

50 Прагджъйотиша (prāgjyotiṣa) - первоначально город асуров, столица демона Нараки, покоренная Вишну-Кришной. Позже — название страны, которая отождествляется с Камарупой (kāmarūpa), нынешним Ассамом (западной его частью). Столицей ее был город Прагджьйотишапура, или Камакшья (совр. Гаухати). Властитель Прагджьойтиши — царь Бхагадатта.

51 Криттика (kṛttikā) — название третьего Лунного созвездия, состоящего из шести звезд, Плеяды. Приведенное в тексте сравнение Нилакантха поясняет: śāradacandreṇa ity arthaḥ, т. е. подобно полной луне (месяцу) в осеннюю пору.

52 Цвета голубиного (pārāvata-savarṇāḥ) — букв. «одинаковой масти с голубями, т. е. «голубиной», масти по-видимому, сизыми или белыми, как голуби (ср. ниже, гл. 22, шл. 33).

53 Недоброе предзнаменование (aniṣṭa-darśanam) — Нилакантха поясняет: svamṛtyu-hetutvād, т. е. по причине обстоятельства своей (близкой) смерти.

54 Будто... облака при гибели мира (utpāta-jaladā iva). — Здесь utpāta — всеобщее бедствие, связанное с необычайным зловещим явлением.

55 Словно одинокие слоны (ekacarā iva), т. е. одиноко бродящие, одичалые, отбившиеся от стада слоны. Нилакантха поясняет: ekacarāḥ — dvipāntara-darśana-asahāḥ — «неспособные переносить вида других слонов», т. е. бродящие сами по себе, одиноко. Некоторые переводчики на живые индийские языки передают это слово как «носорог» (см. примеч. у Роя на с. 48). Такое значение есть и в словарях.

56 С конями и слонами (vāhana). — Данным санскритским словом переданы оба эти значения.

57 Вирочана (virocana) — сын владыки дайтьев (титанов) Прахрады (Прахлады), сына Хираньякашипу. Сын Вирочаны (vairocana) — демон Бали, добродетельный царь дайтьев (см. примеч. 29 к гл. 1).

58 Врика (vṛka) — воин-герой из панчалов, сражавшийся на стороне пандавов, был убит Дроной.

59 Шатаника (śatānīka) — любимый младший брат Вираты, царя матсьев.

60 Мясо и кровь их... трясиной (māṃsa-śoṇita-kardamām, Асc. sing. f.) — одна из частей повторяющихся эпических описательных фраз (см.: Critical Notes, p. 1147, примеч. к шл. 35).

61 И кшатрии... тонули в ней (kṣatriyaṇāṃ nimañjanīm, Асc. sing. f.) — букв. «(та река) была причиной потопления (или: заставляла тонуть) воинов».

62 Имеется в виду Юдхиштхира.

63 Дридхасена (dṛdhasena) — воин-герой, сражавшийся на стороне пандавов, был убит Дроной.

64 Васудана (vasudāna) — царь страны Паншу (pāṃśurāṣṭra — «Песчаная страна»), древней области в Индии, месторасположение которой не выяснено. Весьма интересно, как мы узнаем далее, что Васудана был убит позже Дроной в М. VII.164.84 (см.: Critical Notes, p. 1147, примеч. к гл. 43).

65 Игрок (kitavaḥ). — Любопытно здесь употребление столь грубого эпитета по отношению к Юдхиштхире. В некоторых вариантах текста он заменен другим словом (см.: Critical Notes, p. 1147, примеч. к гл. 46).

66 Убейте (hata). — Здесь форма hata есть Imperativ activi, 2 л. pl. от корня han — «убивать». Перед окончанием -ta (т. е. перед t и th) носовой исчезает (см.: Monier Williams. A practical grammar of the Sanskrit language. Oxford, 1877. P. 163, § 323; p. 284, § 654). В разночтениях варианты: ghnata (вместо hata).

67 Сенабинду и Суварчас. — Сенабинду (senābindu) — царь, правивший в городе Дивахпрастхе (месторасположение и нынешнее название коего не выяснены). Он носил прозвище Кродхахантри (Поражающий гневом) и сражался на стороне пандавов; был впоследствии убит Бахликой. Суварчас (suvarcas) — воин-герой, сражавшийся на стороне пандавов.

68 Здесь в битве применяются взаимно даже эти роды войск в качестве средства Для нанесения удара, ибо мощь Бхимы была сверхчеловеческой (см. примеч. у Роя на с. 53).

69 Имеются в виду пандавы и их воины.

70 Тут, согласно Нилакантхе, подразумеваются также масть и характеристика коней и, кроме того, знамена.

71 Покрытые шерстью... перьям попугая (śukapatra-paricchadāḥ) — Нилакантха поясняет: śukapatra-ābha-romāṇaḥ). У Роя: decked with the feathers of the green parrot (p. 54). Мы придерживались Нилакантхи.

72 Добавлено в скобках, согласно толкованию Нилакантхи: śvetaraktāḥ.

73 Матсья (matsya) — прозвище царя Вираты, созвучное с названием его народа (см. примеч. 229 к гл. 9).

74 Т. е. густо-красного, багряного цвета (см. примеч. 223 к гл. 9).

75 Шишупала (śiśupāla) — сын Дамагхоши, царь страны Чеди, злейший враг Кришны. За многие оскорбления и дерзости был убит Кришной, который после смерти Шишупалы помазал на царство его сына Дхриштакету.

76 Бахли, или Балхи (bāhlī, или bālhī) — название страны, обычно отождествляемой с Бактрией (ныне Балх), по-видимому, то же, что и Бахлика, или Балхика (bāhlika, или bālhika).

77 Абхибху (abhibhū) — имя повелителя (страны) Каши. Сушиль Кумар Де поясняет: Abhibhū is the proper name of Kāśya (т. е. царя страны Каши) and not of his son (см.: Critical Notes, p. 1147).

78 Послушные желаниям... возницы (yantuḥ preṣyakarāḥ) — так, согласно Нилакантхе: iceha-anuvidhāyinaḥ.

79 Пративиндхья (prativindhya) — сын царя Юдхиштхиры и Драупади.

80 Сутасома (sutasoma) — сын Бхимасены (а не Арджуны, как у Роя, с. 55). С. К. Де замечает: Sutasoma is son of Bhīma (Pārtha) and Draupadī (см.: Critical Notes p. 1177).

81 Дхаумья (dhaumya), или, более полно, Айода Дхаумья (ayoda dhaumya) — домашний жрец пандавов, их духовный наставник.

82 Удайенду (udayendu) — город кауравов (kurūnām), т. е. потомков рода Куру (см. примеч. 10 к гл. 1). Нилакантха поясняет: udayendu-nāmni (как оно стоит в нашем тексте): udayendu-paryāye pure — śakraprastha eva, т. е. в Шакрапрастхе (=Индрапрастхе).

83 Сома (soma) — вид вьющегося растения (Sartcostema viminalis или Asclepias acida), известного еще в древности. Такое название обычно применяется к соку этого растения, который выжимают жрецы из его стеблей, затем разбавляют водой и процеживают через сито. Получившийся в результате кислый сок разливают в большие сосуды и смешивают его с топленым маслом. После брожения этой смеси получается хмельной напиток, готовый к употреблению.

84 Шала (śāla) — род высокой и величественной пальмы, пальмира (Vatica rоbusta); ее стволы служат строительным материалом для постройки домов и прочих сооружений.

85 Рослые (mahākāyāḥ) — букв. «с огромным телом, туловищем». С. К. Де указывает и другое чтение: mahākarkāḥ (вместо mahākāyāḥ), где karka означает: a white horse (см.: Critical Notes, p. 1147).

86 Вардхакшеми (vārdhakṣemi) — царевич из рода Вришни.

87 Саучитти (saucitti) — имя царевича-воина. Сёренсен предполагает, что «Саучитти» является прозвищем (по отцовской линии) Сатьядхрити, царевича-воителя из лагеря пандавов (см.: Critical Notes, p. 1147, а также: Sörensen, p. 632).

88 Шрениман (śrenimān, им. п.) — царь, по-видимому, правитель в области Кумара (kumāra-viṣaya), которая, по всей вероятности, может быть отождествлена с областью Кайра, расположенной вблизи областного центра Ревы.

89 Сатьядхрити (satyadhṛti) — царевич-воин, сражающийся на стороне пандавов.

90 Ср. гл. 19, шл. 22 и 25; см. также примеч. 52.

91 Ср. наст. гл., шл. 19; см. также примеч. 77.

92 Прабхадраки (prabhadrakāḥ) — букв. «прекрасные, красивые», название обычно даваемое войсковому отряду или подразделению войска панчалов. Прабхадраки были союзниками Юдхиштхиры и сражались на стороне пандавов (см.: Sörensen, р. 553).

93 Китибхо (жа (kuntibhoja) — царь из рода ядавов, повелитель кунтиев в Бходже (ныне область Мальва). Будучи бездетным, Кунтибходжа принял и воспитал Притху, дочь Шуры, правителя ядавов, — отсюда и второе ее имя: Кунти, которая была матерью трех старших братьев-пандавов. Таким образом, Кунтибходжа приходится дядей Арджуне (Савьясачину) со стороны матери.

94 Одинаковой масти с цветом радуги (indrāyudha-savarṇais). — Нилакантха поясняет: trivarṇaiḥ, т. е. трехцветной масти.

95 Одинаковой масти с небесным сводом (antarikṣa-savarṇās). — Нилакантха поясняет: nilāḥ, т. е. темно-голубые.

96 Рочамана (rocamāna) — царь-воитель, сражавшийся на стороне пандавов.

97 Судаман (sudāman) — царь, побежденный ранее Арджуной во время своего похода на север.

98 Гопати (gopati) — царь, один из героев Панчалы, отец Синхасены.

99 Масти бобового цвета (māṣa-varṇās), т. е. темно-синие. У Роя: dark-blue (p. 56).

100 Красивоголовые кони (bhadrakāḥ) — так, согласно толкованию Нилакантхи: śobhana-śjrasaḥ, т. е. красивоголовые.

101 Мастью подобные стеблям тростника (śarakāṇḍa-nibhāḥ) — Нилакантха поясняет: sitagaurah, т. е. светло-желтые, или буланые.

102 Дандадхара (daṇḍadhāra) — воин-герой, сражавшийся на стороне пандавов.

103 Чакравака (cakravāka) — порода индийских уток, Anas casarka. Согласно поверьям, утки чакравака, самец и самка, самозабвенно любящие друг друга, должны на ночь расставаться и сетовать на разлуку. С брюхом цвета утки чакраваки (cakravaka-udarāḥ) — т. е. слегка белые (iṣac-chvetāḥ) — так, согласно Нилакантхе.

104 Шукла (śukla) — один из воинов в лагере пандавов

105 Самудрасена (samudrasena) — царь, побежденный ранее Бхимой во время его похода на восток; сражался на стороне пандавов.

106 Шайбья Читраратха (śaibya citraratha) — воин-герой из лагеря пандавов. С. К. Де полагает, что Шайбью Читраратху следует отличать от панчалийца Читраратхи, брата Вираты, упомянутого в M.VII.98.37, равно как и от Шайбьи Аушинары (см.: Critical Notes, p. 1147). Рой рассматривает citraratha как определение к śaibya: owning a beautiful car (p. 57).

107 Калая (kalāya) — вид растения с цветами темной окраски (разновидность горошка). Масти цветов растения калая (kalāya-puṣpa-varṇāḥ) — т. е. вперемежку черные (miśra-śyāmāḥ) — так, согласно Нилакантхе.

108 Ратхасена (rathasena) — воин-герой из лагеря пандавов.

109 Патаччары (paṭaccara) — букв. означает «вор» или «грабитель», здесь, по-видимому, название народности (см.: Critical Notes, p. 1147). Очевидно, имеется в виду (как в М.II.13.25 и IV.1.9) народность, населявшая области нынешнего Илахабада (Аллахабада) и Банды, т. е. области одноименной страны Патаччары (paṭaccara), входившей в пределы древней Мадхьядеши (madhyadeśa), или «Срединной страны» (ныне центральной области Индостана). Сокрушитель патаччаров (paṭaccare-nantṛ) — здесь (и ниже, гл. 24, шл. 32) как определение или эпитет царя-воителя, сражавшегося на стороне пандавов, но не имя собственное, как у Sörensen'a, p. 544 (name of prince).

110 Т. е. белые.

111 Читраюдха (citrāyudha) — царевич-воитель, примкнувший к пандавам (см : Sörensen, p. 178.

112 Т. е. темно-рыжие (красные).

113 Нила (nīla) — имя царя, правившего в Махишмати, наследственной столице царей из рода Хайхая (ныне Махешвара, или Махеш, на правом берегу Нармады, недалеко от Индора). В тексте оригинала применена аллитерация в употреблении слов «Нила» (что означает «синий») и «синие кони».

114 Читра (citra) — воин-герой, примыкавший к лагерю пандавов.

115 Происходящие из... Шараданда и Ануданда (śaradaṇḍa-anudaṇḍa-jāḥ). — С. К. Де поясняет, что если это выражение, как подразумевают комментарии, обозначает коней из различных областей (коммент. Вадираджи: deśaviśeṣa-udbhavāḥ), тогда śaradaṇḍa и Anudaṇḍa должны быть названиями различных стран. Мы ничего не знаем об Ануданде, но Шараданда — название страны, принадлежавшей Шальве в Мадхьядеше (Kāśika на Pāṇini IV.1.173) (см.: Critical Notes, p. 1148).

116 Дандакету (daṇṭaketu) — царевич-воитель, сражавшийся на стороне пандавов.

117 Атаруша (āṭarūṣa или aṭaruṣa) — род очень полезного лекарственного растения, кустарника vāsaka (Justicia adhatoda, или Adhatoda vasica, маратск. aḍuḷasa).

118 Правитель пандьев (pāṇḍya) — в санскритском звучании просто Пандья, как прозвище по названию его народа (см. примеч. 258 к гл. 10); вероятно, подразумевается Сарангадхваджа (или Сагарадхваджа), отец которого был убит Кришной (см.: Söbrensen, p. 537).

119 Кшаттри (kṣattṛ) — букв. «подрывающий (касту)», прозвище, которое давалось человеку, рожденному женщиной-шудрой от мужчины из высшей касты или сословия. Здесь обычное прозвище Видуры, родившегося от служанки из касты шудр (см. примеч. 6 к гл. 61).

120 Т. е. когда убит Дрона.

121 От враждебного племянника (нашего) (bhrātṛvyāt). Нилакантха поясняет: amitrāt — «враждебного». Bhrātṛvya — сын брата (Дхритараштры), т.е. племянник его, — имеется в виду Врикодара (Бхима).

122 Сын Шини (śineḥ putra, в Бомбейском издании pautra — «внук»), т. е. Сатьяка, герой из рода ядавов, отец Сатьяки, внука Шини (см. примеч. 181 к гл. 7).

123 Властитель Синдху (saindhava) — эпитет Джаядратхи, царя саувиров, сражавшегося на стороне кауравов (см. примеч. 327 к гл. 13).

124 Кшатрадхарман (kṣatradharman) — юный сын Дхриштадьюмны.

125 Правитель мадров (madra-rāj, им. п. — rāṭ) — царь Шалья (см. примеч. 303 к гл. 13)

126 Винда и Анувинда (vinda-anuvindau) — два брата-героя, царствовавшие в стране Аванти (см. примеч. 255 к гл. 10).

127 Агни (agni) — бог огня в индийской мифологии, одно из важнейших божеств ведического пантеона, составляющих древнюю триаду: Агни, Индра и Сурья. В позднейший, эпический период истории их место заняли новые божества: Брахма, Вишну и Шива, оттеснив их на второй план. Агни — один из четырех главных хранителей мира. Он почитается божеством — хранителем Юго-Востока.

128 Бхутакарман... Сабхапати (bhūtakarmā sabhāpatiḥ, им. п.) — воин-герой, сражавшийся на стороне кауравов. В М.VII.19.6, как поясняет С. К. Де, формой имени является bhūtavarman, которая дается здесь по чтению рукописи, писанной письменами шарада. Sabhāpati не определение, а имя собственное воина, оно упоминается снова в М.VIII.65.28, но принадлежит другому воину, сражавшемуся против Арджуны (см.: Critical Notes, p. 1148).

129 Т. е. Вавиншати, который приходится двоюродным братом Бхиме, отцу Сутасомы.

130 Шрутакарман (śrutakarman) — сын Сахадевы и Драупади.

131 Букв. — «его» (tam).

132 Т. е. Пративиндхью, сына Юдхиштхиры и Драупади.

133 Викарна (vikarṇa) — сын царя Дхритараштры и брат Дурьйодханы.

134 Ангада (aṅgada) — по-видимому, один из сыновей Дхритараштры.

135 Дурмукха (durmukha) — сын Дхритараштры.

136 См. примеч. 184 к гл. 7.

137 Джая (jaya) — воин-герой, сражавшийся на стороне пандавов; впоследствии был убит Ашваттхаманом.

138 Кшемадхурти и Бриханта (kṣemadhūrti-bṝhantau) — братья-царевичи, сражавiиеся в лагере кауравов.

139 Амбаштха (ambaṣṭha) — прозвище царя Шрутаюса, происходящее от названия его народа — амбаштхов (см. примеч. 109 к гл. 4, а также: Sörensen, p. 30 и след.).

140 Шарадван (śaradvan, им. п.) — мудрец-брахман, отец Крипы (см. примеч. 149 к гл. 6).

141 Шамбара (śambara) — демон-дайтья, который некогда сражался с Индрой; был убит Прадьюмной (сыном Кришны и Рукмини), который, согласно легендам, представлялся возрождением бога любви Камы, сожженного Шивой.

142 При общем беспорядочном смешении (saṅkulam) — здесь в адвербиальном значении. Ср. у Лермонтова в «Бородине»: «Смешались в кучу кони, люди».

143 На сокрушении или защите (abhāvabhāveṣu) — так, согласно Нилакантхе: abhāva-bhave — maraṇe rakṣaṇe ca.

144 Притха (pṛthā) — основное имя Кунти, супруги царя Панду и матери трех старших братьев-пандавов. Сын Притхи (pārtha) — прозвище, относящееся к каждому из сыновей Кунти. Здесь оно относится к Бхиме.

145 Павана (pavana) — букв. «очистительный», эпитет ветра или Ваю, бога ветра. Сын Паваны (pavanātmaja) — Бхимасена, сын Ветра.

146 Во все уголки мира (bhuvaneṣu... sarveṣu). — Здесь Pluralis следует понимать как указание распространения в различных местах. В связи с этим ср.: Kālidāsa, Meghadūta, I, 1: rāmagiri-āśrameṣu — «в обителях (т. е. в различных местах обители) Рамагири» со ссылкой на толкование комментатора Маллинатхи.

147 Сын Ветра (anitātmaja)— то же, что и сын Паваны, т. е. Бхимасена (см. примеч. 145).

148 С налившимися кровью... глазами (kṣataja-pratima-īkṣaṇaḥ) — букв. «с глазами, подобными крови».

149 Властитель Анги (aṅga) — царь страны Анга, или ангов, называемый царем млеччхов, но отличный от Пауравы (тоже правителя Анги) (см. примеч. 253 к гл. 10 и примеч. 322 к гл. 13).

150 Млеччхи (mlecchāḥ) — иноземцы (называемые также варварами). Согласно Махабхарате, к млеччхам относятся племена: пахлавы (pahlava), шабары (śabara), шаки (śaka), яваны (yavana), пундры (puṇḍra), кираты (kirāta), драмиды, или дравиды (dramiḍa, draviḍa), синхалы (siṃhala), дарады (darada) и др.

151 Властитель горных областей (parvateśvaraḥ, parvata-patir — царь Бхагадатта (см. примеч. 310 к гл. 13).

152 Дашарны (daśarṇāḥ) — название народа, населявшего страну Дашарну. В Махабхарате упоминаются две Дашарны (букв. «десять крепостей»): одна на востоке, завоеванная Бхимой, другая на западе, покоренная Накулой. Первая, т. е. Восточная Дашарна, представляла часть нынешнего Чхаттисгарха («тридцать шесть крепостей»), области в штате Мадхья-Прадеш и Бихаре, включая и район Патны. Вторая, т. е. Западная Дашарна, отождествляется с Восточной Мальвой, включая область Бхопал (в Мадхья-Прадеш). Столицей ее была Видиша — совр. Бхилса. Царь дашарнов (rājaā daśārṇānām) здесь не Хираньяварман, упоминаемый в Удьйогапарве.

153 Заходящим сбоку (... сопернику) (tiryakyātena) — так, согласно Нилакантхе: pārśvato-gamina.

154 Айравата (airavata) — божественный слон Индры, на котором он разъезжает. Айравата наряду с другими сокровищами появился из глубин океана во время пахтания его богами и асурами ради получения амриты — напитка бессмертия.

155 Ручипарван (ruciparvan) — сын Акрити (ākṛti) — воин-герой, сражавшийся на стороне пандавов и убитый Бхагадаттой.

156 Вайвасвата (vaivasvata) — букв. «сын Вивасвана (vivasvān)», т. е. Солнца один из обычных эпитетов Ямы, бога смерти и правосудия в индийской мифологии.

157 Т. е. Юютсу.

158 Т. е. Бхагадатта.

159 Т. е. Абхиманью.

160 Премудрые (vibudha) — прозвище богов.

161 Друг огня (jvalana-sakha) — эпитет ветра.

162 Т. е. Арджуны.

163 Мадху (madhu) — страшный демон-дайтья, замышлявший убить Брахму который спал на лотосе, произраставшем из пупа Вишну, однако сам был убит Вишну-Кришной, вследствие чего последний носит прозвище «Сокрушитель Мадху» (madhusūdana), как в данном случае.

164 Надменного (vismitam) — так, согласно Нилакантхе: rūḍha-ahaṃkaram, а также Девабодхе и Арджунамишре: vismitaṃ garvitaṃ (см.: Critical Notes p. 1148).

165 Сокрушитель Балы (balahantṛ, а также balaniṣūdana) — эпитет бога Индры, убившего Балу, могучего демона-асуру.

166 Здесь имеются в виду пастухи-нараяны (nārāyaṇāḥ), несшие также обязанности воинов (см. примеч. 24). Они находились в войске Кришны, которое он отдал Дурьйодхане (а сам перешел к Арджуне в качестве возницы его боевой колесницы) (см. об этом: Удьйогапарва, с. 15).

167 Т. е. против саншаптаков, как это явствует из последующего изложения.

168 Оружие ваджра (vajra-astra) — род сокрушительного оружия, подобного громовой стреле или наделенного силой грома (см. примеч. к переводу Роя на с. 364).

169 Супарна (suparṇa) — букв. «с красивыми перьями», «прекрасноперый», эпитет Гаруды, царя птиц (ср. примеч. 37).

170 Джишну (jiṣṇu)— букв. «победоносный», один из эпитетов Арджуны.

171 Ачьюта (acyuta) — букв. «непреклонный, непоколебимый», один из эпитетов Кришны, передаваемый также (как дано в переводе) в его этимологическом значении (см. текст наст. гл. шл. 3).

172 Слева направо (от слона) (apasavyam), т. е. таким образом, что слон остался по левую сторону от него.

173 Дашарха (daśārha) — букв. «происходящий (из рода) Дашарха», или «потомок Дашархи (daśārha)» — эпитет Кришны.

174 Т. е. Кришну и Арджуну (см. примеч. 28).

175 Пакашасана (pākaśāsana) — букв. «каратель (демона) Паки», эпитет бога Индры. Сын Пакашасаны (pākaśasani) — прозвище Арджуны, рожденного от Индры.

176 Оружие вайшнава (vaiṣṇava-astra) — название мифического оружия, будто бы находившегося под покровительством Вишну-Нараяны.

177 Нарака (naraka) — демон-асура, почитается сыном Земли (bhūmi) и царем-властителем Прагджьйотиши. Как рассказывают мифы, Нарака похитил серьги у Адити (праматери богов), и тогда Кришна по просьбе богов убил в поединке Нараку и вернул назад серьги.

178 Карникара (karṇikāra) — название дерева (Pterospermum acerifolium), которое отличается своими цветами, очень красивыми, но лишенными аромата.

179 Т. е. Арджуна.

180 См. примеч. 24 к гл. 1.

181 Т. е. Субалы (см. примеч. 301 к гл. 13).

182 Оба твоих родственника со стороны жены (syālau tava), т. е. сыновья Субалы, брата Гандхари, которая была супругой царя Дхритараштры, — следовательно, племянники Дхритараштры со стороны жены.

183 Десять стран света (diśo daśa) — это четыре основных — Восток, Запад, Север, Юг, четыре промежуточных, зенит и надир.

184 Шатагхни (śataghnī) — букв. «убивающее сотню (воинов)», название смертоносного оружия, представляющего собою большой, цилиндрической формы камень (или бревно), снабженный железными остриями. Выпущенное во вражеский строй, оно производит опустошение в рядах воинов.

185 Налики (nālīkāḥ) — род оружия в виде трубкообразного стержня для метания (камней и пр.). Нилакантха поясняет: nālīkā nālikayā ksepyāḥ).

186 С острящие из трех членений (trisaṃdhinaḥ) — так по Критическому изданию. В Бомбейском издании: asthi-saṃdhayaḥ, т. е. с костяными наконечниками. У Роя: and arrows having bony heads (p. 74).

187 Стрелы с тупыми наконечниками (viśikhāḥ) — букв. «лишенные острия», с усеченным острием, т. е. тупые стрелы (ein stumpfer Pfeil — Bohtlingk). Нилакантха поясняет: phaṇitra-ākāra-phalakāḥ, т.е. с наконечниками в виде змеиного капюшона (phanitra). Рой следует Нилакантхе: snake-headed shafts (p. 74).

188 Оружие джьйотиша (astra... jyotiṣa) — название мифического оружия, будто бы вызывающее яркий ослепительный свет.

189 Оружие адитья (āditya-astra) — название мифического оружия, будто бы вызывающего солнечный жар.

190 Обычное, встречающееся в эпосе сравнение для пробойности стрел (см.: Critical Notes, p. 1148).

191 См. примеч. 162 к гл. 6.

192 Был... помыслами... на собственную свою защиту (svarakṣaṇe kṛta-matayas tadā), т. е. думал тогда лишь только о своей собственной защите.

193 Воспользовавшись упущением (antaraṃ... prapatan). — В тексте финитная форма (Imperfect): они воспользовались упущением, или промахом. Нилакантха поясняет: antaram chidraṃ prāpatan sṛtavantaḥ. Ради гладкости перевода мы эту форму передаем причастным оборотом, а добавление в скобках даем в финитной форме.

194 Добавлено в скобках согласно Рою (с. 76).

195 В южной части поля битвы (dakṣiṇena tu senāyāḥ) — букв. «в южной части войска». Так предпочтено во избежание повторения.

196 Своей предельной остроты (kaṭuka-udayam). — Нилакантха поясняет: kaṭukasya — puruṣasya udajo yatra, т. е. вплоть до вознесения души.

197 Т. е. Дхриштадьюмна.

198 Дымо-знаменный (огонь) (dhūma-ketuḥ) — букв. «чьим знаменем является Дым», эпитет огня.

199 Оружие агнея (āgneya-astra) — название мифического небесного оружия, будто бы находившегося иод покровительством Агни, бога огня.

200 Отразил (vidudhāva) — букв. «развеял, разметал». Нилакантха поясняет: khaṇḍitavān, т. е. сокрушил, уничтожил.

201 Т. е. с коротким тупым острием (см. примеч. 187).

202 Имя первого младшего брата Карны здесь не указано.

203 Шатрунджая (śatruṃjaya) — второй младший брат Карны.

204 Випата (vipaṭa) — третий младший брат Карны.

205 Т. е. Гаруде.

206 Чандраварман и Брихаткшатра Паурава. — Чандраварман (candravarman) — царь-воитель, сражавшийся на стороне кауравов. Брихаткшатра Паурава (bṛhatkṣatra paurava) — то же, что и Паурава, упоминаемый в гл. 13, шл. 45 (см. примеч. 322 К гл. 13), а также упомянутый в M.V.164. 19—20 среди махаратхов в войске Дурьйодханы (см.: Удьйогапарва, с. 325). По-видимому, Паурава — прозвище Брихаткшатры — «происходящий из рода Пуру» или «правитель пауравов».

207 Бесстрашно стоящими лицом друг к другу (abhitānām). — Нилакантха поясняет: abhitānām — abhimukha-āgatānām bhayahīnāṃ va, т. е. противостоящими (руг другу или лишенными страха (в тексте Gen. pl.).

Интересно знать..
  • Веды
    Веды
    Веды

    В слове «Веда» слышится что-то родное. Ведать, ведомство, проповедовать… «Веда» – означает «знание». Это знание пришло из глубины веков, время разрушает всё, но только не Знания. Санскрит, на котором написаны Веды, является источником множества

    Читать далее
  • Книги
    Книги
    Книги

    Александр Геннадьевич Хакимов является автором книг: «Карма», «Реинкарнация», «Последний экзамен», «Духовная семейная жизнь», «Варнашрама-дхарма» (Совершенное общественное устройство), «Уровни сознания», «Эволюция сознания» и других.

    Читать далее
  • Лекции \ Семинары
    Лекции \ Семинары
    Лекции \ Семинары

    Александр Геннадьевич Хакимов за 30 лет путшествий по России, ближнему и дальнему зарубежью провел более 1000 успешных семинаров в 17 странах мира. Поэтому тысячи людей так ждут встречи с ним, чтобы получить заряд энергии и силу для внутреннего прогресса, позитивных перемен в жизни. Практически каждый день его жизни – это лекции в переполненных залах, где он делится с людьми полученными знаниями.

    Читать далее
  • Храм Ведического Планетария
    Храм Ведического Планетария
    Храм Ведического Планетария

    В Индийском городе Маяпуре – мировом центре ведической духовной культуры – возводится купол необыкновенного храма, который, согласно предсказаниям Вед, изменит судьбу всей нашей планеты. Авторитеты ведического знания говорят, что именно после открытия Храма Ведического Планетария наступит долгожданный Золотой Век – возрождение духовности на всей планете Земля. Ренессанс, которого так ждут люди.

    Читать далее